Юлия Фим – Союз спасения Завтра (страница 7)

Однако и тут Ён не кривил душой: никто не пугал так, как Чон Суён. Ровесница Ёна, метра полтора ростом, с ровной чёлкой и презрительным взглядом.

– Какая прелесть, – протянула она издевательским тоном. – Только из душа, приятно знать, что ты не торопился, мы просто обожаем торчать на вокзале.

– Ты, похоже, в идолы себе выбрала Ким Хёнджу, да?

Ён сразу пожалел, что это сорвалось с его губ, ему категорически нужно научиться держать язык за зубами.

– Сонбэ-ним Ан Сонджа всё это время была на ногах, – Суён лопнула пузырь из жевательной резинки в лицо Ёну.

Ён повернулся и уважительно склонился перед пожилой женщиной, которая, по слухам, сейчас была самым пожилым Проводником Духа в корпорации и подрабатывала шаманкой. Это бы объяснило её сумочку Louis Vuitton в одной руке, которая смешно сочеталось с продуктовой котомкой в другой.

– Билеты у тебя, Сокджин? Поторопимся, – Ан Сонджа ободряюще похлопала Ёна по плечу.

Пятеро Проводников устроились на задних местах автобуса. Ён сел на одиночное сиденье перед ними в правом ряду. Суён немедленно надела наушники и отвернулась к окну, Сокджин сел в центре, чтобы видеть всех одновременно, сексуальный Нангиль устроился у другого окна, подле него присела шаманка, оставив громадному Кичхолю место возле Суён. Было видно, как Кичхоль старался не занимать часть сиденья девушки – у него на лбу даже появились бисеринки пота. Было приятно понимать, что не только Ён её побаивается.

Именно так Ён себе всегда и представлял семью. Все ворчат друг на друга, но всё равно в одной команде. Он ощутил покой, что так редко с ним случалось. По работе он в основном общался с Ким Хёнджу, которая так откровенно его презирала, словно он был тараканом под её ногами, но в такие моменты, как сейчас, он вспоминал, зачем это всё. Впервые он принадлежал чему-то, или даже скорее кому-то. Неидеальной и несовершенной, но компании.

– Айгу-у, что же творится!

По левую руку от Ёна раздался встревоженный голос женщины, после чего испуганный вздох пронёсся по всему автобусу. Ён обернулся: все взоры были устремлены к телевизору, где вместо очередной дневной бесконечной дорамы с обязательным хорошим концом показывали новости.

На экране как раз застыло изображение огромного цунами, который выглядел как тысячеметровая стена, надвигающаяся на Южную Корею.

Голос диктора дрожал, когда он произнёс:

– Волна такой величины смоет значительную часть полуострова. Военные и учёные уже объединились, чтобы…

Только теперь Ён встревожился, наблюдая за монструозного размера волной. Он достал телефон и открыл Naver в поиске последних новостей. Там сообщалось о ещё нескольких крупных грядущих катастрофах и об эвакуации жителей с острова Чеджу.

Всё это казалось невероятным: это и правда конец света.

– Судный день, – пробормотал Нангиль позади, тоже уставившись в телефон.

Всю жизнь Ён обещал себе, что дальше будет лучше. Даже не так: он продержался до сих пор только потому, что обещал, что дальше будет лучше. Хуже, казалось, уже некуда.

[<Благой Вестник> задаётся вопросом, с кем ему общаться, когда люди исчезнут]

[<Просветлённый> в свою очередь задаётся вопросом, будут ли они существовать, когда люди исчезнут]

Ён про себя возмутился, что Разработчики уверенно говорят «когда», а не «если».

[<Его Темнейшество> замечает, что если они тоже исчезнут, то это хотя бы освободит его от вечного общения с «уважаемыми» Разработчиками]

Ён обернулся на Проводников, те встревоженно переглядывались.

Странно, отстранённо отметил про себя Ён, в такой напряжённый момент вдруг стало ясно, кто с кем ближе дружит. Кичхоль крепко, по-отечески, держал за руку Суён. Нангиль смотрел на Джи Сокджина, вероятно, Ён не так хорошо понял динамику раньше: да, Джи Сокджин старался всем понравиться, но ещё никого и не осуждал, а это, видимо, было важно Нангилю, Проводнику Благого Вестника. Шаманка положила руку на сплетённые руки Кичхоля и Суён.

Ён сидел один.

Он сглотнул медленно застрявший в горле ком, а затем на его губах заиграла улыбка. Она всегда приходила легко в моменты, когда он чувствовал себя менее уверенным.

– Создатель всё решит, – поддерживающе произнёс Ён, желая разделить с остальными тревожный момент.

– Если только ему есть до нас дело, – пробормотала Суён. – Подумайте сами, ему уже неинтересно, что происходит у нас. Не только багов становится больше, но и люди как будто отчаялись. И стали более одиноки. Эпидемия одиночества.

Что, если Создатель тоже одинок? Об этом Ён как-то не думал, но он понимал это чувство, пусть и не в полной мере. Он никогда не был по-настоящему один, Разработчики мира были рядом с ним всю его сознательную жизнь. Однако только они и оставались рядом, люди в его жизни не задерживались.

– Конечно, ему есть до нас дело, – возразил Ён и тут же подумал, что он вообще-то ничего не знает о Создателе. – Как он выглядит, интересно?

– Думаю, у Создателя длинная белая борода, – Кичхоль провёл рукой вдоль своего гладко выбритого подбородка.

– Как у Гэндальфа? – удивился Ён.

– Как у Лао Цзы, – уточнил Джи Сокджин; неудивительно, что он выбрал китайца, будучи Проводником Учителя.

– Создатель кореец, – уверенно возразила пожилая Ан Сонджа, – у него будет короткая, ухоженная борода.

– По слухам, Создатель удалял из истории всех людей, которые казались ему ошибками. – Нангиль произнёс это неодобрительно. Или одобрительно? С ним всегда было непонятно. – И наша настоящая история значительно отличается от той, какой была на самом деле.

– Он может удалить человека из существования? – Ён поразился этой мысли.

– Он может удалить людей из существования, – хмыкнула беспечно шаманка.

Окей, Ёну всё-таки стало тревожнее. Что если Создатель, как только увидит их, то удалит, чтобы они ему не докучали? Или ещё хуже – Ён накормит его какой-то едой, что не по вкусу Создателю, и он тогда удалит его? Готовить Ён, конечно, умел и даже любил, и он смотрел все кулинарные шоу этой страны.

– Если бы Создатель хотел помочь, то уже сам бы появился, – фыркнула Суён. – Он наверняка знает всё. Даже наш разговор прямо сейчас.

[<Его Темнейшество> саркастично замечает, что это будет неловкая встреча, после того как они его удалили]

– А что вы знаете о нём?

[<Бессмертный Один> выбирает многозначительное молчание]

[<Бессмертный Двадцать Семь> поддерживает многозначительное молчание]

– Мне кажется, тут больше трусливого молчания, – хмыкнул Ён и тут же словил шокированные взгляды Проводников. В отличие от большинства Проводников, которые пришли к своей роли со временем и трепетно к ней относились, Ён был рождён с этим дароклятием. Даже среди своих он опять почувствовал себя чужим.

Кичхоль пожал массивными плечами.

– Создатель просто медитирует где-то, уже, возможно, даже не поймёт наших переживаний. Его волнуют другие сферы, непонятные нам.

– Почему ты так думаешь? – Ён правда старался понять, у него был более позитивный взгляд на вещи.

– Потому что, если бы всё это его волновало, он бы уже был здесь, – ответила госпожа Ан Сонджа, и от неё это казалось убедительным аргументом.

[<Учитель> хочет подчеркнуть, что это распространённое заблуждение. Переживать о ком-то не значит быть с ними 24 часа 7 дней в неделю]

Ён и Джи Сокджин одновременно пожали плечами, прочитав послание Разработчика.

– Мы справимся, – произнёс Ён. – У нас получится.

Он ожидал, что Проводники его тут же поддержат, но они странно на него посмотрели. Рот Суён начал приоткрываться, и Ён понял, что сейчас будет что-то обидное.

– Мы твои единственные друзья, не так ли, Ён? Это печально. Почему у тебя нет друзей?

– Суён! – пробасил Кичхоль, покраснев. – Это некрасиво.

Ён почувствовал, как в груди расползается чернота, однако сохранил улыбку на лице.

– Я знаю очень много людей…

– Очень скоро ты найдёшь себе друзей, – перебила его шаманка. – Мужчина и женщина. В неожиданных местах. Заведёшь ребёнка и, кажется…

Ан Сонджа прикрыла глаза, а затем закончила мысль:

– …собаку.

Ён опешил. Допустим, у него скоро появятся друзья, и даже собака, но ребёнок? У него по всему телу пробежали мурашки. Может, это у него перед концом мира возникнут такие желания?

– Эй, Ён! Деревня Ононсанчхон!

Автобус уже открыл двери. Испуганный, что почти пропустил свою остановку, Ён схватил рюкзак и поспешил к выходу. Водитель раздражённо закричал: «Быстрее, быстрее!» Ох уж эти корейцы, подумал про себя Ён, вечно мы куда-то торопимся и куда-то опаздываем.

– Вау, – не сдержал он восхищённого вздоха, едва оказавшись снаружи. После Сеула поля, раскинувшиеся перед ним, впечатляли. Он постоял пару секунд, закрыв глаза и вдыхая цветочный аромат деревни, после чего обернулся с вопросом: – С чего начнём?

За Ёном никого не стояло. Остальные не вышли? Он растерянно оглянулся.

– Подождите! – Ён бросился было вслед за автобусом, который тарахтел уже вдали от него. – Куда они?