Юлия Эллисон – Мир между нами. Книга 1 (страница 51)

И хоть фраза была сказана легко и ненавязчиво, да и сам Маркус при этом выглядел расслабленно, я вновь уловила легкое напряжение. Не то, чтобы это нечто безумно серьезное, но ему на самом деле был важен мой откровенный ответ, поэтому я честно задумалась, анализируя свои ощущения.

— Мне понравился и первый раз, и сегодня. Но сегодня сила рвалась наружу, меня переполняло желание выплеснуть всю ненависть и боль, что скопились внутри. Хотелось вернуться в столицу и довершить начатое, не считаясь с жертвами... — передернулась, пропустив через себя те чувства, мотнула головой, и слабо улыбнулась, выбрасывая дурные мысли из головы. — Так что секс оказался довольно-таки неплохой заменой возможным разрушениям. В целом же, с тобой мне бы больше хотелось секс на равных. Да и не думаю, что большая проблема — менять позы в зависимости от того, что обоим больше хочется.

— Хм, это хорошо. Что на счет Кея? На равных или...

— Сам как думаешь? На равных можно пустить только равного. Кею до этого о-очень далеко. Но, думаю, его в принципе его положение устраивает, судя по тому, что я видела, — на моих губах возникла мечтательная улыбка.

— Устраивает. Мальчик прирожденный нижний. Подозреваю, тащится не только по доминированию, но и разнообразным игрушкам. Мне как-то не доводилось пробовать с ним подобные игры, да и не люблю особо…

— Что за игрушки? — мои глаза тут же зажглись интересом, а в груди начало зреть предвкушение. Что-то мне подсказывало, это могло быть очень интересным.

— Самые обычные игрушки для секса — пробки, зажимы, легкие флоггеры... Неужели ни разу не пробовала? — удивился Маркус, бросив на меня озадаченный взгляд.

— Где? На тренировках в гарнизоне? Вот прямо каждой выдавали по охраннику и все то, что ты только что назвал, и мы как давай все пробовать до утра... — фыркнула насмешливо, чем заставила Маркуса малость смутиться.

— Извини, не подумал. Отец говорил, что в этом мире подобное не так распространено. У нас в Инферно даже дети знают об их существовании.

— Я многое не знаю, что принято и в этом мире — обстановка как-то не располагала, знаешь ли. Но это все детали. Мне теперь жутко любопытно, как можно использовать все то, что упоминал... Научишь? — и умильно похлопала ресницами.

Маркус рассмеялся и вновь приобнял меня за талию.

— Если ты так просишь… Только, пожалуйста, не на мне. Я не все люблю и принимаю. Вон того же Кея возьмем, заодно проверим, что там ему нравится. Я попытаюсь раздобыть нам что-то из наглядного тут, но ничего не обещаю. Понятия не имею, где в этом мире искать секс игрушки.

— А что из этого тебе нравится? Остальное можно и на Кее, — тут же заинтересовалась, заерзав на месте.

Что-то мне подсказывало, я пропустила какой-то очень важный аспект жизни, и мне не терпелось поскорее его наверстать. Уверена, мне понравится.

— Ты, конечно, извини, но для этого нужно больше доверия, чем сейчас между нами. Я слишком больно обжегся по этому поводу, чтобы сейчас так просто отдаться, — поморщился Маркус, обезоруживающе улыбнувшись. — Сначала потренируемся на Кее, потом, может быть, и попробуем сами. Есть и чисто для женщин много интересных игрушек. Тебе понравится.

— Ладно, мне не принципиально, — легко согласилась, не собираясь настаивать. — А сказать хотя бы можешь, что нравится? Тренироваться буду на Кее или ком-то другом в Инферно, обещаю.

— Хм. Ролевые игры под настроение, связывание в определенных ситуациях, зажимы на соски — терпимо, ограничение зрения, слуха — иногда бывает интересно. Возможно, что-то еще, но как-то не доводилось встретить адекватную партнершу чтобы пробовать, — перечислил он, честно задумавшись.

— Интересно. Может, когда-нибудь дойдем до этого... Но если нет — у меня всегда будет Кей или кто-то типа него для подобных экспериментов, правильно понимаю? — пожала плечами. — Кей ведь может и отказаться, кстати? Имею в виду, не только от того, что ему не нравится, а вообще?

— Он не в том положении, чтобы отказываться. В целом, все обычно происходит по обоюдному согласию, никто никого не насилует. Так что вообще да, любой мужчина может отказать в подобном, но перед верховными все стараются больше выслужиться. Сомневаюсь, что встретишь много сопротивления. Некоторые даже приучают себя терпеть нелюбимые игрушки, старательно транслируя в эмоциях удовольствие, но сама понимаешь, что это уже не так вкусно.

— Звучит как-то не очень. Впрочем, эмоций много, резерв наполняют не только положительные, да и по вкусу отличаются... — начала рассуждать и осеклась, меня озарило пониманием. — Поэтому ты сказал о "неадекватности"? Есть верховные, кому нравится именно страх, злость и прочее, а им отказать не могут?

Маркус скривился, будто от зубной боли, и кивнул.

— Да, и таких большинство как это не прискорбно. Так что теперь понимаешь, почему мне так сложно было сходиться с нашими женщинами. Жрицы недалеко ушли. А ниже идти мне семья не позволит, хотя среди демониц попроще как раз-таки большинство адекватных. Пару раз, конечно, пересекался, но ничего особо серьезного. Надеюсь, тебе не понравится со временем все это... — на этих словах его передернуло, а в эмоциях мелькнула злость и какая-то застарелая обида.

Было видно, что здесь замешано что-то личное, но я не решилась пока тревожить эту неприятную для Маркуса тему. В конце концов, думаю, не последний откровенный разговор, и постепенно узнаем друг о друге все.

— Могу представить... Не думаю, что когда-либо понравится. Негативные эмоции вкусные, только если исходят от врага, но ты сам сказал, что мне воевать в Инферно не с кем. По крайней мере, издеваться над кем-то просто так, чтобы просто добыть эмоции, точно не собираюсь. А так, страх страху рознь. Например, Кей очень вкусно боялся тогда в лесу оставаться со мной наедине, опасаясь твоей реакции, но при этом явно наслаждался моим обществом, — фыркнула, вспомнив, и невольно зевнула — сказывались трудный день и бессонная ночь.

Сквозь стеклянные двери террасы вовсю светило солнце. Не удивлюсь, если время близилось к обеду. В конце концов, рассвет мы встретили еще у озера.

— Одно дело, когда отношения в принципе доставляют удовольствие, а другое, когда сами отношения — это насилие. Если любишь — вытерпишь от любимого почти что угодно и останешься счастлив, — пробормотал Маркус с какой-то затаенной тоской, похоже, вновь вспомнив что-то свое, и тут же вновь перевел тему. — Тайра, давай спать? Завтра договорим, ладно? Я понимаю, что у тебя должно быть много вопросов, но я все равно на все сразу ответить не смогу, да и не хочу. Лучше идти постепенно. У нас неделя чтобы узнать о друг друге больше, как и об Инферно. Ни к чему спешить.

— Ты прав, вопросов уйма, но я уже сама засыпаю. Пошли спать, — не стала спорить, еще раз зевнув, и сонно улыбнулась.

Уже засыпая на мягкой кровати в кольце теплых рук, услышала его шепот, преисполненный нежности:

— Спокойной ночи, Тайра…

Но ответить уже не успела, отправившись в царство снов с умиротворенной улыбкой на губах.

Тайра уже давно спала, а я до сих пор напряженно анализировал произошедшее за сегодня. Кровавая месть девушки действительно производила впечатление, но не потому как безжалостно горели ее глаза кровью врага, а потому, что в каждом ее движении угадывалась самая что ни на есть доминантная натура. Создавалось вполне реальное впечатление, что такая не будет искать чьего бы то ни было одобрения, не станет слушать кого-то, кроме себя. Такая подчинит, унизит, завладеет. Все в стиле верховных.

И насколько агрессивно, зло она вела себя там, на поляне у озера. Конечно, я бы мог отказать ей, уйти, оставить остыть и успокоиться, но… мне было интересно дойти до конца, узнать, что она из себя представляет. Её аура давила, заставляя морщиться от напряжения, и тем удивительнее было, что, уловив малейшее недовольство с моей стороны, это все исчезло, пропало, словно и не было. Да и это неловкое признание своей неправоты…

С улыбкой уставился в потолок. Все мы имеем право на ошибку и тем более девушка, никогда не выходящая за пределы того жуткого места, не имеющая права решать хоть что-либо в своей жизни. Главное признать именно то, что мы все несовершенны.

И это стало самым большим удивлением в моей жизни. Никак иначе не могу объяснить, что следующими моими словами было предложение создать союз, а уж объяснить, какого дьявола я позволил поставить себе постоянную метку и вовсе… Но сожалений по этому поводу абсолютно не испытывал — все вышло как нельзя лучше. Я впервые нашел вполне вменяемую верховную, с которой определенно можно было договориться, в дополнение ко всему она  ещё умна, красива и достаточно амбициозна — это было определенно то, что надо.

Более того — я предельно честно сказал ей о том, что вместе с этой меткой следует скорый брак, так что претензий ко мне никаких, если она подумала о чем-то другом.

Улыбнулся, погладив рассыпавшиеся по атласной подушке светлые пряди. Легко коснулся пальцами чуть приоткрытых во сне губ, нежной кожи щеки… Сердце отозвалось теплотой. Я уже начал к ней привязываться как к своей женщине.

Впрочем, полагаю, завтра она ещё успеет вытрепать мне все нервы своими вопросами, стоит ложиться спать.