Юлия Еленина – Маскарад в городе грехов (страница 43)

Я вздохнула, посмотрела на Лёшу. Он едва заметно кивнул, и я заговорила:

— Мы думаем, что сеть пещер используют для незаконной деятельности.

Витольд Аристархович почесал висок, а потом, не сказав ни слова, вышел из кухни. Ладно, я погорячилась — люди здесь все же странные, несмотря на блинчики и огурчики.

Вернулся хозяин быстро, на ходу переворачивая страницы потрепанного блокнота.

— Я тут кое-что набрасывал по старым картам из архива, но это не полная сеть.

Витольд Аристархович положил блокнот перед нами на стол и ткнул пальцем в место, которое мне ни о чем не говорило. Рельефом местности я не увлекаюсь так же, как и спелеологией.

— Почему вы думаете, что не полная? — спросил Леша.

— Я, конечно, не географ, но она странно на картах обрывалась. И мои попытки ее дополнить не увенчались успехом. Бросил я это дело, когда в том месте, где, как я думал, находится вход, случился обвал.

— А где это место? — спросила я, уже предполагая ответ.

Не то чтобы на меня снизошёл талант читать карты, но я вспомнила все странности, с которыми нам пришлось столкнуться.

И мы бы могли дойти до этой догадки раньше, если бы хоть на секунду у кого-то промелькнула безумная мысль о сети пещер, в которых можно организовать подобное. А уж мы-то те ещё специалисты по безумным идеям, но и Мележу в смекалке не откажешь.

Витольд Аристархович нам ещё часа полтора объяснял про пещеры, про неправильно оформленные карты, так что я всерьез задумалась, не скромничает ли дядя, называя себя не географом.

— Можно взять ваши заметки? — спросила я. — Мы вернём.

— А вы понимаете, — не дал ответить Витольда Аристарховичу Леша, — что ваш сын в этом замешан? Может, и не только в этом.

Пнуть благоверного, что ли, чтобы заткнулся? Сейчас разговорчивый дядя отправит нам восвояси ни с чем и предупредит Дениса, чтобы бежал из города с полярной экспедицией куда-нибудь в Антарктиду.

— Я отдам вам записи при одном условии, — Витольд Аристархович, судя по всему, соображает быстро, раз уже что-то придумал. — Вы сделаете так, чтобы Денис получил по минимуму.

Ого! Готов отправить сына по этапу в воспитательных целях? Педагог из него, наверное, был просто бомба.

Леша немного подумал и ответил:

— Хорошо.

На том и порешили. А с женой Витольд Аристархович пусть сам разбирается. Ну, а Леша, если уж пообещал, пусть договаривается с конторой.

— Момент истины? — спросила я в машине. — Даже и под землю лезть не пришлось, хотя Ботанику эта идея наверняка пришлась бы по вкусу.

— Поехали в нашу обитель тайн колоть их поклонников. Все научились маски надевать, чтоб не разбить свое лицо о камни, — процитировал Леша Высоцкого.

А что, с искусством веселее ехать…

Глава 49

— Останови здесь, — попросил меня Леша. — Не проводить же наше собрание без главного действующего лица.

— Собрание? — усмехнулась я. — Это больше похоже на театр абсурда.

— Только, увы, все преступления совсем не театральная постановка.

С этим не поспоришь. Да и силы бы поберечь на наше представление, а не с благоверным спорить.

Сделав Лёше ручкой, я поехала в гостиницу. Думаю, Андрей Витальевич не будет против, если сегодня мы его лишим прибыли ресторана. Хотя в ближайшие лет двадцать пять деньги Мележу вряд ли понадобятся — будет на государственном обеспечении где-нибудь в районе Магадана, надеюсь.

Смена Таси закончилась, но она решила остаться в гостинице. Стояла на ресепшене вместе со своей сменщицей и заметно нервничала. Увидев меня, робко улыбнулась, а когда я позвала ее к краю стойки, кажется, снова испугалась.

— Что-то случилось?

Этот вопрос не теряет своей актуальности и сегодня.

— В ресторане много людей? — спросила я.

— Никого.

— Тогда надо закрыть его на спецобслуживание. Организуешь? — уже тише попросила я.

— Сделаем.

— И выход на улицу на ключик закрой, оставь открытым только тот, который ведёт в холл.

У девушки было много вопросов, это явно читалось по ее лицу. Но Тася, видимо, уже запомнила мою манеру отвечать и промолчала, отделалась лёгким кивком.

Я поднялась наверх и постучала в дверь папули. То ли он не желал лицезреть мою физиономию, то ли как обычно отправился по своим загадочным делам, в которые меня не посвящает, но я так и потопталась в коридоре, а потом постучала в дверь напротив.

А вот Ботаник, видимо, успел по мне соскучиться. Может, даже ждал под дверью номера, как Хатико, пока я постучу, потому что открыл, не успела я даже руку опустить.

— Привет, — кивнул мне. — А я только шел за Константином Ивановичем. Ты не ночевала в гостинице?

Ещё один папуля на мою голову.

— Решила скрасить Мележу последнюю ночь на свободе, — не удержалась я.

Ботаник покачал головой, а потом заметил ежедневник Витольда Аристарховича в моей руке и спросил:

— Что это?

— Пойдем к нам в номер, раз уж ты собирался к Костику, чтобы не объяснять каждому по отдельности. Кстати, ты не знаешь, где наш Зигмунд свет Давидович?

— Поехал к Малиновскому.

Что ж, отлично. Скоро все будут в сборе.

Константин Иванович, судя по всему, собирался на свидание. Возможно, с коньяком. Выглядел наш патологоанатом свеженьким, был чисто выбрит, как будто даже укладку сделал. Ещё и в белое оделся. Видимо, скучает по рабочему халату.

— Костя? — удивилась я, рассматривая его

— Я не часто присутствую при распутывании ваших дел, почти праздник, — пояснил он. — Это так волнительно. Чувствую себя почти как в Восточном экспрессе.

— Буду брать тебя в моменты истины с собой почаще, чтобы праздники не заканчивались. И вообще, не знала, что ты поклонник тётушки Агаты. Что там с нашим парнем, который в последнее время часто получает по голове? — посмотрела я на Ботаника.

— Денис приедет через полчаса, — посмотрел мой протеже на часы. — Мне, конечно, стоило немалых усилий объяснить, кто я такой и что от него хочу.

— А номер где взял? — удивился Костик.

— Взломал телефонную базу, — пожав плечами, спокойно ответил Ботаник. — Думаешь, много мобильников в этом городе зарегистрировано на Денисов Витольдовичей?

Голова… Вырос мой ученик, скоро и учителя превзойдет. Вон уже о хакерстве спокойно говорит, хотя прекрасно знает, какой за это положен срок. Главное, чтобы Гражина Эдуардовна не узнала, всё-таки возраст, сердце, все такое. Хотя эта мама ещё и нас всех пережить может, если мы продолжим вляпываться в преступное дерьмо.

— Ну что, дети мои, — возвестила я с чувством, — пойдемте выпьем, что ли, кофе, а то кто знает, на какое время затянется наш бал-маскарад.

— Только если кофе с коньяком, — заметил Клементьев.

Спускаясь по лестнице, я заметила необычное для этой гостиницы оживление. Возле стойки регистрации было человек пять, все мужчины. Кто с чемоданом, кто с дорожной сумкой.

— А мне кажется или?.. — начал шепотом мой протеже.

— Тебе не кажется, — ответила я.

Честно говоря, я думала, что это будет происходить по-другому, но, видимо, в конторе решили, что нечего врываться сюда с автоматами наперевес и пугать честных граждан. Да и мало ли кто захочет сбежать в Мексику, если вдруг сюда заедут люди в куртках с надписью "ФСБ".

Не обращая внимания на новых "постояльцев", мы прошли в ресторан, а Тася сама принесла нам кофе и тихо сказала:

— Я все сделала.

— Ты садись, садись, — добродушно предложил Костик, которого даже не расстроило отсутствие коньяка в кофе.