Юлия Фирсанова – АПП, или Блюстители против вредителей! (страница 65)

Снова взвыл рог, мужчины проверили ветер, наложили стрелы на тетивы и по третьему сигналу пустили их в полет одну за другой. В тот же самый миг Лис метнул огрызок в цель. Вот только беда, за долю секунды до этого Янке сильно отдавила ногу какая-то очень могучая баба справа. Девушка невольно дернулась и толкнула напарника. Упс! Бросок состоялся и даже угодил в цель, вот только она – увы – оказалась не той, на которую пал жребий. Огрызок врезался в руку выпускающего последнюю стрелу консорта, и он единственный из четырех стрелков промазал. Две стрелы его трепетали оперением в точке-сердце мишени, а третья умчалась в пампасы. За ней, конечно, помчался кто-то из слуг, а толку-то?

Народ, не дожидаясь официального объявления победителя, уже скандировал: «Локсар! Локсар! Локсар!»

Три стрелы юноши розочкой украшали мишень, у охотника и лесничего столь ювелирно точных и эстетически-изящных выстрелов не получилось. Сам юнец, распираемый счастьем и гордостью от победы, метнулся к ложе с восторженно визжащей рыжухой. Та недолго думая подобрала юбки, придержала шаль и сиганула к нему в объятия. К чести стрелка стоит признать, он не упал, поймал и ухитрился не уронить заслуженный приз.

Незримый комментатор тем временем горько посетовал на то, что злодейский умысел помешал консорту сделать верный выстрел. Он посулил коварному метателю огрызков, коль его поймают, отрубание руки («Вот варвары!» – шепотком возмутился Лис), и провозгласил победу графа Локсара из Роба.

Парочка пацанят, разряженных как шуты в красно-бело-синее, притащила золотую подушечку, на которой возлежал венец, вручаемый победителем даме своего сердца. Локсар тут же нахлобучил безделушку даме на кудряшки. Привели низкорослую белую лошадку, в седло которой общими усилиями кое-как взгромоздили победительницу в пышных юбках. Юный граф с рыжей всадницей двинулись по периметру стрельбища, совершая круг почета. Кто-то в толпе славил меткого лучника, кто-то жалел консорта, а большая часть народа завидовала рыжухе или шумно ее обсуждала. Янка краем уха уловила ехидное: «Повезло шалаве Лорке!».

Лесник и охотник при оповещении о глупой безделушке, дающейся в награду не победителю, а его девице, синхронно сплюнули в траву и, закинув луки на спины, удалились. Консорт плеваться не стал, но, кажется, посмотрел на огрызок яблока, валяющийся в траве, с искренней признательностью. Быть победителем турнира ему резко расхотелось.

Тем временем помощник, умчавшийся в поля сразу после неудачного выстрела, вернулся назад, громко крича и потрясая стрелой с трепыхающейся на ней тушкой птицы.

Оживился распорядитель-комментатор, местонахождение которого так и осталось для блюстителей загадкой. (Наверное, мужик на всякий случай прятался от публики и участников турнира, чтобы его не опознали и не побили недовольные судейством личности).

Оказалось, ведущий мероприятия не просто оглашал результаты и следил за ходом турнира, он еще и являлся знатоком правил. Теперь, после доставки птички, комментатор скоренько переиграл результаты. Выстрел, не попавший в назначенную цель из-за помех, но принесший стрелку добычу, считался столь же удачным, как прямое попадание в мишень. Потому консорт признавался равноправным победителем. Вот только венец даме сердца уже был вручен, а второго правилами, увы, не предусматривалось и заготовлено не было.

Впрочем, распорядитель свой хлеб с маслом лопал не зря. Выход из ситуации нашли мгновенно, и вот уже на золотой подушечке консорту преподнесли симпатичный веночек из живых полевых цветов. Джегир принял изделие, машинально проверил на разрыв, огляделся и решительно зашагал к ложе, покинутой рыженькой вертихвосткой. Там еще оставались ее спутницы. Одна дама – явно в возрасте, необъятных размеров и пышных форм, вторая помоложе, но не уступающая дуэнье габаритами. И только сейчас Янке стала видна за ними еще одна молоденькая девушка с личиком-сердечком, серьезными глазками, в скромном темно-синем платье. Вокруг этой милашки проблескивал желто-зеленый ореол субъекта пророчества.

Консорт отвесил дамам короткий поклон и протянул веночек скромнице. Та разом вспыхнула, но дар приняла и опустила на головку. Толпа, охочая до зрелищ, снова взорвалась радостными криками.

В тот же миг все желто-зеленые ореолы разом потухли, а затаившие дыхание блюстители дружно выдохнули с облегчением: пророчество исполнилось!

– Вечно с этими предсказаниями так: пока не сбудутся, не разберешь, чего предсказывали! – в сердцах заключил Лис.

Янка, уже успевшая раз десять проклясть себя за неуклюжесть и нечаянное вредительство, только кивнула. Действительно, кто мог знать, что помешать выиграть турнир надо Джегиру, чтобы тот выбрал тихоню в синем? Вот кто? Наверное, только кто-то там, наверху. Тот, который удачно использовал блюстителей пророчеств в качестве самых подходящих и наиболее поддающихся влиянию инструментов. И почему надо было отбирать огрызок у пацана, который целился в консорта? Может, мальчонка мог промазать или метнуть так, что стрела улетела бы в молоко и никакой птицы не подбила? Тогда Джегир вторым победителем не стал бы. Как же все сложно-то!

«А ведь это самое простое пророчество для второкурсников! – почти с ужасом подумала девушка. – Что же дальше-то будет? Как же справляться и угадывать? Как не допустить ошибки, чтобы не сломать чужую жизнь, и ладно бы кого одного, а то целой страны или, пуще того, мира?»

Покосившись на друзей, Яна удивилась. Ребята широко и довольно ухмылялись, словно им было ничуть не страшно, а, наоборот, весело! Весело!

– Пророчество исполнено! – сцапав Лиса и Янку за руки, пробасил Хаг.

Сработавший по кодовой фразе портал вернул студентов в зал академии к ожидавшим мастерам и дежурным. Последние уже усаживались за стол, чтобы зафиксировать осуществление пророчества и сдать свиток в архив на Площади судеб. Над летописцами воплощением перекормленной Немезиды высился толстячок Ротамир, изо всех сил пытавшийся казаться суровым и грозным. Во всяком случае, сопел он столь громко, что ежика, пожалуй, напугал бы. Вот с Дрием не очень-то получалось. Черкать парень что-то на листках черкал, но отвлекался на метание в сторону блюстителей странных взглядов, где в равных пропорциях смешивались досада, облегчение и вина.

Глава 23

Разоблачительно-родственная

– За мной, – тихо скомандовал Гад блюстителям вместо: «Поздравляю, дорогие мои, с первой успешной миссией!» – и бумкнул по гонгу-артефакту, открывая портал в свой кабинет. Подхватив сумки, ребята поспешили за дэором.

Подождав, пока студенты рассядутся традиционным рядком на диване, декан поинтересовался:

– Ничего не хотите спросить?

– Может, вы нам сразу скажете, мастер, что мы должны хотеть спросить? – не поддался на провокацию тролль. – Машьелису только волю дай, он вас вопросами по маковку засыплет и сверху добавит.

– Логично, – признал декан талант скромно потупившегося дракончика и, привычно откинувшись в рабочем кресле, пояснил: – Речь о том, почему на вас, второкурсников, пал жребий исполнить пророчество не только раньше второго семестра, но и прежде обещанных на адаптацию циклад для нового состава вашей команды.

– Эх, – невозмутимо пожал плечами Хаг и поскреб затылок, – так на нас с первого курса чего-нибудь падает. Мы, да и вы уже, к этому привычные. Чего спрашивать-то лишний раз?

– А стоило бы, – усмехнулся дэор, впрочем не оспаривая степени везучести и частоты попадания троицы друзей в неприятности, вежливо именуемые рядом наивных глупцов приключениями. – Сегодня на дежурство в Зале порталов в первый раз заступил летописец Дрий, а его старший товарищ, которому полагалось контролировать, консультировать и помогать новичку, задержался. Когда он пришел в зал, шары жребия уже были извлечены и установлены на пюпитр вызова. Жаль только, расторопность студента Дрия значительно превосходила степень его усердия и внимательности при усвоении знаний. Проще говоря, летописец перепутал ячейки для установки. Курс и команда поменялись у него местами.

– То есть, вы хотите сказать, мы чужое пророчество исполняли? – не удержавшись, перебил декана дракончик и радостным шепотком добавил: – Вот повезло!

– В тот миг, когда шары заняли свое место, чужое пророчество стало вашим и достоверно утверждать, что таковыми не был замысел Сил и воля Игидрейгсиль, не возьмется никто. Но, разумеется, наказания для нерадивого летописца и пересдачу курса теории это не исключает, – вздохнул декан и потер нос.

– Поэтому и Стефаль сегодня с нами не пошел? – догадалась Яна.

– Именно, – подтвердил дэор и объяснил подробнее: – В списках для шаров жребия команды второго курса пока отсутствуют, а в список пятого курса к команде Стефаля обновленный состав не добавлялся. Повезло вам, третья команда второго курса!

– М-да, – крякнул Хаг, – если бы мы пятой были, то и сложность пророчества повыше бы оказалась…

Договорить тролль не успел, в дверь вежливо постучали, просунулась взъерошенная голова здоровяка Рольда, он прогудел:

– К вам леди, господин декан.

Закончить объяснение до конца капитан факультетской команды по двану не успел, ибо был бесцеремонно отодвинут в сторону. В помещение, аккуратно подобрав длинный подол зеленого платья, затканного серебряной нитью и золотом, вплыла прекрасная дева с белоснежными волосами и сложным каскадом локонов, ниспадающих на плечи. Голубые глаза красавицы под черными дугами бровей метали молнии.