Юлия Евдокимова – Убийство в снежном городе (страница 10)
Вчера местные коллеги накрыли на стол, купили хорошую водку, расстарались для заморского гостя и выставили нарезку соленой семги и соленые помидорчики, и пришлось отправлять домой в отель «переводчицу», потому что уже ничего не надо было переводить.
Утром он был лучше умер, чем встал с постели, но пинки в дверь заставили его встать, потом пришлось ползти километр до Сониного дома, а ему хотелось лишь одного: чтобы оставили в покое и его и его голову.
После бани, веников, сугроба, сама собой влилась рюмка холодной «крэновуха», и голова стала ясной. И рассол из бочки с хрустящей холодной квашеной капустой, добровольно предоставленный на опохмел иностранца дядькой-банщиком, пришелся очень кстати.
– Что это? – испуганно смотрели итальянцы на мутную холодную жидкость в рюмке.
– Это… как бы объяснить… это как бы граппа, но из хрена. Cren (хрен) вы ж используете в кулинарии, ну, как минимум на севере.
– Граппа делается из винограда, это не может быть граппа из… крэн.
– Ты пей, а? Потом рассуждать будешь. Тебе здоровье поправлять надо.
Марко качал головой, как кардиолог он не одобрял такого образа жизни и таких закусок. Но потом и его умудрились напоить и накормить, а на Никколо эта сама «креновуха» подействовала лучше всяких таблеток.
– Так это ж acqua di vita!
– Ну, говорят тебе, что хорошая вещь! Вода жизни, точно. В России если это делают дома, то называют самогон. Раньше за это в тюрьму сажали, при СССР.
– За домашнее вино и настойки?
– Ну, как минимум за самогон. Дистиллят в общем, теперь его так и называют. Классно же, признайся, и голова не болит!!!
После отдыха все отправились на гору. Как раз включилась подсветка храмов и монастырей, и разливалась тишина над городом, и над лесом встала большая холодная луна.
В морозном воздухе голос колокола казался очень чистым, словно сама природа создала идеальный звук, так подходящий этим стенам, лесу, крышам.
Старые белые камни монастыря отливали серебром в свете луны. Казалось, что даже лес отступил, любуясь древней архитектурой. Во времена его строительства еще не пришла эпоха барочных финтифлюшек, глазам представала чистая красота в простоте камня, орнаментов, тусклых серых куполов. Высокая колокольня словно стебель розы раскрыла розовые шипы острых кокошников над узкими треугольными окошками.
Монах в перчатках с обрезанными пальцами тянул веревки, разливались колокольчики, словно льдинки и снова чистый звук колокола ударялся о морозный воздух.
На обратном пути каждый успел поскользнуться и упасть, Марко даже потерял в сугробе свою «ушшанка», но в конце концов под легким снежком, который обещал превратиться в настоящий снегопад, они целыми и невредимыми добрались до дома, нырнули в тепло, уже собирались ужинать, когда зазвонил Сашин телефон.
– Александра… э…
– Просто Саша.
– Саша, у нас тут проблема. Раньше завтрашнего утра бригада из области не доберется, я хотел бы предложить полковнику, с его опытом… по свежим следам, так сказать… иногда каждый час важен.
– Что случилось?
– У нас новая попытка убийства…
– Попытка? Значит, девушка жива?
– Говорите, куда прислать машину, я все расскажу на месте.
Никколо все понял по выражению лица подруги и молча стал надевать куртку.
***
– Девушку увезли в больницу, прогноз пока неутешительный, врачи пугают, что травмы, не совместимы с жизнью. Она сейчас в реанимации, – не успев поприветствовать прибывших, уже знакомый Саше и Никколо руководитель следственной группы по имени Андрей ввел их в курс дела.
– Водитель при всем желании не успел бы затормозить, девушка буквально выкатилась под колеса. Но кроме травм, полученных в результате аварии, у нее рана на шее, кто-то воткнул нож, но не успел завершить начатое. Мы прошли по следам девушки, повезло, снег лишь недавно пошел с такой силой.
– У вас в России зима всегда такая? – спросил Никколо.
– Нет, что вы, иногда и на Новый год снега нет. Все говорят о всемирном потеплении, вот и до нас добралось. Но последние зимы снова стали снежными и морозными, тем более февраль, он всегда славился снегопадами и метелями. В общем, повезло, среди деревьев следы еще не засыпало, и мы вышли по следам на дорожку, а с нее вот сюда, – офицер кивнул в сторону одноэтажного домика среди деревьев. – Тут пацана и застали.
Парень лет 18ти дернулся при виде входящих в избушку, вскочил с дивана, если бы два полицейских не схватили его под локти, кинулся бы навстречу.
– Да не причем я здесь. Я вообще не знаю, куда она делась!
– А скальпель откуда? И кровь на руках?
– Я подхожу, а тут кровь на снегу и нож валяется, ну, я нож поднял, я испугался, дверь открыта, а когда я уезжал, я сам ее закрыл. А в сторожке никого. Только куртка Алкина валяется. Да я сам испугался, выхожу- а тут вы.
– Как тебя зовут?
– Максим.
– Ну, рассказывай, Максим, все по порядку, кто такая Алка, зачем ты сюда приехал.
– Алка это моя девчонка, ну, встречаемся мы. Батя мой дежурит тут, на горнолыжной станции. А сегодня на горе никого нет, он пошел с мужиками в гараж, потом в баню, ну я взял из его телогрейки ключи, чтоб нам хоть где-то посидеть. А куда нам идти? Зима же! Некуда у нас в городе ходить!
– Ты не жалуйся, а рассказывай. Взял ключи, и дальше что?
– Ну… Я и машину его взял. А что, у меня права есть! Ну, и мы поехали в сторожку. А я забыл пива купить, ну и закуску ж надо какую-нибудь.
– Одни «ну»! То есть ты пригласил даму и решил, что надо накрыть на стол?
– Чего? Никаких дам я не приглашал. Только Алку. Ну, и она осталась меня ждать. А я поехал за пивом. Арахиса взял, соломку рыбную. Потом встретил пацанов, и мы застряли. Надо было перетереть кое че. Ну, а когда приехал, тут вон, кровь, а тут вы приехали.
– Забирайте его, пусть посидит, подумает.
– Да не было меня тут, пацаны ж скажут. Я с ними был!
– Был, да вернулся.
– Меня батя ж убьет! Мне надо ключи вернуть и машину! Вы че, это не я!
– Батя твой пусть на работу ходит, а не по гаражам и баням в рабочее время. Отпечатки твои на ноже? Твои. Девушка твоя? Твоя. Может, вы поссорились? Может, она передумала с тобой тут… уединяться, ты разозлился, схватил скальпель…
– Да ничего я не хватал! Ничего она не передумала! Я ничего не сделал!!
Когда Максима увезли, следователь и Саша с Никколо вышли на улицу.
– Хотя бы мы знаем, кто наша жертва.
– У вас же маленький город, я думала все друг друга знают.
– Девушка, вы в каком доме живете?
– В пятиэтажном.
– Всех соседей знаете?
– Нет…
– Вот видите. А тут город, где больше 10 тысяч живет. Мы уже связались с родителями девушки.
– Думаете, это парень ее зарезать пытался?
– Думаю, это наш убийца. Парень дурачок, сразу видно, давно бы уже сопли пустил, если б он зарезал. Ей повезло. Смогла убежать. Вернее, повезет, если выживет после аварии. Снег сильно утоптан, даже под новым слоем заметно, видимо, она боролась, и смогла вырваться.
– Следы можно выявить?
– К сожалению, все очень сильно перемешано, сверху нападал снег, и парень ее тут потоптался, и наши, если честно, тоже.
– Вы установили по следам, что убегала она именно отсюда. И ни одного следа нападавшего?
– Ни одного. Мы все тут осмотрели. Девушка бежала по лесу, без тропинок, проваливалась в снег. Там следы глубже и сильно не засыпаны, ветви деревьев удерживают снег. А он все за собой разрыхлил, пятачок, где они боролись, маленький, а дальше два шага -и на дорогу, а по ней сколько народу прошло, наши же и натоптали.
– А отпечатки на скальпеле?
– Отправили в лабораторию. Скорее всего только отпечатки Максима и найдем. Наш маньяк не дурак, просто так, не стерев отпечатки, скальпель бы не бросил.
– А зачем бросил? – спросила Саша.