Юлия Друнина – И откуда вдруг берутся силы… (страница 48)

Заслоняя планету собой… Пляшут, вырвавшись, атомы – злые уродцы, Но пожарные приняли бой. Нет, не все измеряется лишь орденами, Хоть, должно быть, отыщут и вас ордена. Вижу, встав на колено, солдатское знамя Преклоняет пред вами страна. Все пред вами в долгу, и до самого гроба… Выйду в степь, в раскаленную синь — Я не ведала ране, что словом «чернобыль» Называли славяне полынь… Этой темы касаться – словно раны кровавой. Но покоя, смолчав, не найду. Я о тех, что умчались машинною лавой, Землякам не сказав про беду. Я о черных, бесшумных, лихих лимузинах, Что рвались, как безумные, в тыл. Да, о тех, кто детей беззащитных покинул, А себя вечным срамом покрыл. Да, о тех, кто покрыл себя вечным позором, Их услышать хочу имена. И еще я о нечисти – о мародерах, Тех, кого проклинает страна. Тех, кто словно на совести черные пятна, Тех, кто беженцев грабил дома. Как такое случиться могло? Непонятно! От подобного сходят с ума… Не важно, кто первый на кнопку нажмет… О, бедной планеты обугленный рот! Кричит: «Что творите вы, люди, со мной? Поймите, земляне, мы в связке одной! Нам вместе лететь в термоядерный ад. Закрою глаза – океаны кипят. Есть время – пока что! Но время не ждет… Сегодня в Припяти тронулся лед. Чернобыль, Чернобыль – вселенская боль! Чернобыль – за души ослепшие бой: Неужто меня не прикрыл ты собой, О пленники горькой юдоли земной, Мы спаены вместе, мы в связке одной! Не важно, кто первый на кнопку нажмет!» О, бедной планеты обугленный рот!

Дети двенадцатого года

Мы были дети 1812 года.

Зловещая серость рассвета… С героев Бородина Срывают и жгут эполеты, Бросают в огонь ордена! И смотрит Волконский устало На знамя родного полка — Он стал в двадцать пять генералом, Он все потерял к сорока… Бессильная ярость рассвета. С героев Бородина Срывают и жгут эполеты, Швыряют в костер ордена! И даже воинственный пристав Отводит от виселиц взгляд. В России казнят декабристов, Свободу и Совесть казнят! Ах, царь милосердие дарит, Меняет на каторгу смерть… Восславьте же все государя И будьте разумнее впредь! Но тем, Пятерым, нет пощады!