Yuliya Eff – Тайна Ирминсуля (страница 26)
– Что вас занесло в наши края, сир Фелис? – спросила Нисса. – Как поживает Его величество?
– В данный момент не могу знать, чем занимается Роланд: я уехал дней десять назад. Решил, так сказать, совершить паломничество по храмам дружбы. А вчера как раз гостил у Дюпея, когда прибыл запрос от сира Рафэля. Я решил дать возможность Анри попрактиковаться.
– О, что-то я не помню, чтобы вы когда-либо путешествовали с учениками, – Нисса, вероятно, была слишком хорошо знакома с суровым инквизитором, если позволяла себе добавлять в тон игривые нотки.
Тирр кивнул:
– Истинно так. Анри – уже младший мастер, и не исключено, что в будущем станет моим преемником, когда я отойду от дел. На его курсе он был лучшим студентом. Поэтому это исключение не должно вас удивлять, дорогая Нисса, – не обращая внимания на побагровевшего Антуана, в котором сейчас бурлила добрая сотня вопросов, г-н Тирр улыбнулся портнихе и вернул ей колкость: – Есть гораздо более удивительные вещи. За весь год, дорогая Нисса, вы мне не пошили ни одного костюма. Последний ваш шедевр пострадал на практикуме по огнеплюйкам, пришлось выбросить, ибо восстановлению не подлежал.
Нисса не успела рта открыть, как из Антуана вылетел вопрос:
– Мы будем изучать магических тварей на первом курсе?
– Только если попадёте к огневикам. Остальные стихийники знакомятся с ними на втором, – Мариэль не было видно выражение лица профессора Тирра, но тон, адресованный братцу, заметно отличался от того, с каким мастер обращался к, казалось бы, простой портнихе. Завершая тему одежды, Тирр снова обратился к соседке Антуана. – Так что, дорогая Нисса, возьмётесь ли за заказ?
– Почту за честь, сир Фелис, но только через неделю. Пока все силы брошены на подготовку бала-маскарада, который организует сир де Трасси. Мои белошвейки работают день и ночь, – и Нисса повернулась к Иларии. – А что у вас случилось, простите?
Та не знала ответа, так как не успела поговорить с супругом о новостях. За неё ответил Ленуар:
– Бродячий Горги, сирра. Он успел исчезнуть до нашего приезда.
– Почувствовал, что сюда приедут важные господа, и испугался, – пошутил Рафэль. Его шутку поддержали улыбками. – Дорогая, я предложил господам задержаться до завтра, развлечься провинциальным комбат-де-бу. К сожалению, мастер Тирр и мастер Дюпей отказались. Но я счастлив, что господин младший мастер заинтересовался нашим развлечением и даже согласился поучаствовать.
Счастливый Антуан подпрыгнул так, что посуда перед ним звякнула:
– О, благодарю, сир! Нам как раз нужен был четвёртый партнёр! Потому что Вин…
– Антуан! – остановила его Илария и обратилась к мужчинам. – Приношу извинения за горячность моего сына. Здесь, в провинции, молодые люди скучают без должной нагрузки. Не смотря на то, что комбат-де-бу – летняя традиция, мы иногда позволяем мальчикам развлекаться и в холодное время года.
Профессор снисходительно кивнул:
– Как говорится, дай дитяте ломать мебель, пока есть желание. Лишь бы потом, на первом курсе, запал не прошёл. По моим скромным наблюдениям, в конце первого семестра новобранцы предпочтут поспать лишний час, чем отдать его тренировке. Ну, а наш век комбат-де-бу прошёл, с тех пор как форма стала желать лучшего, не так ли, Шерк? – Тирр обратился к своему другу, и г-н Дюпей отложил борьбу с куском мяса на мгновение, подтверждая слова.
– Мне кажется, вы лукавите, сир Фелис, – рассмеялась Нисса. – Ваша форма, как и всегда, на высоте. Я помню ваши мерки наизусть.
Что именно имел в виду главный портальщик академии, Мариэль не совсем поняла. Но выглядел высокий стройный с густыми волнистыми волосами г-н Тирр неплохо для своего возраста – лет пятидесяти, если не считать седины в волосах.
– Вы получите уникальный шанс убедиться в обратном, дорогая Нисса. Так что пусть эта детская забава остаётся юным … и феодалам, которым участие в этой забаве приносит любовь его народа. Ради этого можно и с грязью поиграть, – Тирр ловко завершил спор, обратя свой благожелательный взгляд на хозяина дома, кашлянувшего на слове «юным».
Нисса, чувствовавшая себя свободно в одном с Тирром обществе, и тут не удержалась:
– О, сир Фелис, поверьте, это истина! Ни одного сира здесь, в Лабассе, не уважают так, как господина Рафэля, ведь он единственный чтит самые древние традиции.
Портниха заслужила слова благодарности хозяина дома и его супруги, даже Тринилия скупо улыбнулась неожиданной гостье, – и, наконец, успокоилась, больше не перетягивая на себя внимание.
После этого разговор вернулся в русло последних событий и намечающихся. Тирр сказал, что герцог де Трасси прислал и ему приглашение на бал, так что через два дня мастер планировал вернуться за своим учеником: заберёт того в столицу, чтобы приодеться к мероприятию:
– … Сир Рафэль, – Тирр обращатился к Иларии, – успел рассказать о том, что у вас не было возможности превизировать способности молодого сира Антуана и сирры Мариэль. Ленуар как выпускник практического курса компетентен в данном вопросе. К моему возвращению он охотно составит свидетельство с описанием маг-сил, а я завизирую. Таким образом, вам не придётся ждать столичного превизора.
Илария бросила многозначительный взгляд на супруга, как бы говоря: «Умница ты моя!» Антуан готов был задохнуться от счастья, а лицо г-жи Тринилии посветлело от замечательной новости. В самом деле, молодым де Венеттам выпадал редкий шанс не только узнать все тонкости учёбы в академии от её непосредственного обывателя, но и показать свои способности без волнения, которое, как известно, является первым врагом новичков.
И только Мариэль было не до ликования. Ещё с утра нет-нет да и почёсывалось невзначай левое предплечье, а сейчас на него напал такой зуд, что хотелось потереться о сидящего рядом инквизитора. Как только обед официально завершился, Мариэль сделала книксен перед гостями и умчалась в свою комнату, по дороге сладострастно потирая беспокоящее предплечье. Захотелось посмотреть, что там такое выскочило, но для того, чтобы снять платье, понадобилась бы помощь Жанетты. В комнате дёрнула несколько раз за шнурок возле кровати, прошлась по комнате, открыла шкаф, чтобы отвлечься рассматриванием платьев, а служанка всё не шла.
Она появилась с опозданием: наличие важных гостей в замке обязывало её помогать немногочисленному штату слуг. Только когда портниха, мастера Тирр и Дюпей отбыли, все вздохнули спокойно. Сир Ленуар, понравившийся всем служанкам без исключения, кажется, особых хлопот не собирался доставлять. Его атаковал вопросами Антуан, и молодые люди обосновались в кабинете г-на Рафэля.
– Что вы делаете, госпожа? – воскликнула Жанетта, застав свою хозяйку за попыткой стянуть рукав платье.
– Проклятая шнуровка! Почему нельзя её сделать спереди? – ворчала девушка, пока служанка ослабляла корсет.
– Потому что мода на шнуровку спереди прошла года два назад, – Жанетта помогла приспустить верх платья. – У меня есть превосходная мазь для лечения любых внешних повреждений. Надеюсь, она вам поможет, иначе вы сдерете с себя всю кожу.
Левую руку удалось высвободить от верхнего платья, нижнее легко сползло вниз.
На предплечье красовался сложный рисунок-татуировка. Мариэль ахнула потрясённо.
– Что такое? Где, где болит? – Жанетта внимательно осмотрела руку и вопросительно уставилась на хозяйку.
– Ты разве не видишь? – Мариэль провела пальцем по контуру рисунка.
– Ничего нет, госпожа… Я не вижу… – пролепетала Жанетта и села рядом с госпожой, от догадки привычно в таких случаях прикрыв себе рот ладошкой. – Вы думаете, это?..
Это определённо была метка Вестника, с несколько размытым контуром. Хорошая новость состояла в том, что никто, кроме обладательницы, эту «татуировку» не видит. По крайней мере, Жанетта точно. И Мариэль решила вечером, перед сном, зайти пожелать матушке спокойной ночи и проверить версию с невидимостью. О том, что метку Вестника могут видеть маги, думать не хотелось. В этом случае придётся матушке рассказать всё.
Глава 14. Три вместо одного
Утро следующего дня получилось таким заполошным, что Мариэль невольно вспомнила цитату: «Всё смешалось в доме Облонских». Родители ожидали проводника на магический источник к обеду, но рано утром Аурелий де Трасси прислал письмо, в котором предупредил о переносе времени портала ранний срок.
Во второй зимний октагон услуги портальщиков пользовались повышенным спросом: все торопились попасть к семейному очагу раньше, чем Люмерию скуют лютые морозы. А долго думающие и вовсе платили по тройному тарифу.
Больше всех переживала во время суеты кухарка, тётушка Гато, у которой в планах было приготовить господам корзину вкусной снеди в дорогу, хотя на источнике была своя королевская кухня, и хозяева точно не остались бы голодными.
Илария оставшееся до отъезда время потратила на то, чтобы написать и вручить управляющему список покупок, которые необходимо было приобрести к возвращению, поэтому на длительную беседу с детьми времени не осталось. Все наказы были даны в спешке, в том числе тот, что касался Мариэль:
– Послушай, милая! Мой совет относительно этого молодого человека не окончателен, понимаешь? Не давай ему ложных надежд, впереди у тебя бал, на котором ты встретишь много очаровательных молодых людей…