Юлия Ефимова – Исповедь дочери "Маньяка" (страница 8)

— Фу, — сказал вслух Сага, и словно в подтверждение его мыслей к искательнице миллионеров решился подойти именно такой дедуля в смокинге. Девица же в ответ на его приветствие призывно, как ему показалось, улыбнулась, полностью подтверждая все предположения.

«Что и требовалось доказать», — подумал Сага. Теперь, став главой огромной корпорации, он, казалось, и вовсе чувствовал таких за версту.

Девушка ему была более не интересна, с ней всё было понятно, поэтому Сага вновь оглядел зал в поисках Веника.

Телефоны на входе забрала охрана, заявив, что вечеринка закрытая и они заботятся о конфиденциальности, поэтому позвонить этому гаденышу и обматерить не получится.

Хотя в ситуации неведенья был и свой плюс: оставалась надежда, что Веник всё это не специально, сейчас откроется дверь и он зайдёт сюда в таком же костюме и скажет: «Прости, брат, я опоздал, пробки и совершенно не знал, что здесь дресс-код».

Вдруг, ни с того ни с сего, страх пробрался под кожу и задергал нервы как струны. С чего бы?

— Скучаешь? — услышал Сага и обернулся. За его спиной стояла настоящая воительница, ей только не хватало копья. Её чёрные волосы стояли, как казалось Саге, дыбом, красное платье в пол смотрелось как шкура змеи, а губы, накрашенные алой помадой, смотрелись так, словно она только что победила в неравном бою хищника и выпила всю кровь. — Давай скучать вместе, Новый год всё-таки, никто не должен оставаться один, по крайней мере, так сказали мне мои подчинённые, — добавила дама, глотнув шампанское из почти пустого бокала. — Меня зовут Анна, а тебя, мажорик?

Сага хотел сказать грубость, но сдержался, сделав скидку на алкогольное опьянение дамочки.

Та, видимо, заметив его порыв, громко хохотнула, так, что даже стоявшая рядом пара осуждающе оглянулась на них.

— Ну-ну, не злись. Я просто говорю, что думаю, это мой девиз по жизни. Знаешь, мне кажется, поэтому мне так везёт, потому что не подстраиваюсь ни под кого. А мажорик — это не страшно, это в Москве даже почётно, — Анна опять пьяно хохотнула. — Так как тебя зовут?

— Сага. — Он решил не идти на конфликт с девушкой подшофе, а просто покинуть это заведение.

Дома его ждал кот Матвей, которого он забрал из Владика. Кот был очень старым и помнил маму, что роднило их больше любых других причин. Именно поэтому Сага не пожалел сил, а привёз друга с собой на новое место жительства. Можно сказать, кот был на данный момент единственным членом его семьи, тем самым, которым Веник так и не стал и, наверное, уже не станет, вопреки стараниям Саги.

— Что за имя дворовое? — спросила грубоватая леди. — Производное от Сергей?

Он пожалел, что по привычке назвался своим личным именем, именно так его с детства называла мама. Но дело в том, что он долгое время не любил своё полное имя, потому что так звали отца. Того, кто предал, кто не дал попробовать на вкус слово «батя». С возрастом эта ненависть, конечно, отошла на второй план, но привычка осталась. К тому времени так его называли уже все: и мама, и немногочисленные друзья, и учителя в школе. Более того, даже в офисе, где, надо сказать, за год работы он установил хорошие отношения, вместо «Александр Александрович» подчинённые называли, пусть и на «вы», но тоже Сага.

— Производное от Саша, — пояснил он, но зря — девушке собеседник был не нужен, она слушала только себя.

— Мне уже тридцать… Да-да, я знаю, что выгляжу моложе, это всё хорошая генетика, — продолжала Анна, не обращая внимания на отсутствующий вид Саги. — Но я прожила уже две свои жизни. Я сама, слышишь, сама, а не дяди с толстыми кошельками, сделала себя. Я доказала миру, что можно быть красивой женщиной и при этом добиваться вершин успеха в бизнесе.

Саге тоже было почти тридцать, и те три года, что разделяли его и эту пьяную дамочку, особо ничего не значили, он тоже, по сути, добивался всего сам, только не орал об этом на каждом углу. Когда год назад его нашёл нотариус, то двадцатишестилетний на тот момент Сага был управляющим отделения банка во Владивостоке и очень, он бы даже сказал, очень-очень усердно работал, чтоб его заметили и продвинули дальше. В отделении его даже называли «железный дровосек», потому что он мог пахать сутками, не прерываясь на еду и отдых. Его уже заметило начальство и продвигало бы дальше, если бы как снег на голову не свалилась в наследство огромная империя, которой он сейчас пытался управлять не хуже отца. Кстати, управлять, наперекор расхожему мнению, было очень нелегко, и как прошёл этот год, он попросту не заметил, полностью погружённый в работу.

Жил Сага по-прежнему в квартире отца, в его собственной, что заставил купить Вениамин, всё ещё шёл ремонт. Хотя в последнее время казалось, что Веник просто подворовывает на ремонте, вместе с бригадиром, который был его протеже.

«Надо после праздников проверить», — поставил тут же себе задачу Сага.

Когда же у него выдавались свободные вечера, он перебирал в квартире бумаги, сувениры и огромную коллекцию антиквариата, в тайне мечтая найти записку, написанную отцом специально для него. Но ничего подобного не было, если не считать старую переписку отца с матерью Саги. Хотя сейчас ему хотелось бы, чтоб он ту переписку не находил и не знал, что, по сути, сам виноват, в том, что отец с ним не встретился.

По вещам Сага пытался понять, каким был батя. «Батя» — как же ему хотелось сказать это слово в детстве, когда его друзья жаловались на своих, или наоборот, гордо сообщали, что они с «батей» в воскресенье идут на рыбалку, Сага завидовал им белой завистью и наедине с собой проговаривал это слово, словно примеряя к своей жизни. Но, видимо, не судьба.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.