Юлия Эллисон – Врачеватель Его Высочества (страница 23)

— Скажите, а рука она… она будет кривой и плохо двигаться теперь, да? — нахмурился отец.

В изумлении посмотрела на этих горе-родителей.

— С чего вы взяли? Современная медицина способна вылечить банальный перелом, если обратиться в больницу вовремя. Если не вовремя, вот там да… варианты. Но Лирель еще маленький. Заживет, и не вспомнит даже. Ну разве что придется походить с гипсом — будет капризничать в связи с этим. Потом упражнения нужно поделать на разработку сухожилий и суставов, но ничего критичного. Все восстановится полностью.

Оба родителя уставились на меня с удивлением, но было уже не до того.

— Делаем рентген или нет? — Я обязана была спросить и дать подписать все… А! Тут же нет бюрократии! Едва не забыла. Вот и славненько!

— Лирель, — обратилась к малышу, забирая у слегка сбившегося с дыхания Авриэля принесенный им шприц, — пойдем, я покажу тебе большой фотоаппарат. Ты такого точно не видел! А шприц — вот! — Я достала тот из пакета. — Смотри, — подвигала поршнем, — в него можно набрать воды и сделать фонтанчик! Потом дома потренируешься.

Сунула ребенку в руку новую игрушку и помогла ему спуститься с кушетки.

— Сам пойдешь, или возьмем маму с папой?

— Сам!

Похоже, карапуз боялся, что у него отберут новую игрушку, судя по сжавшимся добела кулачкам и решительному личику. Вот и ладненько. Обернулась к шеренге будущих медбратьев.

— Как тебя зовут? — обратилась к парню, который помогал мне с Авриэлем и парасомнографией.

— Верт, — с готовностью выдал тот.

— Отлично, Верт. Веди ребенка за мной. Можно даже на руках. Родители — ждем тут! — строго указала.

Уговаривать ребенка сделать снимок долго не пришлось. Он сам заинтересовался тем, что покажу картинку его косточек, так что уже через пятнадцать минут я любовалась на снимок тривиального перелома лучевой кости. Вздохнула. Ну, в целом все не так уж и страшно. Я ожидала худшего, а оно все само нормально срастется, если зафиксировать.

— Вот видишь, — улыбнулась малышу, — а если б ты не упал, то не увидел бы такого аппарата! Правда, я все же советую быть аккуратным, потому что теперь тебе придется походить в гипсе, но ничего страшного. Это даже не больно!

Лирель согласно кивнул, глядя на снимок рентгена с восхищением в глазах.

— Идем, обрадуем родителей и наложим гипс. Кстати, я тебе еще расскажу про него одну тайну. Тебе понравится!

Мы пошли обратно в небольшую комнатку, которой вскоре предстояло, видимо, стать первой смотровой, по пути зарулив в аптеку за гипсом и бинтами.

Первым делом я оценила то, что народу в комнате не убавилось, а даже прибавилось — появилась еще и королева. Надеюсь, они не будут следить за моими действиями постоянно, но пока вякать не буду. Все же, считай, мой первый пациент в этом мире. Ну, точнее, второй, но первый добровольно пришедший точно!

— У вашего ребенка обычный закрытый перелом лучевой кости в типичном месте, — обратилась к обеспокоенным родителям. — Такое часто случается. Сейчас наложим гипс, подберем дату повторного посещения, и сможете идти домой.

Обернулась к ребенку, уже усевшемуся на кушетку с помощью Верта. Пока что парень казался мне вполне способным. Вот и начну обучение именно с него. Будет моим помощником. Но остальным тоже надо втягиваться, и я еще найду, чем их занять.

— Идите все ближе сюда, — махнула моей новой команде. — Лерд Фриоль, вас это не касается, вы меня устраиваете в роли лаборанта, можете и далее заниматься исследованием крови, других жидкостей и прочего. Остальные смотрим и слушаем внимательно! Смотрите, это гипс… — Начала объяснять новым студентам, стараясь указывать на малейшие нюансы, подробно рассказывая, что именно делаю, привычными жестами фиксируя руку ребенка.

Но, похоже, в комнате мою лекцию решили послушать все без исключения. Что ж. Наверное, это полезно, так что пусть слушают.

— Ну вот и все! — улыбнулась Лирелю, закончив фиксировать. — Правда же не страшно?

Мальчик мотнул головой.

— Гипс снимать нельзя, так что придется потерпеть, хорошо? Зато его можно разукрасить в разные цвета. Ни у кого такого нет! Только у тебя!

Очаровательный малыш улыбнулся. Я посмотрела на родителей:

— Гипс стараемся не мочить. Категорически запрещено снимать, пока все полностью не заживет. Нагрузку руке не давать, держать на подвязке, как я сделала сейчас. Придете на повторный прием через четыре недели. Снимем гипс, и дам дальнейшие рекомендации. И сразу предупреждаю — безо всякой самодеятельности! — Кто их знает, этих драконов.

— Скажите… — Мамаша вцепилась в подошедшего к ней серьезного пацана и посмотрела на меня больным взглядом. — А он правда поправится? Не останется инвалидом? Рука будет работать?

Ох… даже в нашем Средневековье пытались как-то сращивать кости! А тут что, совсем нет технологий?

— Все будет хорошо, — улыбнулась. — В моем мире тысячи детей ломают кости. Это обычный процесс взросления. В большинстве случаев они об этом потом даже не вспоминают, когда вырастут.

Когда родители с ребенком наконец покинули нас, я облегченно выдохнула и довольно глянула на Авриэля. Его шишка прямо по центру лба меня даже радовала.

— Иди сюда, жертва беспокойных родителей, посмотрю твой лоб.

Это ж с какой силой его надо было приложить, чтобы остался такой след!

Хмыкнула. Вот она — сила родительской любви.

Глава 25

Пока я обрабатывала лоб пострадавшего Авриэля, в комнате все пришли в оживление. Мои ассистенты тихо переговаривались между собой, делясь впечатлениями о произошедшем. Король о чем-то тихо разговаривал с сыном. Лерд Фриоль сокрушался, что надо было взять у мальчугана анализ… Почти родной дурдом!

— Все быстро заживет. — Авриэль вздохнул и скривился. Да уж, видок у него был весьма забавный с этим шишаком.

— Не сомневаюсь, но меня больше интересует, нет ли сотрясения. Следи за пальцем.

Проверила реакции, убедившись в том, что даже если его мозг и пострадал, то не сильно.

— Ладно, — улыбнулась, глядя на печальный вид зеленоглазого дракона. Видимо, этот случай с мальчишкой напомнил ему, что он сам до сих пор ходит со сломанным крылом, тогда как можно было этот вопрос решить давным-давно. — На сегодня у нас еще есть дела — надо провести сеанс плазмафереза Даниэлю и решить, кто из новоиспеченных работников чем хочет заниматься.

Все тут же прекратили болтать, уставившись на меня. Принц тяжело встал со своего места с помощью все того же мужчины и обратился ко мне:

— Я жду тебя в комнате, — улыбнулся он приветливо. — Там и поговорим.

Моргнула. А есть о чем? Вроде с утра все решили. Но раз есть, значит, поговорим. Обернулась к новым интернам, пристально рассматривая всех.

— Имена?

— Алета, — улыбнулась девица, делая неуклюжий книксен или как это называется.

— Берт, — кивнул розовощекий кудрявый парень с веснушками на лице.

— Фаг, — темно-русый с коротким ежиком волос.

— Я — Верт. Уже представлялся.

Отлично. Обычно я не брала на обучение сразу столько, но сейчас это необходимо.

— В ближайшее время вы должны сменить дворцовую униформу на больничную. Авриэль, скажи швеям, чтобы завтра уже все было. Униформа состоит из брюк и рубашки белого цвета.

Девица зарделась как маков цвет, но исключений я делать не собиралась. Максимум, что могу позволить — халат. А то во всех эти тряпках и юбках, подметающих пол, негигиенично работать в больнице. Разве что если полы мыть — тогда да, ходи в чем придется, но девушка наверняка желает не только пыль со светильников сметать.

— По половому признаку исключений нет. Не хотите работать — дверь там. — Указала на выход. — Поверх формы допустим больничный халат. Длина — максимум до колен. Цвет всего — белый. Каждый должен иметь в запасе пару комплектов — всякое бывает во время смены, так что не расслабляемся. График работы — сутки через двое. Пока пациентов мало и вы учитесь, допустимо работать только днем. Потом, как появится народ в стационаре, будете оставаться. Заработная плата у нас какая? — уточнила у Авриэля. Вроде он этим всем занимается.

— Первый месяц стандартная, — деловито ответил тот. — После обучения сутки будут оплачиваться как за все три дня работы.

В глазах будущих медбратьев и медсестры загорелся алчный огонек. Вот и ладненько. За идею работать — это хорошо, но не все так умеют.

— Будете плохо работать — вас ждет увольнение, — сразу предупредила. — А теперь у нас плазмаферез. Идемте!..

До самого вечера я носилась с интернами как угорелая, рассказывая им про аппараты, про медицину в целом, про лекарственные средства. К слову, лерд Фриоль тоже пошел с нами в аптеку и с любопытством слушал мою лекцию, даже что-то записывая себе в блокнот.

— А что остальные? — спросила, когда голос сел окончательно и мне пришлось сделать перерыв. — Почему не записываем? Хорошая память?

Парни и девушка переглянулись, смущенно моргнув.

— Вы хоть писать-то умеете? — подозрительно уточнила.

— Н-нет, — ответил за всех Верт.

Я едва не подпрыгнула.

— А читать?

— Тоже нет.

Твою…