Юлия Фим – Воcхождение Светлого (страница 27)
Всего на мгновение, но Чживэй почувствовала, каково это – ощущать Дракона внутри. Мощь его злобы могла бы разрушать города, не то что одного человека. Всего на мгновение, но Чживэй вспомнила те дни, когда не любила себя, голос ненависти к себе был так же громок в ее голове, заставляя опускать плечи и сдаваться перед трудностями. Поэтому она даже не представляла, как ему удавалось держаться на плаву.
Сюанцин пожал плечами, как бы вместо тысячи слов говоря простое «ужасно».
– Прости. За Чжао Юхэ, – он кивнул на свои руки, на которых уже побагровели кровавые брызги. – Я подвел тебя.
– Ты меня не подводил, – Чживэй поднялась, чтобы смочить ткань. – Но скажи, Дракон становится сильнее?
Он призадумался, после чего ответил:
– Или я слабее.
Взяв его руку в ладони, Чживэй принялась стирать с них кровь. Сюанцин сразу же напрягся.
– Если ты раздобудешь для него все части Белого Дракона… Ему будет невозможно противостоять. Не уверен, что даже бессмертные справятся с ним.
Делая еще несколько глотков каши, Сюанцин добавил:
– Есть два способа покончить с этим. Запечатать меня обратно в Пещеру, или в Тысячу Снежных Пиков…
– Почему там?
– В этих местах достаточно темной энергии, чтобы запереть нас.
– А второй способ?
– Второй способ – вырезать мое сердце.
Чживэй мгновенно разозлилась и кинула тряпкой в него.
– Отвратительно, как легко ты готов сдаться. Всегда есть третий вариант, Сюанцин. И мы найдем его.
– Если это будет единственный способ защитить тебя, то я пойду на это.
Чживэй лишь больше разозлилась. Быть может, кто-то на ее месте умилился бы такой преданности, но она хотела услышать другое, например, что они будут бороться, что он найдет способ.
– Не делай из меня хилячку, Сюанцин, – наконец, сказала она. – Мне не нужны такие жертвы.
– Я найду ответы, – тогда пообещал он и вдруг погрустнел. – Но что делать, если эти ответы мне не понравятся?
– Посадить цветы, – сказала Чживэй и продолжила в ответ на его вопросительный взгляд: – Сегодня – цветы, завтра – плоды. Тебе могут не понравиться ответы, однако твоя судьба в твоих руках. Можешь ненавидеть небеса за выданный тебе путь, а можешь творить его своими руками. И усилия сегодня определят твой успех завтра. Поэтому, Сюанцин, если ответы тебе не понравятся, посади цветы, съешь плоды – и потом решишь, что дальше.
– Мне больше нравятся вишневые деревья, – уголки губ Сюанцина слегка приподнялись.
– Не знала, что тебе нравятся вишни, – Чживэй улыбнулась, после чего словила непонятный взгляд Сюанцина, и уголки его губ опустились.
Молчание между ними затянулось, поэтому, наказав Сюанцину отдыхать, Чживэй отправилась прочь из комнаты, чтобы заняться лагерными делами. Теперь, когда у нее отобрали месть и Дракон был найден, пришло время сосредоточиться на императоре и подготовке к войне.
Она собиралась вернуться в Прогалину с триумфом, но вместо этого единственное, о чем она могла думать, – это Чжао Шэнь. Ей хотелось увидеть его сардоническую улыбку и теплый взгляд синих глаз и хотелось не задаваться вопросом: что, если все это время мстить нужно было ему, а не Чжао Юхэ? Ведь, как она сказала: Чжао Шэнь восхитительно великолепно умен.
На следующий день Чживэй проснулась рано, не настолько рано, конечно, как Лин Цзинь, которая, переполненная чувством ответственности, вставала за час до рассвета и приступала к обязанностям.
Вопреки неудачам прошлого дня, сегодня Чживэй была в предвкушении: беспокойства и подозрения вчерашнего дня она отложила на потом. Сегодня был большой день – первый день настоящей войны со светлыми. Первый
Чживэй распахнула окно, вдохнула прекрасный лиственный аромат после дождя и, нарядившись, направилась вниз. Сегодня она выбрала насыщенные красные одежды, они придавали ей уверенности в себе. Теперь в элементах ее нарядов всегда присутствовал красный, Темные привыкли прятаться, сливаться с фоном, оставаться незаметными, но Чживэй собиралась показать им своим примером, что она не боится. А если она не боится, то и им не стоит.
Совет проходил в павильоне Радости и Долголетия: обширный павильон, который мог вместить наибольшее число Темных. В отличие от привычных залов со строгой иерархией, где выделялось сиденье на возвышении для главы семьи, фракции или империи, здесь в центре располагались сидячие места с небольшим чайным столиком по правую руку. Центральная часть пустовала, чтобы все участники Совета могли видеть друг друга без помех, а за стульями рассаживались Темные, которые хотели знать, о чем говорил Совет. Они могли вмешиваться, высказываться и задавать вопросы, однако финальное решение зависело от участников Совета. Четверка друзей располагались так: во главе Лин Цзинь, по левую руку от нее Сяо До, по правую Чживэй, рядом с Чживэй устроился Сюанцин. Напротив них сидел Совет: Инь Гуйин, Бянь Чжан, Цао Цао, Инь Вэньтэй, Инь Лянъюй, Инь Цзиньхуа.
Лин Цзинь уже, разумеется, была здесь, в молчаливом ожидании, пока соберутся остальные, Сяо До развалился рядом в вальяжной позе. Чживэй пружинистым шагом, прошла к своему месту, лишь на мгновение обернувшись на Сюанцина, что следовал за ней.
Ей не нравилось присутствие Дракона на совещании, но исключить Сюанцина из Совета и не вызвать при этом подозрений Чживэй не могла. А еще она не хотела, чтобы Сюанцин чувствовал себя более обособленным, чем он был уже.
Когда все собрались и расселись, лидеры фракции, Совет, Темные, Лин Цзинь поднялась со своего места. На фоне Чживэй Лин Цзинь выглядела генеральшей, словно они поменялись ролями. Чживэй выбрала привлекательное ханьфу, а Лин Цзинь была одета в строгие военные одежды. Прическа Чживэй сегодня была замысловатой, а волосы Лин Цзинь собраны в строгий с иголочки хвост с серебряным украшением. Она выглядела одновременно хрупкой и сильной.
В зале яблоку было негде упасть, но едва Лин Цзинь поднялась, тишину не нарушил ни единый вздох. Все замерли в благоговейном трепете перед лидером. Чживэй невольно подумалось: вот он, признак величия – уважение, которое внушала Лин Цзинь своей справедливой и трудолюбивой натурой, нельзя было недооценить. Все Темные знали, что их интересы Лин Цзинь держала ближе всего к сердцу.
– Дорогие друзья, приветствую вас на первом Совете этого лета! Многое изменилось в нашей жизни за последние месяцы… Для начала позвольте формально представить вам новые лица Совета: Лю Чживэй и Инь Сюанцин!
Чживэй задела приставка Инь к имени Сюанцина. Все было согласно традициям Тенистой Прогалины, однако что-то в этом было неправильно.
– Лю Чживэй – Темная, что связалась с нами много лун назад. Ей явилось два пророчества: первое касалось нас, свободных Темных из Тенистой Прогалины и как нас найти, а второе – ей суждено освободить Дракона Легендарного Цзиньлуна…
Лин Цзинь опустила, что Лю Чживэй, что связалась с ними, и Лю Чживэй, что сидела перед ними, – два разных человека. Эту часть они давно договорились держать при себе, чтобы не усложнять и без того непростую историю. К тому же они негласно решили, что если Чживэй не погибла, освобождая Дракона, то, возможно, пророчество Чживэй было не совсем точным. В конце концов, обе девушки уже действительно умерли.
– Поприветствуем нашего генерала – Лю Чживэй!
Чживэй поднялась, давая в очередной раз себя разглядеть, после чего опустилась на свое место. Она испытывала искреннюю благодарность к своей предшественнице: едва та узнала о пророчестве, как начала изучать фехтование и укреплять свое тело. Не раз она задумывалась, не стоило ли в пророчестве для Чживэй указать, что семья погибнет? Или все-таки был шанс ее спасти, и Чживэй его упустила?
Некоторые вопросы действительно никогда не получат ответа. В этом и есть красота жизни.
– …Инь Сюанцин – единственный, кто выжил в Черной пещере. Он защищал наши спины на протяжении всего пути и поэтому нарекается Защитником Совета. Поднимись.
Сюанцин поднялся. Он смотрел прямо перед собой, не проявляя интереса к происходящему вокруг него. Чживэй знала, что все поговаривали, как сложно с ним сблизиться, поскольку он искал любую лазейку, чтобы увернуться от дружеского разговора и уединиться. Однако и это Чживэй уже тоже давно поняла, в нем не было излишней скромности, его не смущало внимание – он просто не любил шумные места и большие скопления людей.
– Я знаю, что многие из вас растеряны сейчас, изменения происходят слишком стремительно, однако я бы хотела поделиться с вами всеми знаниями, что мы недавно обрели. Когда-то давно наш Легендарный Прародитель Цзиньлун был предан Светлым братом Легендарным Прародителем Гуанмином.
Лин Цзинь пересказала легенду, которую недавно поведал им Бо Миньчжун. Темные ахали и недовольно перешептывались, не решаясь перебить своего лидера. Чживэй с удовольствием смотрела, как тут и там красные глаза загорались яростью. Ненависть к врагу – та эмоция, которую Чживэй хотела в них разбудить. Она желала напомнить, против какого унижения и несправедливости они сражаются.
Госпожа Гуйин, которая все недовольно опускала взгляд и теребила платок в руках, рывком поднялась с места.
– Судьба была благосклонна ко мне: большую часть своей жизни я прожила свободной. Меня интересовали лечебные свойства ароматов и трав – мне дали возможность этим заниматься. Ни в чем и никогда я не чувствовала себя ущемленной. И все это благодаря восхитительному лидеру Лин Чжу. Тенистая Прогалина открылась ему, словно сами Небеса были на нашей стороне, не скрывая своих необычных свойств: невозможность найти Прогалину, не будучи приглашенным в нее; пять ворот фэн-шуй, чья абсолютная гармония позволяет перемещаться по всей стране; исцеляющие источники, помогающие излечивать Темных от любого внешнего вреда.