Юлия Четвергова – Мой Сводный – Чудовище (страница 8)
– Я стучал, – невозмутимо отвечает братец и плюхается рядом со мной на кровать. – Ты просто была слишком увлечена чтением. Что это кстати? – Он берёт в руки мою книгу. Я не успеваю её перехватить, и раздосадовано вздыхаю.
– Отдай.
– Оу, бульварные романчики? Не знал, что тебе такое нравится.
Я подаюсь всем телом вперёд. Пытаюсь выхватить книгу из рук этого чудовища.
– Верни, кому сказала?!
– «Денис прижал Лену к кровати, нависая над ней. Лена взвизгнула, когда блондин дразняще провёл рукой по изгибам её стройного тела. Внутри девушки всё сжималось от предвкушения и страха одновременно».
– Не было там такого! – Накидываюсь на Фролова со спины и стараюсь повалить его на кровать, чтобы было легче отобрать мой «бульварный роман». Точнее, даже не мой, а Орловой. – Хватит выдумывать.
– Сама посмотри.
Дэм вдруг перестаёт сопротивляться и я, пытающаяся завалить его на спину, оказываюсь сверху. Прямо на парне. Но, так как всё происходит неожиданно, неуклюже падаю ему на грудь. Рука, которая всё ещё тянется за книгой, перевешивает и мы с Демьяном, как в клишированной дораме, соприкасаемся губами.
Видимо, братец пытался поймать меня или смягчить падение, потому что одна его рука покоится на моей талии. Маечка на теле задралась, и его пальцы ощутимо впиваются в оголённую кожу. Тонкие спальные шорты неприлично прижимаются к чужому паху, и я ощущаю буквально всё, что спрятано за серыми спортивками.
Мама дорогая…
Меня одолевает паника. Я хочу слезть с Фролова, но парень разжимает ладонь. Позволяет книге, которую я пыталась отвоевать, упасть на кровать. И уже второй рукой крепче перехватывает мою талию. Удерживает меня на месте, ещё сильнее прижимая к своему телу.
– Что ты делаешь? Отпусти меня, – шепчу ему в губы, потрясённая до глубины души.
Как? Это же немыслимо! Я всегда считала, что упасть губами на губы другого человека – это ещё нужно постараться! Изловчиться как-то!
Но вот они мы…
Дэм смотрит на меня своими глубокими синими глазами. Изучающе скользит по контуру моего лица. Я неотрывно смотрю на него в ответ. Просто не могу отвести взгляд. Ощущаю жар его тела под своим. И кое-что ещё…
Оно недвусмысленно упирается мне прямо между ягодиц. Длинное и твёрдое.
– Дэм, – испуганно шепчу я. Но парень молчит.
Правда, следующее моё действие вынуждает его прервать игру в молчанку.
– Не ёрзай, Ди. Ты делаешь только хуже, – хрипло басит Фролов, блаженно прикрывая глаза. Его руки, покоящиеся на моей талии, сильнее впиваются в нежную, чувствительную кожу.
Хуже? По нему и не скажешь!
От его хрипотцы каждый волосок на теле встаёт дыбом. И меня тоже охватывает жар, закручиваясь спиралью в самом низу живота. Кислорода начинает не хватать, и я шумно и часто дышу. Пытаюсь утихомирить сердце, грозящее пробить грудную клетку.
Что же ты делаешь, Демьян? Зачем испытываешь нас обоих? Зачем играешь?
Фролов очень красив, гад. Его физиономией можно любоваться бесконечно. Странно, что парень не подрабатывает моделью. С его-то данными. Одни скулы с квадратной челюстью и мощная шея чего стоят!
У меня начинает зудеть ладонь – так сильно хочу коснуться его лица. Провести пальчиками по коже. Узнать, какая она на ощупь. Запустить руку в тёмно-русые волосы и взлохматить их. И я почти поддаюсь этой тяге. Но стоит мне вспомнить, скольких Демьян водил к себе в спальню за последний год и желание ощущать под собой жилистое, мускулистое тело пропадает.
Я вырываюсь, как разъярённая кошка.
– Прекрати лапать меня! – Отдираю его ладони от своей талии. Со второй попытки мне это удаётся. Видимо, парень совсем расслабился, предаваясь эротическим фантазиям.
Отпрыгнув в сторону, прикрываюсь первым, что подворачивается под руку – подушкой. Гляжу на него волком. Исподлобья. Мои волосы наверняка всклокочены и выгляжу я, как ведьма. И вроде это последнее, что должно меня волновать, но всё же волнует в первую очередь.
Я нервно приглаживаю шевелюру и слежу за каждым движением сводного чудовища. Но Дэмьян продолжает лежать и тупо залипать в потолок со вздыбленной ширинкой, на которую я всеми силами стараюсь не смотреть.
– Что ты вообще забыл в моей комнате?
– Пришёл извиниться, – глухо отзывается парень и поворачивает голову в мою сторону.
Кажется, его совсем не волнует стояк! А вот меня ещё как!
– Извинился? – Иронично и одновременно возмущённо восклицаю я.
Сердцебиение понемногу замедляется. А вместе с ним и дыхание. Кровь, ударившая в голову, наконец, стекает туда, куда нужно, возвращая ясность мыслям.
– Что-то пошло не так.
– Не ты ли мне говорил, что мы не должны никак контактировать? А ты мало того что без спроса ворвался в мою комнату, так ещё и устроил тут…
– Ди, прости меня.
Сапфировые глаза блестят неизвестными мне эмоциями. И, клянусь всеми богами, в этот момент Фролов выглядит таким искренним, что я забываю обо всём на свете. Даже о том, что хотела сказать.
Если так подумать, то Демьян сам на себя не похож. Неужели что-то случилось?
– Ты мог извиниться через мессенджер.
Дэм вздыхает и отводит взгляд. Снова вперивается в потолок, складывая руки на голой груди в замок.
– Мог.
– Это ты придумал правила и заставляешь меня соблюдать их.
– Я.
– И сам же нарушаешь.
– У меня была веская причина так поступить. Не будь стервочкой, Ди. Только сегодня, давай, забудем о правилах…
Голос сводного брата тихий и печальный. Я бы сказала, что он пьян, но от него не пахнет алкоголем. И это ещё больше вгоняет в ступор. Демьян никогда не показывает свои слабые стороны. Никогда.
А значит, произошло нечто из ряда вон…
– Что случилось?
Я складываю ноги по-турецки. Обнимаю подушку и кладу на неё подбородок. Смотрю на сводного брата, ожидая исповеди. Но время идёт, а Фролов продолжает молчать. Единственное, что выдаёт его нервозность – нижняя губа, которую он периодически покусывает.
– Дэм? – Наклоняюсь чуть ближе. Когда братец не реагирует, тычу указательным пальцем в его щёку. – Приём, Земля вызывает Демьяна. Как слышно?
Парень хрипло смеётся. Но улыбка получается какой-то вымученной.
– Я натворил херню, Ди. Влип по самые яйца, – наконец, произносит он. – И не знаю, что теперь делать.
– Почему ты пришёл с этим ко мне, а не к Элиасу, например?
Дэм косится на меня с укоризной.
– Мы же вроде как семья.
– А, то есть, ты только сейчас об этом вспомнил? – Саркастически киваю, поджимая губы. – Пять минут назад тебя это мало волновало, – с намёком стреляю глазами в область его паха.
Фролов глубоко и многозначительно вздыхает.
– Мне нравится твой острый язычок, цветочек. – На лице братца появляется тень его самоуверенной ухмылки. – Но сейчас это не очень уместно.
– Так просвети меня, наконец, – скрещиваю руки на груди.
– Просто знай, – вдруг начинает он, – каким бы мерзким моё поведение не выглядело со стороны, я не хочу причинять тебе вред. И делаю всё ради нашего общего блага.
Я хмурюсь. Его слова мне абсолютно ни о чём не говорят. Более того, я не понимаю, как подвязать его странное поведение и то, что он не хочет причинять мне вред.
– Дэм, всё в порядке? Ты ничего не принимал? Не курил?
Другого объяснения его поведению у меня нет.
Фролов раздражённо дёргает щекой.