Юлия Фирсанова – Час «Д» (страница 37)
Пока он вещал, жрица и технарь смутились окончательно и, мучаясь угрызениями совести, дали себе обещание возобновить тренировки в самое ближайшее время.
– А за тебя отвечаю я. Пойдем, – закончил речь Эсгал. Его тяжелая рука опустилась на тонкое плечико девушки и легонько подтолкнула ее к двери. Элька едва не отправилась в полет навстречу косяку, ее удержал только все тот же Гал.
– Я тебе уже говорила, что ты тиран? – с возмущенной безнадежностью уточнила Элька, поневоле повинуясь цепкой хватке учителя и совершенно точно понимая, что ей не суждено увидеть самого крупномасштабного и уж точно самого эффектного и необычного за всю историю Дорим-Аверона побега из тюрьмы.
– Неоднократно, – коротко подтвердил воитель, но движения к выходу не прекратил и руки не снял.
Под сочувственными взглядами так и не решившейся вступиться за Эльку команды – все давно усвоили, что с Галом спорить – лбом о каменную стену биться – воитель и конвоируемая им девушка исчезли за дверью. Только Лукас напоследок утешил ее, напомнив:
– Не огорчайтесь, мадемуазель, зеркало ведь помнит все, что видит, а значит, позже вы сможете посмотреть любой эпизод, какой вам захочется.
– Так-то оно так, но в режиме реального времени смотреть куда интереснее, комментировать можно, советы вредные давать, – уныло вздохнула Элька, но вырываться из рук воина не стала, понимая, что он, конечно, жутко вредный и упрямый тип, но на сей раз, как ни печально, говорит правду: если уж взялась заниматься, то отлынивать нельзя.
– Будет лучше, если вы подождете меня и мосье Фина у зеркала. Отыщите пока, пожалуйста, в «Дорожном атласе» план района, включающий городскую тюрьму, – обратился к Мирей и Максу маг, когда Элька вышла. – Я должен задержаться на несколько минут и кое-что еще проверить.
– Хорошо, – покладисто согласились технарь и эльфийка и, захватив по просьбе Рэнда крыса, вездесущего и пронырливого, как хозяин, спокойно покинули комнату магии, все равно главное шоу – «Покраска Эсгала», ради которого компания примчалась в подвал, уже завершилось.
– Хочешь устроить маленькую ревизию и узнать, не испортил ли тебе Гал какой-нибудь сложной магической штучки одной силой своего могучего недовольства парикмахерскими услугами? – полюбопытствовал Рэнд, продолжая качаться на стуле.
– И это тоже, мосье. Мадемуазель Элька, как ни печально, права, из меня получился хреновый цирюльник, – рассеянно отозвался Лукас, доставая из ниши в стене маленькую, с ладонь, деревянную шкатулку, инкрустированную мелким голубым жемчугом и серебром. – Но сейчас я собираюсь наложить на нас заклинание избирательной неслышной невидимости, чтобы в Дорим-Авероне мы могли действовать свободно.
– А-а, – беспечно протянул Рэнд с таким видом, будто не только каждый день слышал слова «избирательная неслышная невидимость», но и сам их выдумал. – Давай, действуй.
Лукас смерил вора ироничным взглядом и вернулся к работе. Поставив шкатулочку на стол, он открыл ее поочередным легким нажатием пальца на три угловых жемчужины с правого торца и достал маленькое, с полкарандаша длиной, мягкое серое перышко. Вор едва удержался от презрительного фырканья: ох уж эти маги – на такую ерунду ценные шкатулки переводить! Голубой раэлинский жемчуг ой как не дешев!
Мосье Д’Агар бережно взял невзрачное перышко в правую руку и, захлопнув крышку шкатулочки, вернул ее в нишу. Рэнд уже хотел высказать свою критическую мысль насчет несоизмеримости ценностей хранилища и хранимого вслух, но в этот момент перышко в пальцах мага повернулось под другим углом и исчезло. Вору показалось, что рука Лукаса пуста, но в следующую секунду перо вновь возникло там, где и было. Фин потряс головой, отгоняя наваждение.
Заметив замешательство приятеля, Лукас снисходительно-менторским тоном пояснил:
– Это – вещь-хранитель, уже содержащая в себе большую часть нужного заклятия. Чтобы наложить его полностью, я должен только сказать несколько финальных слов-ключей, и заклинание будет завершено. Очень полезный предмет, когда необходимо действовать быстро, а для плетения нужных чар требуется время.
Глаза Рэнда восхищенно расширились. Опыт вора в работе с магией был не настолько велик, как бы ему хотелось, и, хотя Фин старался тщательно скрывать свои чувства, уроки Лукаса, колдующего всегда настолько легко и изящно, что казались игрой, приводили его в настоящий восторг. Правда, восторг этот был узкоспециализированный. Рэнда привлекало не величие магических сил мироздания и возможность проникновения в суть бытия, как магов-философов и филантропов, мечтающих облагодетельствовать Вселенную и сделать ее раем для всех; не обретение небывалого могущества, как властолюбивых магов-карьеристов, а использование чар в любимой профессии. Фина прельщали все заклинания, хоть сколько-нибудь полезные в избранном ремесле шулера и вора.
Конечно, услыхав заманчивые слова «невидимость» и «неслышимость», прозвучавшие многозначительным звоном монеток будущих доходов, Рэнд резко заинтересовался перышком и спросил:
– А что делать мне?
– Встаньте напротив меня, мосье, и постарайтесь не шевелиться, так мне будет проще набросить сеть заклятия сразу на нас обоих, – велел Лукас.
– Надеюсь, влияние Гала нас здесь не достанет и я не превращусь в курицу под действием чар этого перышка, – пробормотал Рэнд и, поднявшись со стула, приблизился к магу.
– Курицу? – делано удивился маг. – Ни в коем случае, мосье, такие отклонения в строгом строю заклинания совершенно исключены. Вам может грозить только обращение в петуха.
– Утешил так утешил, – ухмыльнулся Рэнд и получил в ответ такую же хитрую ухмылку.
Лукас коротко махнул свободной рукой, показывая, что шутки кончились, и Фин замер в неподвижности, кажется, даже дышать перестал. Маг поднял перышко вверх, описал им широкую окружность и разжал пальцы. Неестественно медленно, двигаясь по ровной спирали, перо, то появляясь в воздухе, то неожиданно исчезая, стало опускаться вниз на ковер. А пока оно шло на посадку, Лукас медленно нараспев прочитал:
Одновременно с тем, как прозвучало последнее слово мага, перышко мягко коснулось пестрой поверхности густого ковра и исчезло окончательно.
– Сработало? – с надеждой поинтересовался Фин, прислушиваясь к своим ощущениям и пытаясь почувствовать хоть что-нибудь необычное, но, кроме тяжести в желудке, оставшейся после плотного обеда, ничего уловить так и не смог.
– Все отлично, – расплылся в самодовольной улыбке маг.
– Да? Я, конечно, петухом не стал, и на том спасибо, но зато тебя вижу и слышу по-прежнему! – указал на вопиющее несоответствие обещанного и действительного Рэнд.
– Разумеется, – вновь позволил себе снисходительное замечание Лукас, отыгрываясь за свою недавнюю панику, вызванную неудачей с покраской воителя. – Я же указал вам на то, что это заклинание избирательной невидимости и неслышимости. Оно будет работать так, как мы того пожелаем.
– Ясненько, – небрежно согласился Рэнд, скрывая досаду на мага, чьи слова кольнули чувствительное самолюбие вора. – Ну, раз у тебя все, отправляемся? Я-то уже давно все, что нужно, приготовил.
Фин щелкнул по маленькой поясной сумочке, больше походящей на кошель, та отозвалась глухим странно-металлическим звоном.
– Согласен, – кивнул довольный маг, тщательно оправляя задравшийся манжет роскошной рубашки и в последний раз окидывая комнату магии взглядом: не забыл ли чего в сегодняшней нервной суматохе.
Затворив за собой дверь, Лукас и Рэнд направились на второй этаж, в зал совещаний, по пути заглянув в зал, где безжалостно третировал Эльку неумолимый воин, дабы пожелать взмокшей от усердия девушке скорейшего освобождения. Перебрасываясь словечком с друзьями, она на секунду отвлеклась и тут же заработала чувствительный удар тренировочного меча по кожаному нагруднику, суровый взгляд Гала из-под черных бровей и короткий повелительный окрик:
– Внимание!
Поспешно, пока и их не заставили взять в руки оружие, дабы искупить вину, посетители смылись из спортзала. Их ведь тоже ждала срочная, не терпящая отлагательства работа. Хотя, если быть до конца честными с самими собой, Рэнд и Лукас в глубине души признавали, что им не терпится ввязаться в очередную авантюру.
Макс и Мирей коротали время перед темным зеркалом наблюдений за немудреной, но несказанно популярной именно благодаря своей простоте игрой «клевер», которой их не так давно научил Рэнд. К неописуемому возмущению вора, эльфийка и технарь с азартом бросали разноцветные кубики, делая ставки в засахаренных орешках, полные блюдца которых стояли перед каждым заядлым клеверистом. Рэт, совершив моцион после плотного обеда по комнате магии, спокойно спал на коленях у Мирей, свернувшись клубочком, словно котенок.
– Привет, Лукас, ты Рэнда где-то в дороге потерял или во что-то превратил для удобства? – весело осведомился Макс, отправляя в рот выигранный у партнерши особо крупный орех.
– Макс, вот же он! – сдув со лба непослушный черный локон, удивилась Мирей, кивком указывая на Фина.
– И точно, – удивленно потряс головой технарь, не понимая, как он умудрился не заметить вора. Пусть тот был худым и мелким, но не настолько же, чтобы просто исчезнуть из виду.