Юлия Дубовицкая – Лилит, или Ключи из сундука души (страница 3)
другому.
Веда кивнула, и в её глазах вспыхнул свет, похожий на отблеск пламени в печи.
– Вот видишь. Ты не заблудилась. Ты шла по следам
собственных слов. Ты и была той прелестницей, которую ждала. И тем, кто спускался в страх. Целое ищет себя через раздвоение, а потом снова становится целым. Это и есть Путь. По лицу Лилит покатились слёзы. Она обняла Веду и нежно прошептала:
– Я тоже ждала эту встречу всю свою жизнь.
Глава 4. История Веды
Выйдя вечером к чаю, Лилит спросила:
– Веда, и всё же, кто ты? Откуда ты знала, что я приду?
Веда улыбнулась, и её глаза, казалось, увидели другую эпоху.
– Я – страж этого места. Я сама – эта земля и истинное знание. Но когда-то я была путницей, как ты. Я тоже шла по
следу собственных историй, искала ключи в сундуке своей памяти. Этот сад, этот дом – они вырастают тогда, когда душа, намучившись в миру, создаёт внутри себя точку покоя, свой мир с истинными знаниями. Поняв свою душу и получив знания, моя миссия – быть наставником для других, кто
сбился с пути. Твои стихи… они прилетали сюда на крыльях ветра, на лепестках опавших роз. Я подбирала их и хранила, зная, что однажды придёт их хозяйка,
чтобы собрать их воедино.
Мы все связаны, Лилит. Мои розы когда-то полила моя кровь. Моя боль когда-то стала моим учителем. А теперь твоя боль привела тебя ко мне, и мой опыт может стать твоим
проводником. Мы – звенья одной цепи. Ты идёшь по моим
следам, а кто-то потом пойдёт по твоим.
Глава 4 «Зеркало по имени Леон»
«
(Карл Густав Юнг, об архетипах Анимы и Анимуса)
– А был ли кто-то… кто-то, в ком ты будто видела саму себя, но не узнавала? – спросила Веда, подливая чай в кружку Лилит.
Лилит вздрогнула. Перед её внутренним взором встал образ – загадочные, но глубокие глаза, пухлые губы, очаровательная и открытая улыбка, глубина и харизма, лёгкий и остроумный юмор, руки, умеющие строить дом и машину чинить.
– Леон… – выдохнула она. – Он был моим полным отражением. Отражением, которое вдруг перекосилось. Он
взял самое драгоценное в ней – эту дикую чувствительность, умение слышать мир кожей и выворачивать боль в стихах – и называл это слабостью.
««Ты слишком чувствительная», – говорил он, и в его глазах читалось раздражение. – Я не понимаю твоих эмоций. Ты
явно играешь… выключи актрису. Можно быть спокойнее? Это невыносимо».
Из его уст это звучало как приговор, удар ниже пояса. В каждом его слове сквозило обесценивание: «Ты не так ешь, не та одежда, странные у тебя традиции». Но в редкие моменты близости он становился самым родным и тёплым человеком на свете, и я верила, говорила Лилит, что он – моя родная душа. И ради этой веры я начала гасить в себе собственный
свет. Свою самость. Пока однажды он не спросил с недоумением: «А где же ты?»
Я гасила себя, потому что боялась. Боялась, что он, как и все живые, уйдёт. И останется только привычный, леденящий
холод одиночества – тот самый, что остался от поцелуя в мёртвый лоб. – —
НО при этом, знаешь ВЕда.. кажется, всегда был в моей
жизни. Он был таким же одиноким, но притворяющимся, что ему хорошо. Мы узнали друг друга мгновенно, как два
одиноких островка в одном море. Это была не страсть, нет. Это была лавина, в которой была отчаянная надежда, что вдвоём мы составим одно целое. Но мы, как два полуразбитых
зеркала, смотрели друг в друга и видели бесконечный коридор собственных ран, жаля друг друга в самую цель.
Он не мог дышать со мной, а я не могла без него. Но мне
пришлось уйти, чтобы начать жить дальше по-настоящему. Я учила его близости, а он меня – целостности. Каждый проиграл в этой войне теней, но каждый вынес свой урок.
Веда посмотрела на Лилит, положила ей руку на плечо и сказала: Ты уже понимаешь, что он важным элементом твоей жизни, чтобы ты пришла сюда. А теперь давай ложиться
спать. Уже поздно
Глава 5. Сад и алая роза
(Восточная поговорка)
Лилит проснулась от яркого света, пения птиц и
неописуемого запаха роз. Она никогда не чувствовала запах так – слышала его чётко и вкусно! Встав с постели, она вышла на веранду, где был накрыт стол с ароматным чаем и пышными сырниками. На веранде не было никого, кроме
птиц, которые сидели как главные хранители веранды, летали бабочки, несколько пушистых кошек лежали в углу, а рядом
на поляне бегали зайцы и кролики. Лилит снова ощутила себя в сказке, где природа – не место обитания и не живое
дополнение, а её семья и дом.
Лилит, позавтракав в компании животных, не сводила глаз с розовых кустов. Кусты роз были ярко-розового цвета, с неё
ростом. Эти кусты казались бесконечными. Лилит побежала к
кустам всё ближе и ближе, вдыхая их аромат! Она гуляла, танцевала, вдыхала и танцевала, проходя по аллее с
прекрасными розами! Она снова ощутила себя частью всего живого, частью бога и единой с этими прекрасными розами! Разговаривая с ними и говоря им комплименты, улыбаясь, вдыхая аромат и разглядывая каждый бутон, Лилит уколола руку.
Кровь полилась из руки в землю. Лилит вздрогнула: по её руке не просто текла кровь, но всё её тело билось от острой боли.
Кровь попала на землю, и на её глазах начала расти новая
роза, ярко-алого цвета. Лилит уже не удивлялась, смиренно наблюдая весь процесс роста цветка!
Пока роза росла, в голове вспомнился её собственный слог,
написанный много лет назад!