Юлия Фаро – Дело № 2. Дауншифтер (страница 60)
— Ну тогда им не суждено сбыться! Имею информацию, что завтра к тебе гости нагрянут.
— Гости?! — ужаснулась Зиночка.
— Флора с Изольдой, ну и мы с Нилом да с Ванькой подтянемся.
— Офигеть! Сюрприз… А я, вообще-то, завтра планировала рыжики мариновать… У меня тут фабрика-кухня.
— Много насобирала? — спросил Кольцов.
— Много! — зло огрызнулась Зина.
— Много-премного? Или просто много?
— Много-премного…
— Зин! А давай их пожарим, пожалуйста! Ты не представляешь, как я рыжиков хочу, вот ни салатов, ни пирогов… Хочу столько жареных рыжиков, чтобы есть и не стесняться, что кому-то не достанется. Чтобы все наелись, и ещё осталось…
Фёдор так отчаянно уговаривал, что Зинаида невольно умилилась. Она представила огромного Кольцова, сидящего на своей городской кухне в Кумске и мечтающего о жареных грибах. Ну как лучшему другу откажешь!? Он так о женщинах не мечтает, как о грибной жарёхе…
— Вот знаешь, как говорится, до отвала… Вот лично я могу полведра один, наверное, съесть… Чего ржёшь? — дойдя до пика гедонического возбуждения, продолжал упиваться предвкушением завтрашнего ужина Фёдор. — Да и готовить их просто… Берёшь таз с водой, высыпаешь в него грибы и даёшь постоять минут двадцать. Вся грязь с них там отмякнет, ты их аккуратненько вынимаешь и в кастрюлю, посолишь, конечно, и варишь полчасика. Затем берёшь казан с раскалённым маслом и меленько порезанный лучок туда — бултых, а дальше… Отваренные рыжики откидываешь на дуршлаг, вода должна стечь, а потом грибочки — в казанок, да помешивай деревянной лопаткой, помешивай… Вот жидкость вся испарится, а грибки начнут поджариваться… Ой-ей-ей, как это вкусно даже выглядит: будут они лежать на большом блюде поджаренные, томлёные, в еле заметных капельках масла… Слушай! — перебил он сам себя. — Зинаида, тогда нужно ещё взбитое с молоком и маслом пюре и малосольные помидоры. Вот теперь — точно всё! Бутылка «Белуги» с меня. Идёт?
— Идёт! — подтвердила Зина. — Ты так смачно рассказывал, что я сама слюной чуть не подавилась. Ладно, жду завтра… Кстати, сегодня — четверг, и у нас дождь накрапывает…
— А это к чему? — удивился Кольцов.
— Всё просто, помнишь, что счастье твоё — после дождичка в четверг?
— Точно! — обрадовался сыщик. — Ну тогда — до полного счастья! — пожарь мне ещё и гренок с чесноком!
К удивлению Зинаиды, все гости, рассевшись вокруг стола, оценили изысканную простоту блюд. Дамы пришли в неописуемый восторг от изобилия рыжиков и признались, что поесть таких грибов до отвала тоже было их давнишней мечтой.
Флора Эмильевна долго рассказывала, как в клинике восприняли весть о её воскрешении и как сотрудники выразили неописуемую радость по поводу её возвращения. Кроме приятных воспоминаний, Чайникова не преминула сообщить, что дух убитого мужа являлся во снах Изольде Викторовне. На что Крапивина сдержанно кивнула, подтверждая слова приятельницы.
— Так вот, Сергей Юрьевич просил поставить ему памятник. С руководством кладбища я уже договорилась… — объявила Флора Эмильевна.
— Но как? — удивился Нил, за что был тут же удостоен укоризненного взгляда Зинули.
— Очень просто, молодой человек, — не обиделась на бестактность Флора Эмильевна. — Закопаю под памятником некоторые его личные вещи и тот имплантат, который полиция идентифицировала.
— Но… — продолжал изумляться бестолковый Нил, — У вас же нет заключения о смерти! В вашем случае — по без вести пропавшему — только через пять лет…
— Говорю же, договорилась…
— Фёдор, Нил, а почему вы молчите, почему не расскажете о том, что приготовили для Зиночки? — вывела всех из тягостных размышлений Крапивина.
— Ой, можно, только сначала я скажу, — оживилась Флора. — Дело в том, что давненько сотрудничаю с гостиничным комплексом «Эдем», я там от нашей клиники часть этажа в аренду снимала под кабинеты массажа и услуги косметологии. В общем, у меня в клубе отличные связи, всем знакомым карточки на посещение раздаривала. Вот Изольда не даст соврать…
Зина и Кольцов переглянулись, а Крапивина отвела глаза.
Детективам стало понятно, кто попросил Флору похлопотать о посещении аквапарка похитителями. Фёдор даже не смог сдержаться и хмыкнул. Хорошо, что «Брунгильда» не обратила на эти переглядывания никакого внимания и продолжала делиться новостями:
— Так вот, мне предложили в долгосрочную аренду целое здание! Представляете, с мебелью, персоналом и по очень выгодной цене. Я, конечно, сразу согласилась, такие шансы упускать нельзя. Только, к сожалению, селить там детей администрация «Эдема» категорически запретила… Поэтому пришлось это помещение другим людям сосватать.
— Каких детей? — не поняла хозяйка «грибного раута».
— Вы не знаете? Вам Цветов с Яном ничего не рассказали?
— Я их и не видела со дня представления, — вздохнула Зина.
— Да вы что! Мы же с Изольдой семейный детский дом открываем. Я буду генеральным инвестором, а Изольда закрывает свой салон и вместе с Аминой и Яном займутся организационными вопросами. Раз на территории «Эдема» не удалось, Цветов начал оформление документов на приобретение лыковской усадьбы. Земли там много…
— Но Святослав говорил, что в память о Петре они вместе с Савелием будут производством заниматься. Деньги, как я понимаю, на это имеются, — вставил Кольцов, недвусмысленно намекая на экспроприированные у банкиров средства.
— Мы в эти мужские вопросы не вникали, — запальчиво воскликнула Флора. — А заботиться о детях-сиротах считаю более полезным делом. Мне на это никаких денег не жалко.
— Ясен пень, — прошептал Фёдор, сидящий рядом с Князевой. — Всё понятно… Что ж — не самый плохой способ легализации.
— Так вот, по поводу здания в «Эдеме». Недавно в Кумск переехал знаменитый немецкий гомеопат из бывших наших соотечественников. У него есть гениальная идея по открытию санатория с нетрадиционными методами лечения и омоложения. Представляете?! — она обвела присутствующих таинственным взглядом. — Такого в нашей области ещё не было! Герман Блюм — так его зовут — организует и возглавит санаторий для состоятельных пациентов!
— Отлично! — Зина изобразила на лице улыбку.
— А теперь — сюрприз! От всех нас. Ваши сотрудники готовы отпустить вас, Зиночка, ещё раз в отпуск, а я дарю вам подарочный сертификат класса VIP на десятидневное проживание в санатории «Грёзы» в любое удобное для вас время!
Флора сняла висевшую на спинке стула сумочку и вытащила из неё конверт.
— Изочка, передай Зинаиде, — попросила она Крапивину.
Пока Зинуля с растроганным лицом благодарила Чайникову, а Кольцов и Моршин хлопали в ладоши, Крапивина, поводила над конвертом рукой, прикрыв глаза.
— Вам плохо? — поинтересовалась Зинаида.
— Нет, всё в порядке. Интереснейшее дело у вас там получится… — она таинственно посмотрела на Князеву, вручая той конверт.
— Дело? В санатории «Грёзы»? — засмеялась Флора, — Никаких дел! Отдых и оздоровление!
— Конечно, — согласилась ясновидящая. — Эта история к нашему сегодняшнему застолью никакого отношения не имеет. Тем более, Зиночка, что к вам ещё гости пожаловали.
Никто даже не успел удивиться словам Крапивиной, как в дверь постучали…
Зинуля не была экстрасенсом, но даже она догадалась, кто стоит у порога…
— Свят, — прошептала она и покраснела словно школьница.
Цветов появился в гостиной, держа в руке обёрнутый в яркую бумагу какой-то крупный и плоский предмет прямоугольной формы. А Зинаида вернулась из прихожей, прижимая к груди огромный букет свежих лилий.
— Просто день подарков! — умилилась Флора Эмильевна, подвигаясь на диване и показывая Цветову место возле себя.
— Я пересяду! — подхватился Нил, освобождая один из стульев рядом с хозяйкой.
— Это картина? — стала допытываться Чайникова. — Зиночка, вы же не возражаете, если Святослав нам её продемонстрирует?
— Это не совсем картина, — Изольда улыбнулась. — Вы, Свят — умница, — похвалила она мужчину.
Зинуля подала иллюзионисту ножницы и замерла в ожидании.
Когда бумага с шелестом свалилась на пол, все, затаив дыхание, стали разглядывать «не совсем» картину.
Крупный симметричный рисунок с преобладанием ярко-голубых тонов был помещён под стекло и обрамлён в серебристую массивную раму. Снизу каллиграфическим шрифтом была сделана надпись с употреблением букв исторической кириллицы.
— Это абстракция? — предположила Чайникова.
— Да нет, это вполне себе конкретный символ, — поправил её Цветов.
Зиночка уже всё поняла, но ей доставляло безумное удовольствие происходящее, и она промолчала.
— Фамилия Князевых долгие времена Престолу Российскому служила… — спотыкаясь, начал читать Моршин. — Дворянские службы… И жалованы были от Государей поместьями… За службу во дворяне вёрстаны… Поместным окладом… Всё сиё доказывается справкой Коллегии иностранных дел и родословною Князевых… Нет, такое читать — язык сломаешь. Это — герб! Я правильно понял? — спросил Нил.
— Правильно! — подтвердил Цветов.
— А что там нарисовано? — теперь уже поинтересовалась Флора.
Свят хотел было начать описание, но Зиночка его опередила.
— В щите голубое поле, там изображён золотой крест, а под ним — восьмиугольная серебряная звезда, имеющая по сторонам два серебряных же полумесяца, рогами один к другому обращённые. Щит увенчан дворянским шлемом, поверх него — дворянская корона со страусовыми перьями. Намёт на щите голубой, подложенный серебром… Я это с детства помню, — смутилась Князева. — Спасибо тебе большое! Очень приятно!