Юлия Евдокимова – Убийство в снежном городе (страница 21)
Следователь нажал стоп, и пояснил:
– Я все думал, что меня напрягло. Потом сообразил, и не мог понять, почему Панков так ошибся. А теперь… теперь думаю, что это не ошибка. – И он снова нажал воспроизведение.
– Ну, уж четырех-то найдет, – засмеялся Панков, снова пошли шутки и прощание, и запись закончилась.
– Придержите Панкова на работе, – связался Андрей с начальником горотдела полиции.
– Он сегодня на работу не вышел. Наверное, заболел, но пока не звонил. Такого с ним раньше не случалось.
Руководитель следственной группы объяснил, что происходит.
– Я за ордером на обыск в суд. Панкова надо брать. Но проследите, чтобы никто из коллег ему не звонил.
– Это сложно, сами понимаете – корпоративная солидарность. Опять следком на полицию наехал.
– Уже не до сарказма и не до солидарности. Похоже, мы нашли убийцу.
– У Панкова телефон вне зоны. Когда он не вышел на работу, ему звонили, но бесполезно.
***
Выйдя от художника, Саша набрала номер Сони, но телефон оказался вне зоны. – Заговорилась с коллегами, наверное. Придется идти к Панкову одной. Анатолий остался единственным, с кем девушки еще не говорили, и выпросили у Валентины его адрес.
Панков жил недалеко от центра в частном доме. Саша решительно направилась домой к майору, если он еще не вернулся с работы, поедет в полицию, и пока Соня прохлаждается, она уже поговорит с полицейским.
По пути ее обогнали два полицейских автомобиля с мигалками. Когда Саша подошла к дому Панкова, машины были уже там, она увидела, как группа полицейских заходит в дом, третий автомобиль с надписью «Следственный комитет» только подъехал и Саша, завидев Андрея, кинулась к нему.
– Что случилось?
– Панков тот, кто нам нужен. Сейчас привезут ордер, проведем обыск. Жену его уже везут на допрос.
– Жену? А почему жену?
– Похоже, ты была права. Мы совершенно упустили что жена Панкова- гинеколог. Видимо, так он и узнал про невинность девушек.
– Гинеколог??? К ней же пошла Соня!!
Андрей схватился за мобильный и сразу же включил громкую связь.
– Нет, врач была одна, прием как раз закончился, и мы ее забрали в управление. Никаких молодых женщин с ней не было.
Саша набрала номер Сони, и снова «абонент находится вне зоны».
– Не волнуйся, выключила телефон и забыла. Саша, ты нам очень помогла, и с полковником было приятно общаться, передавай ему привет. Но теперь мы нашли убийцу. Отдыхайте, девушки, занимайтесь своими делами. Мы признательны вам за помощь, но не мешайте, хватит инициатив.
Один из сотрудников подошел к Андрею.
– Дома только старшая дочь, младшая еще в школе. Говорит, отец утром сказал, что ему надо срочно уехать по делам, он позвонит. Отвез собаку к друзьям, собака с семьей не ладила, или, наоборот, семья с собакой. У друзей большой двор, пока собака поживет там.
– Какую собаку?
– Арго, немецкая овчарка. Полицейская собака, ее по возрасту отправили «на пенсию», Панков и забрал два года назад.
Из соседних домов стали подтягиваться соседки. Одна из них подбежала к следователям раздетой, несмотря на февраль:
– Что случилось???
– Успокойтесь, все нормально, следственные мероприятия.
– Что с Анатолием?
– А почему вы так волнуетесь?
– Да как же, с ним же Нинка. Дочка моя.
– Как с ним?
– Она собралась к бабушке в Лыскино и на автобус опоздала. А Анатолий ее увидел на остановке, и предложил подвезти, она мне позвонила с дороги, чтоб не волновалась. Он сказал, мимо будет ехать.
– Наберите дочку.
– Ой, я сейчас, телефон-то дома! – женщина метнулась обратно.
– И накиньте что-нибудь, крикнул ей вслед Андрей, но женщина только отмахнулась.
Вернулась она еще больше встревоженная, кутаясь в большой шерстяной платок кинулась к полицейским.
– Телефон не отвечает! Вне зоны! Да что ж это!
– Погодите волноваться. Идите домой, успокойтесь, ничего страшного не происходит. Сколько дочери лет?
– Пятнадцать, – всхлипнула женщина.
– Анатолий работник полиции, вы же знаете. Не волнуйтесь. – Один из полицейских с силой развернул женщину и, обняв за плечи, повел домой, она громко причитала и всхлипывала, и соседки потянулись вслед, там оказалось интереснее, надо же все выспросить, посудачить.
– Девочка у него! – Ахнула Саша. – И если не найти пещеру, то можно опоздать. И не важно, задержите вы его потом или нет, если девочка погибнет. Говорила ж, надо искать пещеру!
– Без тебя знаем, – буркнул Андрей, но тут же извинился. – Все, Саша, не мешай работать, иди, отдыхай. – Он дал команду запеленговать телефоны Панкова и Нины. – Будем вызывать из Владимира вертолет и бригады. Зимой проще, машину Панкова будет видно сверху.
Саша еще раз позвонила Соне, телефон оказался так же отключен. – Да что ж это такое, куда пропала! – Девушка отправилась домой, может, подруга и правда отключила телефон и забыла.
По дороге ее обогнала знакомая лошадка с запряженными санями.
– Тпррру! – возчик Василий притормозил. – В монастырь-то не надо? Съели уже весь сыр, наверное? А то давай, подвезу!
А ведь точно, хотели сыра купить, тот весь забрали с собой итальянцы. И Саша резво запрыгнула на телегу – когда еще подвернется оказия.
Лошадка порысила к реке, а девушка до боли в пальцах рук вцепилась в бортик. – Мороза нет, лед, наверное, уже мягкий, неужели снова через реку?
– Да не боись ты, какие вы, городские, бояки, а? – хохотнул Василий. – Такие морозы стояли, лед еще толстый, крепкий. – Он дернул вожжи, – пошла, пошла!
Лошадка резво проскочила неширокую речку и уже знакомой дорогой понеслась через лес к монастырю.
– А ты в храме нашем была? – Строго спросила монахиня Иоанна. – Пока телегу загружаем, сходи. Нехорошо, матушка, как же это, за сыром приехала, а в храм не зашла, неправильно это! А Вася подождет, если что, правда, Вася?
Возчик кивнул. – Как скажешь, матушка.
Саша тоже закивала и покорно поплелась в храм. Красивый одноглавый храм с колокольней понравился ей еще в прошлый раз, но Василий торопился и дальше сыроварни компания не пошла.
Казалось, серые купола таяли вместе со снегом в поле вокруг монастыря. Синее небо темнело, тоже приобретая оттенок серого, солнечный, почти весенний день подходил к концу, сменяясь ранними февральскими сумерками.
Саша зашла в храм, полюбовалась иконостасом под старинными низкими сводами.
– Поди, поди, деточка, вон к той иконе, помолись, – подтолкнула ее пожилая монахиня в сторону одного из образов. – У нас тут иконы чудом появились! Тогда монастырь лежал в руинах, писаных икон не было и купить их было не на что. На солее в разрушенном храме установили тумбочку, там после Литургии собирались служить молебен Спасителю и призывать Божие благословение на восстановление монастыря. В тот день в храм пришел незнакомый человек и пожертвовал обители красивейший образ Господа "Царя Славы". Образ этот тут же был поставлен на пустующую тумбочку, словно специально ожидавшую Его!
Саша покивала.
– Это не все, чудесным образом явилась нам и Богородица. Преподнесли Образ на Троицу двадцать лет назад. А я тебя вон куда веду, – кивнула монахиня в сторону иконы, изображавшей седого старца с бородой в зеленых и красных одеждах. – Это Иоанн Богослов, чудотворная икона, люди даже от рака исцеляются, на наших глазах это происходит! Помолись, деточка.
Молиться Саша не умела, поэтому просто постояла у иконы в тишине.
– Видишь, вон там купол? – кивнула монахиня в сторону приземистого одноэтажного здания с тоненькой башенкой, увенчанной маленьким серым куполом с крестом. – Зайди, пока открыто. Там реставраторы работают, фрески старые на стенах появились, как все отмыли. Сходи, погляди.
Саша опять послушно побрела, куда указали.
Здание напоминало доисторического зверя, косолапо стоявшего на толстых кривых лапах – расширяющихся к земле старых колоннах. Еще не покрасили стены и красный обшарпанный за века кирпич казался шкурой древнего чудища. Единственное окно забили ветхими досками, и Саша зашла осторожно, с опаской, открыв такую же ветхую деревянную дверь.
Внутри стояли леса, но реставраторов не было, хотя их работа сразу бросалась в глаза на одной стене со счищенной штукатуркой. Там еле различались образы святых и даже какой-то пейзаж.