Юлия Четвергова – Избранная. Приручение Демона (страница 41)

Если Бальтазар и хотел как-то обозначить свой статус, то в итоге промолчал, сцепив зубы. И я его понимаю, ушлые девицы сразу бы накинулись на него, пытаясь урвать хотя бы кусочек внимания Императора, а вдруг ей удастся понравиться и стать, как Талия?

— Не можете. — Процедил Демон.

— А что на этот счет думает ваша спутница? — Пронзая меня жарким зеленым взглядом, спросил незнакомец.

— Простите, но я хочу остаться со своим кавалером. — И прижалась к Бальтазару ближе, обняв его руку, попутно отмечая, что мужчина немного расслабился, одобрительно хмыкнув.

— Что ж, тогда я буду смиренно ждать обещанного вами танца, чтобы узнать, кто моя загадочная незнакомка. Приятного вечера, прелестная красавица. — И, не спрашивая разрешения, взял мою руку, чтобы запечатлеть на тыльной стороне поцелуй.

Не дав нам обоим опомниться, незнакомец выпустил мою руку и ушел обратно к своему столику.

Мимо нас проходил официант с разносом, на котором ютились два оставшихся напитка. Бальтазар схватил один из них и, не глядя, залпом выпил все содержимое. Слегка сморщился и поставил стакан обратно на разнос. Юноша все это время ошарашено смотрел на Демона.

— Принеси еще три таких же вон за тот столик. — Распорядился Демон, указав туда, где мы с ним сидели.

Бронь у него там стоит, что ли? Нелюди часто меняли свое расположение, не занимая какой-то один столик, я это заметила. А вот Бальтазар сидел за одним и тем же. Вероятно, слуги следили за тем, чтобы Император мог припасть своей венценосной жо… пятой точкой на мягкий стул, когда его душе заблагорассудится. Инкогнито, говоришь? Ну-ну.

— Пойдем. — Потянул меня за руку, увлекая за собой. Я обреченно поплелась следом. Ну и замашки. В нем определенно спит властный тиран. У Бальтазара даже в мыслях не пролетело, что я могу не захотеть идти с ним.

Расторопный официант, за то время, что мы проходили через толпу, уже выставил три бокала на столик и тарелку с закусками. Про спутницу Императора, который «инкогнито», тоже не забыли, но судя по цвету напитка, это был апельсиновый сок, а рядом с ним стояло небольшое блюдце с десертом. Я немного приуныла. Без алкоголя будет трудновато поддерживать веселье, и излучать позитив до конца вечера. Жадины-говядины.

— У вас слуги уже настолько выдрессированы? — Пребывая в расстроенных чувствах, указала на сладкое лакомство, присаживаясь на выдвинутый «заботливым» Демоном стул.

— Ка-Ринна, как некрасиво. Что за нехорошие слова вылетают из твоих прекрасных уст. — Вальяжно усевшись рядом, фыркнул в ответ Демон. — Любой темный еще с пеленок знает, как ухаживать за девушкой. Это правила хорошего тона, а не дрессировка, как ты выразилась. Слуги, все же не собаки.

Я стушевалась, понимая, что Бальтазар меня уделал. Один — ноль. Мне и вправду стало стыдно за свои слова, хоть я и не это имела в виду. Камень был брошен в его огород, а не в адрес слуг.

— С пеленок? Ты преувеличиваешь. — Хмыкнула я, уводя разговор от темы «нехороших слов из прекрасных уст».

— Ни капельки. В Темной Империи почитают женщин. Они — дают жизнь. Больше никто так не может, кроме Богов.

— Хочешь сказать, что у вас женщин приравнивают к божеству? — Бальтазар улыбнулся краешком губ.

— Все верно. — Но улыбка быстро угасла. — Я не стану ничего говорить за окраины Темной Империи, но все цивилизованные темные воспитываются в окружении, где женщину учат ценить, любить и уважать.

— Что-то по тебе не заметно. — Съязвила я. — Меня ты ни капли не уважаешь, судя по твоим поступкам.

— Я разве тебя чем-то обидел? — Совсем натурально удивился Демон, грозя утопить свои брови в белобрысой шевелюре.

— Обидел, унизил, поступал, как самый настоящий тиран, предал, ни во что не ставил мое мнение. — Заколотила последние гвозди в крышку его гроба под названием «я сама идеальность».

— Ка-Ринна. — Укоризненно произнес мужчина. — Я предоставил тебе все блага, обеспечиваю твою безопасность. Этого разве недостаточно? — У меня чуть челюсть не отпала.

— У вас двойные стандарты, уважаемый. — Скрестила руки на груди. — Я бы еще поняла, если бы ты был мне чужим чело… нелюдем, но извините меня…

— Я тебя понял. — Отвел взгляд Демон. И уже тише прошептал, взяв меня за руку. — Прости. Я постараюсь все исправить и наладить с тобой отношения.

— Поздняк метаться. — Я обиженно вырвала свою руку, но все равно почувствовала, как незаметно и постепенно власть над этим мужчиной перекочевывает из рук Талии в мои. Ха! Похоже, мадам Ривельера была права и из меня-таки получится Императрица.

Взяв ложку и улыбаясь своим мыслям, отправила в рот нежнейший десерт из шоколада. Похоже, жизнь налаживается. Осталось пройти обряд и устроить Демону первый брачный вынос мозга.

Кушали мы молча. Точнее, я кушала, а Бальтазар налег на спиртное, и все время косился в сторону алтаря, украшенного пятью Ликами Богов. Это у него так стресс проявляется? Я решила не обращать на Демона внимания и, пожав плечами, думала обо всем и ни о чем одновременно, стараясь убить время.

Но с каждой минутой лицо Бальтазара становилось мрачнее и мрачнее, и игнорировать это было трудно. Не понимая причину испортившегося настроения у Демона, я решила дать своему любопытству выход.

— Что, водка паленая попалась? — Мужчина недоуменно на меня взглянул, а я кивнула на его пустые бокалы из-под спиртного.

— Это коньяк. — Ударив указательным пальцем по бокалу так, что зазвенело стекло, ответил Демон.

— Не суть важно. Ты чего пригорюнился?

— У меня плохое предчувствие насчет всего этого. — Бальтазар небрежно махнул в сторону алтаря.

— И что такого плохого может случиться? — Не испепелят же Боги меня на месте, правда? Или это он о себе так беспокоится?

— Неважно, буду надеяться, что это всего лишь мои страхи. — Поднимаясь из-за стола, мужчина протянул мне руку. У Великого Демона Бальтазара есть страхи? Я вскинула брови, не веря своим ушам. — Пойдем, скоро начнется.

— Что, уже? — Подивилась тому, как быстро время прошло, подавая руку.

И вправду, возле алтаря стоял седой старичок небольшого роста с длинной белой бородой и такими же седыми, но редкими волосами, которого, могу поклясться, не было пару минут назад там. В руках старик держал свитки, или что-то в этом роде. Подслеповато щурясь, и шевеля губами, он проговаривал написанное.

Я почувствовала, что меня начала бить мелкая дрожь. А вот и батюшка Мандраж заскочил на огонек. У меня всегда так. По-началу я спокойна, как удав, что и не прошибешь, зато, как только начнется волнительное для меня событие — всё. Ладони потеют, губы слегка подрагивают, тело потряхивает, сердце стучит в горле, во рту сухо, как в пустыне и мысли разбегаются, что в кучу не собрать. И главное, мне даже валерьянка не помогала никогда. Жадный Демон, и вот чего ему стоило угостить меня парой глотков вина?

— Когда маски снимать? — Немного нервно спросила, как только мы приблизились к постаменту, но всё еще стояли среди толпы в первых рядах. Нелюди также потихоньку начали собираться возле алтаря, с любопытством поглядывая по сторонам, в ожидании, когда появится Император со своей Избранной.

— Т-с-с! — Шикнул на меня Демон. Я проглотила язвительную фразу, готовую вырваться из уст. Ничего-ничего, еще придет мое время!

Странно, что наш обряд с Бальтазаром, очень сильно отличался от того, что я видела в воспоминаниях Рэная. Там Император вел свою Избранную к алтарю с гордостью, смотрел на нее такими влюбленными глазами, что, признаться, я даже позавидовала. А мы с Демоном стоим тут, среди толпы, словно это нас вообще не касается.

И для чего мне тогда шили такое шикарное платье? Чтобы я в нем возле алтаря пять минут постояла? А где красная ковровая дорожка? Лепестки роз, осыпающие нас? Не венчание, а не знаю что.

Старичок на постаменте взмахнул руками, и свитки зависли в воздухе, паря. Встав по центру от алтаря, он вознес руки вверх, и начал шептать. В зале стало так тихо, что его шепот, рикошетивший от стен замка, был слышен даже мне, хотя слов не разобрать. Это удивительно, насколько Демоны чтят традиции. Беспардонные люди уже бы давно начали шептаться.

Парящие свитки начали светиться теплым желтоватым светом, а шепот старичка становился всё громче, пока не перешел в громкий возглас, в конце которого я различили лишь одно слово «Приди». И резкая, абсолютная тишина ударила по ушам звоном.

Я стояла и не понимала, чего все ждут, и то и дело, крутила головой, чтобы не пропустить появления того самого «Приди». Шли минуты, но ничего не происходило. Бальтазар, стоящий рядом со мной и держащий меня за руку (когда только успел?!), словно мы пара влюбленных, тихо вздохнул.

— Она не явится, это бесполезно. — Снимая маску чумного доктора, Демон вышел вперед, увлекая меня за собой. Я, повторив за ним, сняла опостылевшую за все время маску, с облегчением чувствуя, что переносица перестала покалывать неприятным зудом от натирания.

Старик, услышавший голос Императора, открыл глаза и опустил руки вниз, сложив их перед собой.

— Но это не означает, что она не передала мне свою волю, господин. — Улыбнулся губами, испещренными морщинами, старик и поклонился своему Императору.

У нелюдей была неоднозначная реакция на слова Бальтазара. Кто-то грустно улыбался, кто-то отводил взгляд, кто-то опечалился, но первые эмоции быстро покинули их лица, потому что они с интересом начали разглядывать меня. Почувствовав тысячи глаз, смотрящих в спину, крепче вцепилась в руку Бальтазара, потому что ноги меня еле держали.