Юлия Ефимова – Летописец. Книга 3. Четыре наследника (страница 9)

– Думаю, вы отыщете способ.

Кэйрон понял: решение уже принято.

– Дайрус импотент, он никуда не годен, – возразил Кэйрон. – Зачем торопиться?

– Вы забыли о Райгарде Сиверсе.

– А он при чём? Он всего лишь бастард.

– Вы ошибаетесь, Ваше Величество, его родители были женаты. Помните, о чём поведал Энгус Краск?

– Я думал, он соврал.

– Нет, – улыбнулся Захар. – Допросы Ворнхолма подтвердили: Райгард – наследник Дайруса.

Неужели Райгард имеет шансы на власть? Кэйрон никогда не воспринимал его всерьёз, хотя отдавал должное его смелости и воинским навыкам. Райгард куда решительнее Дайруса…

– А Дайрус знает, что его племянник – законный наследник?

– Покуда нет.

Кэйрон задумался. Нельзя ли использовать эти знания? Надо это обдумать. Не хватало, чтобы чёртов Сиверс заделал Марции сына. Нужно убрать его с дороги, как и Дайруса. Ещё бы убрать Георга, который слишком много знает. И неплохо бы узнать про ритуал.

– Почему вы не избавитесь от Ворнхолма? – спросил Кэйрон.

– Вы дали обет его супруге сохранить ему жизнь, – Захар смотрел на Кэйрона в упор и словно не видел.

– А вы обещали ей оживить Макса, – огрызнулся Кэйрон. К его удивлению Захар улыбнулся.

– Мне показалось, она поверит.

– Так вы ей врали?

– Наши деды обладали и такой магией, но нынче не добыть мёртвой воды.

– Воды? – Ванда упоминала о ней. Кэйрон плохо понял, что это за штука.

– Мёртвая вода заживляла любые раны, лечила болезни. Она текла из подземного родника где-то в этих краях. Опосля воды Марваги устремились на север, родник влился в реку. Стали говорить, будто воды целой реки способны исцелять.

– Тогда почему воду называют мёртвой?

– Понеже её недостаточно, дабы в мёртвом теле забилась жизнь. Надобна жертва, которая призовёт душу мертвеца из подземного мира.

Кэйрон помнил, с каким восторгом Дайрус слушал сказки Ноэля Сиверса, пока того не отправили восвояси, потом умолял Кэйрона поиграть с ним в Воинов Иштирии. Воины жили вечно благодаря источнику бессмертия. Недавно Кэйрон посмеялся бы над этими сказками, но жизнь в Сканналии заставляла на многое смотреть по-иному.

– То есть, – уточнил Кэйрон. – Это возможно?

Захар усмехнулся, пожал плечами. Кэйрон так и не понял смысла этого ответа.

Глава 4. Споры и разногласия

– Значит, нас хотят взять в осаду? – Дайрус навис над старой картой Сканналии, тщательно нарисованной на клочке пергамента. Карте было не меньше сотни лет, она истёрлась за век службы, на ней отсутствовали деревни и городки, появившиеся за это время, но Дайрус в них не нуждался. Дороги не изменились, большего ему не требовалось. Дайрус задумчиво взял с тарелки пирог со щукой и машинально сунул в рот. Слуга с бутылкой охлаждённого вина возник в дверях – король с сожалением покачал головой. Марция молча проводила слугу насторожённым взглядом.

Дайрус уселся в мягкое кресло, обитое коричневым бархатом. Оно совершенно не подходило для военного совещания с баронами, однако стульев попроще не осталось, зато роскошной мебели в бывшем доме Сайрона Бадла хватало. На удивление, обстановка почти не пострадала от воров, только следы обыска сохранились до сих пор: шёлковую и атласную обивку отодрали от стен, стёкла кое-где выбили, половицы местами вырвали напрочь. Дом понемногу привели в порядок, хотя он всё равно казался потрёпанным и сиротливым. Самую большую комнату рядом со спальней Дайрус велел обустроить для приёмной, заклеив выбитые стекла вощёной бумагой. Сейчас король, королева и бароны обсуждали грядущие планы и слушали доклад Гарика о подготовке орудий к осаде. Особенно Гарик сокрушался из-за постоянных ливней: от них портился порох и ржавел металл.

– Когда дороги просохнут, они придут, – Эйвард Ривенхед недовольно покосился на Гарика, который нетерпеливо поглядывал в окно на тщательно укрытые от дождя новенькие пушки, доставленные из Усгарда с мануфактуры Ривенхедов. Их отливали под бдительным присмотром Гарика, он знал каждую в лицо и на слух. Он мог точно ответить, какие ядра требуются, какое расстояние они пролетят, какую стену способны пробить – правда, в данном случае артиллерия потребуется для защиты, а не взятия города. Гарика назначили главным канониром, отрядив ему в помощь прислугу из пушкарей и стрелков низшего ранга. Он распределил их между бомбардами, лёгкими пушками, кулевринами и мортирами, каждой из которых подыскивал подходящее местечко для обстрела вражеской армии. Лёгкие орудия Гарик ставил на повозки, способные перевозить их по мере надобности с места на место. У него был и древний неповоротливый требушет, стрелявший огромными камнями. Гарик его не любил: он требовал много обслуги. Кроме того, при защите от осады пользы от него немного.

Население срочно отправили копать рвы и насыпать валы, приспособив к этому пленных барундийцев. После обещания отпустить их они организовали сплочённую команду и вполне грамотно занимались делом под улюлюканье горожан.

Райгарда Сиверса Дайрус послал в Рургард договариваться с кланами о поддержке. Племянник сообщал, что четыре клана готовы предоставить около полутора тысяч воинов. Дайрус надеялся на большее, но остальные кланы либо поддержали скантов, либо предпочитали не вмешиваться и ждать.

По приказу Дайруса на склады Корнхеда свозили из округи всё возможное: никто не знал, сколько продлятся боевые действия. Благодаря положению Корнхеда на основном пути с юга на север, Нортхед оказался отрезан от южных регионов, хотя власть Дайруса казалась непрочной. Подчинённые Дайрусу области выказывали всё больше недовольства слабостью короля. Посланные им для сбора военных налогов отряды не всегда возвращались и часто вступали в бой ради подводы муки или бочки гвоздей.

В Малгарде, захваченном скантами, появились новые органы власти, поддержанные осколками армии Гиемона, местными торговцами и крестьянами. Беглецы и дезертиры докладывали, что народу внушали страх перед скантскими богами, грозили карами, припоминая события недавнего прошлого, хаяли Дайруса. Тем, кто соглашался поддержать новый порядок, дарили земли, деньги, должности или попросту жизнь. К лету и юг заполыхает почище лесного пожара, если не охладить горячие головы. Марция настаивала на том, чтобы привести к присяге всех глав местных властей, потребовать от них заложников. Сделать это удалось лишь отчасти. Корнхедцы, недовольные многочисленными налогами, находились на грани бунта. А как обойтись без налогов, если казна в Нортхеде? Дайрус приказал баронам заплатить солдатам, которые жаловались на отсутствие денег, грозились дезертировать. Бароны тоже жаловались – на местные власти, на солдат, на налоги и друг на друга.

Иногда Дайрус жалел, что отправил Райгарда в горы. Его люди, хотя и подчинялись королю формально, реально смотрели на Игера Яйцо и ждали своего командира. Игер даже умудрялся поддерживать среди них дисциплину. Люди баронов побаивались этой пёстрой компании. Дайрус не раз хотел разогнать доморощенную армию племянника, но с кем он тогда останется? Из баронов у него есть Эйвард Ривенхед, Леонис Чевиндом, Орвальд Кривенмер и Йоэл Поллендар. Эйвард беспокоил Дайруса больше всех. Толстяк Поллендар исправно поставлял средства и не лез не в свои дела, рыжий Кривенмер чаще молчал, дёргая бакенбарды во время особо жарких споров. Он не был хорошим воином, зато хорошо справлялся с обязанностями городского главы вместо старосты, убитого людьми Гиемона. Благодаря стараниям Кривенмера они неплохо обустроились в Корнхеде.

Эйвард, к сожалению, собрался прибрать к рукам всю армию. Постепенно ему подчинились люди Чевиндома, Кривенмера и Поллендара – один Игер сопротивлялся барону, проявив хитрость: он объявил Гордея Иглсуда заместителем Райгарда Сиверса и обращался к нему, а Гордей уже обсуждал проблемы с Эйвардом. Впрочем, Гордей старался пореже попадаться Эйварду на глаза, зато из бывших стражников он сколотил нечто вроде охраны короля и королевы – Марция поддержала начинание с удовольствием. Теперь три стражника всегда сопровождали Дайруса и Марцию во время их поездок по городу.

Молодой Иглсуд недавно присоединился к ним, сбежав из Нортхеда. Он сообщил о смерти Ноэля Сиверса и Сигурда Данрога, сына барона Данрога. Сам барон настолько погрузился в горе, что даже не протестовал, когда ему принесли присягу. Дочь барона Узенрека стала заложницей, её отцу пришлось подчиниться Кэйрону. Сиэлла Холмкрест ради сына тоже осталась в Нортхеде. Больше всего Гордей беспокоился из-за отца. По слухам, старый Проспер сохранил жизнь, утратив всё состояние.

За дверью послышался шум, какие-то крики. Дайрус недовольно обернулся. В комнату вошёл Райгард. За ним попытались ворваться ещё человек пять – племянник уверенно выпихнул их за дверь, с грохотом её захлопнув.

***

– А ты не слишком резко реагируешь? – Дайрус устало откинулся в кресле.

Райгард в бешенстве стукнул кулаком, припечатав к столу древнюю карту:

– Резко? Велзар с отрядом отправился отбивать нападение людей Кэйрона на деревню. Когда её жители не оказали им должного почтения, они расправились с десятком мужчин, изнасиловали всех женщин, которых смогли поймать, и я не должен быть резким?!

– Мужики из деревни сами на него напали и порезали двоих! – вмешался Эйвард.

Деревушка находилась в предгорьях. Райгард, узнав о нападении, оказался там быстро. Он не позволит идиоту вроде Велзара помешать его планам! Неужели никто из баронов не понимает, чем кончится для них ссора с горцами или местными жителями? Кто станет помогать насильникам и бандитам, даже если их возглавляет король? Райгард пытался втолковать это Дайрусу, но тот словно уснул в мягком кресле. Зря он потратил столько времени в Рургарде: барон Ривенхед забрал слишком много власти. Велзар принадлежал к числу людей Леониса Чевиндома, Эйвард, однако, уже считал отряд Чевиндома своим. Стервятники! На этот раз добыча вам не по зубам. Райгард уставился на Эйварда: