Юлия Давыдова – Тайна Тересара (страница 4)

Было неожиданно узнать, что даже нагота не вызывает ни у кого удивления. Для представителей различных видов существ, ныне здравствующих вместе с людьми, отсутствие одежды или её минимальное наличие было естественным. Различные нимфы и русалки надевали что-то на себя максимум в случае холодной погоды.

Но более всего Корфа удивило, что уже давно женщины работают и служат в полиции, армии и спасательных службах. А это та работа, где в принципе невозможно и нельзя не смотреть людям в глаза и не уметь с ними разговаривать. Во времена Александра это было исключено. И он постоянно возвращался к мысли о том, что госпожа Бельская – из тех самых женщин, которые так впечатляют его. По роковому стечению обстоятельств именно она стала его спасательным плотом.

Каждый день на протяжении месяца эти мысли не давали Корфу покоя. Всё чаще и подробнее вспоминались необычайно голубые глаза Ровены и светлые платиновые волосы, так замечательно подходящие к жемчужному цвету её кожи. И сильная фигура молодой женщины, с ярко выраженными мышцами, в обтягивающем форменном костюме и плотно прилегающем руножилете.

Сейчас, в эту тихую ночь, как и во все до неё, Александр поймал себя на мысли о том, что скучает. Нет, он не хочет помощи, ему ничего не нужно от Ровены. Кроме того, чтобы она была рядом. Чтобы можно было любоваться её бёдрами и ягодицами, такими крепкими под тканью формы.

Хм… Но специальная одежда нужна лишь в рабочее время, в чём госпожа Бельская ходит обычно? Она должна носить что-то лёгкое, не стесняющее тело. Возможно туники, пуговицы которых она расстёгивает. И если так, то… будет виден верх её груди, а если лифчик мягкий, то и сосков обязательно проявятся через ткань. Интересно, какие они у неё?

Ощущения собственного тела при таких мыслях в очередной раз вызвали у Корфа волнение, но и смех над собой. Нельзя позволять себе так много думать о госпоже Бельской, о её красивых формах и тем более о её груди. Ведь у неё есть возлюбленный.

Связь с Рафаэлем Кайсаровым – стражем её отделения, абсолютно очевидна. И Александр подозревал, что после пережитого они оба не станут откладывать свои отношения. Он бы на месте Рафаэля не стал. И если он правильно оценил ум и темперамент Кайсарова – тот действительно не станет.

Но сколько бы Корф не запрещал себе представлять Ровену в своих мыслях, у него не получалось выполнять этот запрет. И снова ночь тянулась долго, принимая в своей нежной тьме желания Александра, и он не хотел отпускать их до самого рассвета.

Серая утренняя дымка заволокла огни города, но очень скоро её рассеяли солнечные лучи, играя золотом на стёклах высотных зданий и обращая небо в насыщенный голубой.

К парадному входу внизу начали подъезжать первые машины. Александр опустил ноги с ограждения балкона, упёр ступни в столбики балюстрады и поставил локти на колени. Так было удобно смотреть вниз. Сейчас подъедет господин Турмистров.

Гидеон – отчаянный жаворонок. В семь вечера мог уснуть за столом в штабе мониторинга чрезвычайных ситуаций. Или, пользуясь служебным положением, покинуть рабочее место чуть раньше положенного времени. Сбегал домой к супруге и сыну. Зато утром приезжал на работу первым. В одно и то же время. Можно было смело сверять по нему часы.

Вот и сейчас, увидев его машину – красный внедорожник Марусса на солярном двигателе, въезжающий на парковку, Александр усмехнулся:

– Семь утра.

Турмистров вышел из машины и сразу поднял голову. Увидев Корфа на его обычном месте пребывания, призывно махнул ему рукой.

Александр поднялся, встал на парапет ногами и шагнул в воздух. Варьирование плотности тела стало его любимым развлечением. При малой плотности вес уменьшался, и полёт вниз с любой высоты был абсолютно безопасен. К тому же энергия Араэля, которой было наполнено его тело, прекрасно подходила для создания левиовихрей. Но Турмистров запретил летать вне здания агентства. Ни к чему привлекать к себе внимание.

Александр встал на асфальт, мягко замедлившись перед самой поверхностью, и вокруг него заструился изумрудный искрящийся эктопар.

– Доброе утро, ваше благородие! – весело приветствовал Корфа Гидеон.

В официальном обращении не было необходимости, Александр сразу это обозначил. Но Турмистров иногда применял его, просто шутя.

За этот месяц между Гидеоном и Корфом установились тёплые дружеские отношения. Турмистров чувствовал ответственность за Александра и понимал, что работы с ним предстоит много. В первые дни он вообще не отходил от него.

Сразу по прилёту они вместе отправились на приём к руководителю ФАЭБ – его сиятельству князю Алевину Олестару Игоревичу. У него в кабинете, помимо усиленной охраны, ждала целая комиссия. Вопрос восстановления в правах барона Корфа решили довольно быстро. Как только комиссия провела необходимые тесты, включая психологические, ему сразу оформили паспорт и сделали запрос на возвращение собственности законному владельцу.

Князь Алевин, поражённый историей Александра, разумеется, счёл себя обязанным предложить ему любую помощь. Даже звал его пожить в своём особняке в элитном районе Петербурга. Но Корф вежливо отказался.

Сразу по восстановлении в правах, Гидеон отвёз его посмотреть на его собственный дом. Семейное владение Корфов в Санкт-Петербурге, к удивлению Александра сохранилось. Особняк начала девятнадцатого века ныне принадлежал музею. В нём размещались залы выставок современных художников.

Посещение родового гнезда счастливых воспоминаний Корфу не принесло. Вспомнились с болью и сожалением их многочисленные ссоры с отцом. И теперь, спустя чуть более двухсот лет, очень хорошо сохранённое здание было Александру чужим. Руководство музея с удивлением и облегчением услышало от наследника семейства Корф, что он с удовольствием позволяет музею и далее размещать выставочные залы в его доме.

Как раз после этого Турмистров и выделил Александру апартаменты в учебном корпусе. И сразу инициировал создание рабочей группы для проверки деятельности библейского общества в связи с новыми данными. Предстояла грандиозная «бумажная» работа. Обработать массу архивных материалов на предмет выявления и учёта потенциальных угроз, аналогичных той, что представлял собой князь Валей.

Параллельно Гидеон представил руководству агентства план дополнительного обучения стражей ФАЭБ. Оно было необходимо в связи с инцидентом на пятивокзальной площади, который чётко показал, что современные технологии лишают стражей навыков борьбы в условиях эктоаномалий, когда использование привычного оружия невозможно. Так что не будет лишним освоение определённого вооружения, включая сабли, и ряда других специфических предметов, которыми успешно пользовались стоявшие у истоков эктоэнергетической безопасности члены библейского общества.

Александр приступил к обучению нескольких групп стражей уже в первую неделю, За что был очень благодарен Гидеону. Быть при деле сотни лет спустя стало для него жизнеутверждающим фактором.

– Попробуй поспать как-нибудь, – насмешливо потребовал Турмистров, пока они с Корфом шли по роскошной лестнице парадного входа. – Сидишь всю ночь, как одинокий филин.

– Для этого нужно устать, – в том же весёлом тоне ответил Александр. – Не представляю, что может вызвать у меня усталость.

Мужчины прошли холл, поприветствовали дежурных и поднялись в лифте на шестой этаж в кабинет Гидеона.

Турмистров первым делом занялся кофе, а Корф расположился в кресле напротив его стола. Гидеон засыпал зёрна в изящную медную турку, нажал пальцем на символ запуска заклинания на её стенке, и пока зерна заваривались, вынул из шкафа сахар и кофейные чашки. Поставил одну перед Александром.

Тот усмехнулся, намереваясь отказаться, но Гидеон насмешливо настоял:

– Хоть попробуй.

Корф согласно кивнул, и довольный Турмистров разлил напиток по чашкам.

– Человеческие привычки, – улыбнулся Александр, делая глоток.

– Тебе не повредят, – заметил Гидеон. – Ровена была бы рада.

Корф вздрогнул при этих словах, а Турмистров поднёс чашку к губам, наблюдая за его реакцией, и покачал головой:

– Я поражаюсь тому, как напоминание о госпоже Бельской на тебя действует. Но я не шучу, она была бы рада видеть, что человеческое тебе не чуждо. И отсутствие маски тоже оценила бы.

На лице Александра в обычной ситуации больше не было расплавленной пластины астра-ока. Он научился прятать её. Половина лица под маской и ядовито-зелёный свет, источаемый глазами, выделяли его довольно сильно. А Гидеон всё-таки не хотел, чтобы особенность нового сотрудника была настолько очевидна. Лучше не раскрывать истинных возможностей Корфа и пользоваться ими только в случае необходимости.

Александр разделил это мнение и принял меры. Поскольку его тело из эктоплазмы было управляемым в плане плотности, ввести пластину астра-ока внутрь труда не составило. И теперь его лицо было чистым, глаза оставались ярко-зелёными, но при должном контроле собственной энергии, ядовитого свечения не было.

Корф также не нуждался в одежде из ткани, потому что мог сформировать её из собственной эктоплазмы. Как и свой привычный военный камзол ранее. Ведь та одежда тоже не была одеждой как таковой. Поэтому ныне принял вид, подобающий его новой службе, и создал на себе одежду по образцу формы стражей. Весь месяц он пребывал в этом здании, ежедневно проводя занятия, и среди людей находился в чёрном тренировочном костюме.