Юлия Ефимова – Проклятие принцессы Алтая (страница 7)

Раньше Ольга пила только лавандовый раф. Бариста сам приносил ей его и каждый раз, будто бы забывая о предыдущем разговоре, рассказывал историю этого божественного напитка:

– Вы знаете, – сообщал он, словно по секрету, – что кофе раф придумали в Москве на Кузнецком мосту, в одной кофейне? Его приготовили первый раз специально для очень привередливого посетителя, которого звали Рафаэль. Напиток понравился друзьям и сослуживцам Рафаэля, и они, приходя, заказывали кофе «как у Рафа». Позже даже в меню была включена строка «кофе, как у Рафа», но посчитали название слишком длинным и оставили короткое: кофе раф. Сейчас этот напиток пьют по всей стране. В рецепте: двойной эспрессо, десятипроцентные сливки и ванильный сахар. Все это взбивается до нежной пенки, а затем добавляется капелька корицы. Сейчас, правда, уже появилось множество вариаций, это и лавандовый раф с цветами лаванды, и медовый, и другие разновидности.

– Так вам еще кофе? – повторил свой вопрос официант, выдернув Ольгу из дорогих ее сердцу воспоминаний. Воспоминаний о том времени, когда ее жизнь была еще целой, и она, глупая и наивная, даже представить себе не могла, что все это может развалиться в один момент. Как карточный домик, заботливо построенный своим создателем, красивый и ненадежный.

– Разрешите присесть к вам за столик, – прозвучало неожиданно, и они с официантом одновременно оглянулись. Возле столика стоял красивый мужчина лет сорока с небольшим и обворожительно улыбался. В кафе было полно свободных мест, и Ольга смутилась.

– Конечно, я уже ухожу, садитесь, – сказала она мистеру Улыбка. – Кофе больше не надо, – наконец ответила она официанту.

Тот облегченно вздохнул и принес меню новому посетителю, надеясь, что тот окажется более платежеспособным.

– Мне так неудобно, что я вас выгоняю, – начал оправдываться нежданный сосед. – Просто мне отсюда будет удобно смотреть, когда моя жена выйдет из магазина, и не упустить этот момент. Разрешите мне в знак извинения угостить вас кофе. Прошу, не отказывайте, а то я весь день буду чувствовать себя отвратительно, зная, что заставил уйти такую очаровательную женщину.

Ольга все еще не решалась что-либо ответить, и, заметив ее сомнения, мужчина подозвал официанта и сделал заказ.

– А для дамы… Дайте я угадаю, такая утонченная женщина пьет что-то особенное, скорее всего, раф. Угадал?

– Лавандовый, – улыбнулась Ольга, возможно, первый раз за последний месяц. Ей так захотелось лавандовый раф, что она не нашла в себе сил отказать. Ну что может случиться, если она выпьет чашечку кофе в компании этого молодого человека? На нее как на женщину он вряд ли позарился, да и выглядит она в последнее время ужасно. Не почку же ее заставят отдать в обмен на кофе. В крайнем случае это центр Москвы, можно будет и закричать. Этими, как показалось Ольге, разумными доводами она успокоила себя и стала просто наслаждаться вкусом принесенного напитка. К нему на блюдечке еще шло миндальное печеньице, и это было райски прекрасно, почти как до появления Ады, личного ада Ольги Владимировны Суриковой.

– Вы плачете, – вдруг услышала она сквозь свои воспоминания голос спонсора ее сегодняшнего наслаждения. – Простите, если я вас чем-то обидел, я могу пересесть за другой столик.

– Не стоит. – Ольга даже не заметила, как расплакалась, слезы стали нормой ее жизни. – Напротив, вы мне очень помогли. Просто у меня сейчас тяжелые времена.

– А вы расскажите все мне, как рассказывают случайному попутчику в поезде, – предложил ей собеседник. – Это работает почти как сеанс у хорошего психолога. Можно без конкретизаций и имен. Вы просто проговорите ситуацию вслух и, возможно, найдете ответ сами. Если же нет, то я могу что-то сказать, увидев проблему со стороны.

Ольга растерялась от такого предложения. Она была не очень общительным человеком, а уж с чужими людьми не откровенничала ни разу в жизни. Но ведь и она уже не та, и ее жизнь теперь совсем другая.

– А может, и правда, – как-то равнодушно согласилась Ольга. Ей вдруг стало совершенно плевать, что о ней подумают. – Но рассказывать особо нечего, обычная бабская история.

– Помните, как у Толстого в Анне Карениной: «Все счастливые семьи счастливы одинаково, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему». Думаю, что и ваша история имеет много индивидуальных причин и последствий. Вы просто попробуйте, – настаивал незнакомец.

– Ну что ж… Мне двадцать два года, и я самая наивная девушка на планете. Жду своего принца, не обращая внимания на предложения однокурсников. Помните, как у Эдуарда Асадова, хотя вы, наверное, молоды для такого поэта, а вот мы в свое время зачитывались его стихами. Гений своего времени, незаслуженно забытый современными людьми. Так вот в одном из стихотворений у него есть такие строчки: «Мне хочется крикнуть любви звездопада, красивой, красивой. Большой, большой. А если я в жизни не встречу такой, тогда мне совсем никакой не надо». Стихотворение называется «Чудачка». Вот такой чудачкой была и я. Когда же появился он, то весь остальной мир уже для меня перестал существовать. Это был мой личный принц на белом коне. Он сказал бросить работу, я бросила, он сказал заниматься детьми, я занималась, он сказал не лезть в его дела, и я не лезла. Мне казалось, что я самая счастливая женщина на свете – семья, двое сыновей, муж-бизнесмен. Все, что касалось материальных благ, я имела в достаточном для меня количестве. Если шуба, то соболиная, если дача, то на Новой Риге, если отпуск, то в Испании. Жизнь удалась! Знакомые, жены его друзей даже завидовали сначала, но, правда, потом завидовать стало некому, потому что он велел ликвидировать любое общение, и я, как всегда, послушалась.

– Надеюсь, несчастные живы, – прокомментировал слушатель.

– Вполне, – усмехнулась она. – По социальным сетям я вижу, как они завидуют теперь другим, потому что мне уже не выйдет. Все началось, когда выросли дети, мне кажется, я даже почувствовала это физически. Мальчишки выпорхнули в большую жизнь и, как положено молодости, тут же забыли о родителях. Мужу стало нечего со мной обсуждать, а жена-домохозяйка вдруг начала тяготить его. Вот тогда очень вовремя и появилась Ада. Нет, вы не подумайте, она не молоденькая девушка, ей примерно столько же, сколько и мне, но с ней мужу интересно. Потому что эта женщина – такая же акула бизнеса, как и он. Они очень быстро соединили два собственных дела и стали работать вместе, да и не только работать, – горько заключила Ольга.

– Вы развелись? – спросил случайный собеседник.

– Нет, – качнула головой Ольга, – он пугает меня, что если я вздумаю подать на раздел имущества, то он наймет лучших адвокатов и оставит меня ни с чем. Заблокировал все карты и выдает десять тысяч рублей в месяц на проживание. Спокойно разгуливает по городу со своей Адой, как будто я умерла. А я что, куда я теперь, кому я нужна? У меня нет ни накоплений, ни недвижимости, ни профессии, а самое главное, за годы подчинения мужу я забыла, что такое самостоятельность. Я даже мыслить не умею сама, всего боюсь. Боюсь его бросить и уйти, начать новую жизнь, терплю унижения и снова боюсь.

Ольга не сказала чужаку главного, что она не просто терпит и боится, что она до сих пор любит своего мужа, несмотря ни на что, надеется, что однажды он вернется. Любит настолько сильно, что готова терпеть все, лишь бы он не развелся с ней. Видимо, поняв это, муж просто перестал замечать бывшую жену, раздражаясь ею, как старым неудобным диваном, который вроде бы надо поменять, вынести на помойку, но тратить время на это жутко не хочется.

– Почему ваши сыновья вам не помогут? – задал резонный вопрос мужчина. Он перестал улыбаться и теперь очень внимательно слушал Ольгу.

– Вы знаете, мне всегда нравилось, что у меня мальчики. Я была уверена, что родила себе защитников, которые никогда не дадут мать в обиду, но это оказалось не так. Они женились и теперь защищают свои семьи, а мама… Что мама? В конце концов, это ее проблемы, пусть разбирается с отцом сама. Да я и сама не хочу вовлекать их в это, потому что они все еще зависят от отца материально. Сыновья работают в фирме, где командует их отец в союзе с Адой, все понимают, но молчат, чтоб не портить отношения. Пусть хоть у них не будет проблем. Я сама в этом виновата, я сама растворила свою жизнь в чужой, а так делать нельзя, это грех, и Господь наказывает за это не меньше, чем за иные смертные грехи, – сказала Ольга без всякой злобы.

– Ольга, простите меня, – вдруг сказал собеседник, чем вывел ее из мрачных рассуждений.

– За что? – удивленно спросила она его.

– Я немного соврал вам. Разрешите представиться: меня зовут Алексей Кропоткин, я представляю агентство «Дилетант». Мы работаем по методике гениального ученого, он создал систему, когда люди разных профессий, подобранные по психотипу, могут расследовать практически любое преступление. Сейчас у нас новое дело, и программа нам предложила вас как одного из возможных участников новой миссии. Это не опасно и, поверьте моему опыту, даже очень увлекательно. По окончании миссии, а она не длится больше пяти-семи дней, выплачивается крупный гонорар. Пока вы не прошли отбор и не подписали договор, не могу назвать сумму, но поверьте, это очень хорошие деньги. Если же миссия пройдет удачно – а у нас статистика девяносто восемь процентов раскрытых дел, – то агентство еще организовывает «финики» для участников, бонус, если сказать проще. В вашем случае я обещаю хороших адвокатов для бракоразводного процесса, я займусь этим лично.