Юлия Ефимова – Никогда не играйте в смерть (страница 8)

Ася

Утро было хмурым, и даже море как-то не по-доброму волновалось. Эта картина полностью дополняла Асино настроение. Генка спала без задних ног, Ася же, закутавшись в одеяло, вскипятила чайник, сделала себе кофе, который предусмотрительно захватила с собой из Москвы, и пошла на балкон любоваться рассветом на море. Но, по сути, любоваться было уже нечем, летнее солнце не стало ждать ее пробуждения и благополучно патрулировало землю. Мысли постоянно возвращались к странному вчерашнему ужину. От него предстоящий день казался еще более пугающим. Куда бы деть Генку, чтобы не тащить ее сегодня на съемки?

Вчера несчастную Анну Заливную стошнило прямо на стол. Эта уверенная в себе женщина-гора, ожидая последующих позывов и боясь опять испортить всем аппетит, рванула к ограждению террасы. Перегнувшись через него, Анна попыталась продолжить ругать поваров ресторана, но не тут-то было, она не учла свои габариты, и ее шикарная силиконовая грудь начала перевешивать, Анна медленно, как в кино, стала заваливаться через перила вниз головой. Если учесть, что там метра три высоты, а внизу крупная крымская галька, для точности можно прибавить вес нашей героини, в итоге разбитое лицо как минимум и сломанный позвоночник как максимум ей обеспечены. Все, словно завороженные, смотрели, как некрасиво в воздух поднимаются красные туфли. Словно старая стриптизерша решила тряхнуть стариной и показать свое фирменное па. Когда ноги приняли почти вертикальное положение, сценарист Жора, он сидел ближе всех, подбежал, немного прихрамывая, и схватил Анну за лодыжки. Падение замедлилось, и все в зале выдохнули, начиная тут же хихикать. Зрелище, конечно, было еще то, широкое платье нашей бизнесвумен повисло вниз, и создавалось впечатление, что невысокого роста сценарист держит в руках огромный тюльпан. Работники ресторана уже побежали на пляж, чтоб принять этот цветок. За общим сдавленным хихиканьем наблюдавшие пропустили, как ноги сценариста в неравной борьбе с весом Анны и земным притяжением стали тоже отрываться от пола и взмывать вверх. Первой во втором акте пьесы «Не дай человеку упасть головой на пляж» была Ася. Она решила не распыляться на две ноги, а схватить сценариста только за одну. Так как даже при своем росте Ася весила, как воробей. Надежда была только на людей внизу, которые уже стояли и думали, как лучше принять даму. Но сегодня судьба не была благосклонна к Анне Заливной, потому что что-то треснуло, и Ася вместе с ногой сценариста полетела в угол зала, а вся сложная конструкция – дама-цветок и Жора-спасатель – полетела вниз. Ася завизжала что есть мочи и швырнула оторвавшуюся ногу, та же, не выбрав лучшей траектории, приземлилась прямо на стол перед и без того испуганным Гариком. Его изнеженная нервная система устала за сегодняшний день, и он, закатив глаза, как красна девица, упал в обморок, прямо в то бесстыдство, что сотворила пять минут назад Анна Заливная. Асе стыдно было вспоминать, как она продолжала визжать, закрыв глаза, и не могла остановиться. Лишь звонкие и колючие пощечины, а также Генкин крик заставили ее замолчать.

– Вася, все нормально, ты слышишь меня? Это не нога, это протез, он просто отстегнулся, ты слышишь, все нормально.

Ася потихоньку начала приходить в себя и понимать услышанное.

– Как не нога? – удивилась она, вытаращив свои огромные глаза.

– Так, не нога, – Генка улыбнулась, сестра наконец начала приходить в себя.

– А они? Они живы? – Ася со страхом ждала ответа сестры.

– Все нормально, внизу всех поймали, все живы! У Анны Николаевны небольшая проблемка, но это все поправимо, – видно было, что Генка еле сдерживает смех.

– Пойдем глянешь, – сестра помогла Асе подняться, и они подошли к перилам. Взглянув вниз, они увидели, что на камнях сидела Аннушка в неглиже, а ее дорогой супруг, наконец опомнившись от ступора, бежал к ней, неся в руках платье, которое слетело при падении. Анна прикрывала руками обнажившуюся грудь, но получалось у нее это плохо, так как одна ее красотка от падения трансформировалась и переместилась под мышку. Увидев это, Ася, в отличие от Генки, не захохотала, а охнула и прижала ладошку к раскрытому рту. Также она увидела, как сценарист Жора, облокотившись на официанта, прыгал на одной ноге. Вдруг он остановился, обернулся и встретился с Асей взглядом, та, не выдержав, опустила глаза, ей было очень стыдно. Даже сейчас, вспоминая все это, Ася покраснела до корней волос.

Возвращаясь в сегодняшний день, она беспокоилась одним вопросом: куда деть Генку? Ася видела вчера объявление об экскурсии в Ливадийский дворец. Наверное, это выход, деньги она постарается занять у кого-нибудь из съемочной группы и отправит Генку просвещаться, потому что ощущение, что сегодня на площадке будет жарко, было неотвратимым.

СМС: Заказчик – Исполнителю

«Все в зрительном зале, сегодня день икс, придерживайся строгих инструкций».

СМС: Заказчик – Сыщику

«Сегодня день икс, ради него мы трудились все три месяца, действуйте согласно инструкциям, завтра я вам переведу обещанный платеж, и можете возвращаться в Москву».

Генка

Генка сладко потянулась в кровати, яркое крымское солнце уже вовсю заполняло собой номер. В груди переворачивалось счастье, лето, каникулы, море, свобода! Такого полного ощущения счастья юная Генка не ощущала никогда. Ее не волновали вчерашние глупые поступки взрослых, их она попросту считала стариками и дураками.

– Доброе утро, – Генка вышла на балкон, Ася сидела с чашкой кофе в руках и смотрела на море.

– Доброе, у меня к тебе предложение, и мне очень хочется, чтобы ты его приняла, – Ася была напряжена, отчего и Генке стало не по себе.

– Вещай, – ответила она, пытаясь сразу не расстраиваться и не потерять внутреннего ощущения счастья.

– Я куплю тебе сегодня экскурсию от пансионата в Ливадийский дворец и очень прошу тебя туда поехать, – настойчиво закончила Ася.

– Зная, что у нас настолько нет денег, что мы будем питаться бесплатными завтраками в пансионате, обедать на съемочной площадке вместе с группой, а ужинать чаем с печеньками в номере, я поражена. Что случилось?

– Ну, во-первых, это очень красивое место, эта экскурсия будет тебе и полезной, и приятной.

– Это я понимаю, а на самом деле? – перебила сестру Генка, теряя терпение.

– Во-вторых, я не хочу, чтобы ты была сегодня на съемочной площадке, если верить моей интуиции, сегодня там будет жарко, и вовсе не от солнца.

– Ок, без проблем, дворец так дворец, только придумай, что я там буду есть, если на билет ты деньги найдешь, то на обед вряд ли.

– На завтраке я сделаю пару бутербродов, и ты ими перекусишь в обед, – Ася с облегчением выдохнула, ведь удалось так быстро уговорить Генку.

– Систер, так что мы сидим? Пошли на завтрак тырить мне бутерброды, – хорошее настроение осталось, а это самое главное.

Озеров

С самого утра все пошло не так, сначала Женя увидела, как эта дура Марьяна выходила из его номера. Хотя от ее присутствия были только неудобства и перегар, но Саня знал, Жене это неприятно. Затем на площадке все не клеилось, грим был не тот, свет слишком холодный. Женя была несобранна и все забывала. Зато начальство в полном составе, да еще и со свитой, было с утра здесь и наготове, даже сценариста приволокли. Правда, они его о чем-то долго допрашивали в соседней комнате, но перед самыми съемками все заняли места в партере.

Марьяна вошла на площадку с уже уложенными волосами и накрашенная, лишь томный, а может, еще пьяный взгляд выдавал ее вчерашние приключения. Окинув площадку царственным взором примы, она увидела группу наблюдающих в первом ряду и решила подойти.

– Ну привет бывшим друзьям, я знала, конечно, что у богатых свои причуды, я предполагала, что вы ненормальные, но я ошибалась. Вы чертовы извращенцы. Расселись еще тут, как в зрительном зале, фу, маньячины. Вот ответь ты, – Марьяна посмотрела в сторону Гарика, – мужчина, от которого я мечтала иметь детей. Я-то вам здесь зачем? Я и тогда, и сейчас отличаюсь от вас.

Но никто ей не ответил, все завороженно смотрели на Марьяну и молчали. Лишь режиссер решил прервать монолог.

– Марьяна, могу я узнать, о чем ты? – удивленный и интонацией, и содержанием сказанного, Александр Озеров был в замешательстве, если не сказать в шоке.

– А таким, как ты, пешкам, Шурик, знать не положено, – оборвала его звезда и, развернувшись на красивых шпильках фирмы Christian Louboutin, пошла на площадку.

А Санечка Озеров услышал, как один из хозяев, кажется, Алексей Ронин, тихо, но настойчиво сказал Гарику:

– Заткни этой идиотке рот или это сделаю я.

Жора

Он видел, как все волнуются, и это волнение передавалось ему, как говорила бабушка, у него поджилки тряслись. Скорее всего, волнение началось с допроса хозяев. Сразу после завтрака за ним пришла вчерашняя знакомая и очень смущаясь глядя в пол, начала извиняться, но как-то неуклюже и временами раздражающе, а потом попросила пройти с ней. Видите ли, начальство хочет с ним поговорить, срочно. Жора все время молчал, и когда она несла не пойми что о том, что ей жутко неудобно, она не знала, что он инвалид. Молчал, когда шли по грустному и почему-то пустому пляжу, молчал, когда заходили в особняк, где проходила съемка. От этого молчания Ася, которая была на голову выше его, сейчас вся сгорбилась и сжалась, словно портфель, что она несла в руке, весил тонну. Жоре даже на миг показалось, что не она его, а он ее ведет на заклание.