Юлия Евдокимова – Убийство на аперитив (страница 19)
– Альберто, Леоне, остаетесь дежурить, – скомандовал капитан карабинеров.
– Определитесь кто их сменит, пока можно отдохнуть во Фьюмальдо, я договорюсь с хозяином, – это уже Никколо.
Хромая, Саша, которой предстояло ехать в ближайшую больницу для дезинфицирования раны и, несмотря на ее протесты, укол от столбняка, ковыляла вниз и обиженно молчала. Мало того, что ей всадят укол, еще и открытие старого строения откладывается. Ну сколько можно ждать, сокровище вот, в двух шагах, а они!!
Она слегка оттаяла, видя заботу Никколо. Договорились с больницей в соседнем городке, там девушке продезинфицировали царапину и перебинтовали, и укололи. Дальше можно было не хромать, все равно все позади, а то еще не возьмут завтра открывать погреб или амбар или как он там называется.
– Прежде чем открывать, его надо откопать. – сказал Никколо, когда они с Сашей вернулись во Фьюмальдо. Переночевать решили у Маурицио который оставил их в доме, а апартаменты в башне предоставили военным полицейским. Утром должны были подвезти необходимое оборудование, Маурицио, как собственнику сокровища, хотя это еще придется доказывать в суде, собрав все исторические документы, разрешили присоединиться к группе. Земли теперь государственные, еще неизвестно, на чью сторону встанет суд.
На сей раз после предыдущей бессонной ночи Саша спала как убитая, и утром ее пришлось будить.
***
Перекусили наспех, уже прибыла машина с оборудованием и начали откапывать старый погреб. Вернее, это сейчас он стал погребом, а раньше был обычным каменным сараем.
Когда Саша и Никколо прибыли на место, оказалось, что дверь откопали полностью, и ее можно открывать. Осталось сбить замок, который никак не поддавался. Синьор Маурицио задержался, его ждал срочный телефонный разговор, он обещал сразу же догнать остальных.
Саша стояла на краю поляны и вместе с остальными не отрывала взгляда от двери. Она не обратила внимания на шуршание листьев за спиной и не успела ничего сообразить, как вдруг ее крепко обхватили за шею и что-то острое коснулось горла.
– Отойдите!! Все отойдите от двери! – истошно завопил над ее ухом мужской голос. – Я перережу ей горло!
Все случилось так внезапно, что Саша испугалась, лишь увидев, как побледнел Никколо. а карабинеры выхватили оружие и направили на них.
– Я же никуда не лезла! Я же просто стояла вместе со всеми! – успела она подумать, когда мужчина отступил в лес, таща девушку за собой.
– Опустите оружие, – скомандовал полковник. – Отпусти девушку. Ты все равно далеко не убежишь. Тебя найдут. Отпусти девушку, она тут не причем.
– А я никуда и не побегу. Это вы сейчас все сядете в машины и уедете в Фьюмальдо. Мне отсюда все видно, как все будут внизу, отпущу. Если не уедете, я перережу ей горло. Выбирайте! Я убью ее!
Саша почувствовала, как острый предмет больно уколол ее в шею и потекла тонка струйка крови.
– Мы уйдем, видишь, мы убрали оружие. Отпусти девушку.
– Отпущу, когда увижу с горы, что вы все спустились во Фьюмальдо.
– Если ты ее тронешь… – Никколо смотрел на них, не отрываясь.
– Хочешь получить ее живой – уезжайте.
Никколо помедлил минуту и скомандовал:
– Все по машинам.
Саша краем глаза – рука схватившего ее мужчины закрывала обзор – смотрела, как пустеет поляна, потом внизу зашумели моторы, машины двинулись с горы.
На поляне стало очень тихо, осталось лишь учащенное дыхание мужчины над ее ухом. Ноги стали ватными и, если бы он не держал ее крепко, Саша, наверное, сразу упала на землю.
– Они уехали, отпусти ее, – раздался голос, показавшийся знакомым. Руки разжались, и она, как мешок с картошкой, рухнула на траву.
Девушка во все глаза смотрела на синьора Маурицио, вышедшего из-за деревьев.
– Вы? – это прозвучало сдавленно и пискляво.
– Извини. Кто же знал, что все так получится. Это я во всем виноват, старый болван, чуть все не потерял по собственной глупости.
– Что делать будем?
– Связывай ее. Чтоб не мешалась, – Маурицио бросил веревку и молодой человек в очках – Антимо Марини – связал ей руки и ноги.
– Но зачем? Вы все равно никуда не убежите.
– Насчет этого не волнуйся, все уже организовано. – Маурицио вынул из кармана несколько огромных старых ключей и вставил в замок. – Надеюсь, хоть один подойдет.
С усилием, не сразу, на втором ключе раздался щелчок, ключ повернулся и замок тяжело рухнул на землю.
Но дверь, раскисшая за столетия под землей, не поддавалась. Саша, забыв, что лежит связанная, а рядом два преступника, смотрела, не мигая. Вот сейчас, сейчас появится сокровище, ради которого убили четырех человек.
– Стоять на месте. – из-за деревьев появились Никколо и несколько карабинеров.
Глава 13.
После того, как Сашу развязали, закончились все охи и ахи и обработали царапину на горле, девушку собирались отправить в Равенну. Задержанных вели к машинам, хотя оба кричали и сопротивлялись.
– Идиот, все из-за тебя, – орал Антимо, пытаясь вырваться из рук карабинеров, надевших на него наручники. – Если бы ты не продал рецепт! Что ж ты наделал! Ты все, все испортил!
Маурицио не обращал на него внимания. Он рвался из рук карабинеров по другой причине, он просил, умолял, дать ему хоть одним глазком увидеть то, что было в погребе.
– Умоляю, разрешите мне остаться! Я должен его увидеть! Оно мое! Прошу вас!
Его почти волоком тащили к машине.
– Я должна его увидеть. Я должна увидеть, что там, я что, зря пострадала! – пропищала Саша, и рванулась к двери строения еще энергичнее, чем Маурицио. – Я тебе не прощу, если ты меня отправишь, я должна это увидеть!
– Я уже боюсь отпускать тебя даже на шаг, – вздохнул Никколо, – как у меня полголовы не поседело! Ладно, подождите, – махнул он водителю, который должен быть увезти Сашу в Равенну.
Дверь, наконец, поддалась. У карабинеров было больше сил, чем у пожилого синьора Маурицио и хилого Антимо. Фонарики ударили в темноту. Первым вошел один из карабинеров, за ним Никколо с Сашей.
Помещение уходило вглубь. Возможно, раньше это было самостоятельное каменное подсобное строение, каких много в горах, но за 200 лет оно стало частью горы, превратившись в пещеру.
Яркие лучи фонарей вырвали из темноты ряды ящиков, заполненных темными бутылками. Казалось, эти ряды бесконечны. Все ахнули.
Никколо вынул одну, рассмотрел в свете фонаря. На вине была этикетка. Совсем не поврежденная и не отсыревшая за столетия. Саша прочла: Ориоле.
Она тоже вынула бутылку, разглядывала ее, вошедший первым карабинер присвистнул:
– Вот это да! Сколько тут вина!
В этот момент раздался глухой звук, с потолка посыпалась земля. Ящики задрожали, гул стал еще сильнее, и один ряд обрушился, карабинеры еле успели отскочить. Несколько ящиков упало на пол, раздался звон, одна из бутылок, выпавших при падении, разбилась, и темная жидкость, словно кровь, разлилась по полу.
– Это гора! Быстрее! – Закричал карабинер. – Бежим отсюда!
– Вы что, а вино? – закричала в ответ Саша. – Это ж действительно сокровище, нельзя его бросать!
– Быстро, быстро, – Никколо подтолкнул ее к выходу. Гул перешел в грохот, и они еле успели выбежать, как обрушилась крыша, и покатились камни.
Через пару минут все было конечно. Лишь пыль с песком вздымалась над тем местом, где только что был сарай.
– Видимо, раскапывая, потом сбивая замок, вышибая дверь, мы потревожили горные породы. Вот все и поползло.
– И что теперь делать? Это же можно откопать?
– Боюсь, что нет. Это слишком дорогое удовольствие, да и технику сюда на гору не затащишь. Не лопатами же копать.
– А вино? Как же вино?
– Ладно, хоть все живы. – Никколо вдруг осекся, уставился на Сашу, потом поперхнулся и начал истерически хохотать. Глядя на него, остальные тоже уставились на Сашу, замерли, и начали смеяться.
– Представляю, как я перепачкалась там, в сарае, – обиженно подумала девушка, – ну что они смеются!
А истерика от пережитого стресса не отпускала, на нее невежливо показывали пальцами и захлебывались от смеха.
Саша хотела вытереть грязь с лица, но оказалось, что руки заняты. В обеих руках она держала… по бутылке старинного вина.
***
Синьор Маурицио Фьюмальдо и его сомелье Антимо Марини валили все друг на друга.
– Какие же идиоты, – разводил руками Никколо, – на что можно было надеяться, когда карабинеры уже нашли винный погреб, и понятно было что далеко им не уйти! Не появись там Антимо, он мог бы и сбежать. И кто бы подумал тогда на Маурицио.