Юлия Чепухова – Тьма, бойся! Я иду… (страница 8)

Лампы на потолке яркие, а по углам все равно полумрак жмется. И тишина. Мертвая. Ага, каламбур. А как же тут может быть иначе? Черный юмор так и булькает во мне, унять его не выходит совершенно. И да, стойка администратора тут все же есть. И за ней никого. Не у кого дорогу дальше спрашивать. Но это и не требуется. Впереди лишь один коридор. Длинный и без дверей. Лампы на потолке в нем неприятно мигают, как в фильмах ужасов. Неужели нельзя обойтись без подобного?! И так нервы чечётку отбивают зубами, а тут ещё это! Сложно что ли на новые заменить или считают и так сойдёт, светить-то для кого?

На носочках скольжу по коридору, подавляя в себе желание оборачиваться каждую секунду. Мурашки пробегают по шее неприятными муравьями. Передо мной металлические двери будто в потусторонний мир, открывать которые я не хочу совершенно. Но если не сделаю этого, то так и проторчу тут до ночи. Берусь за ледяную ручку, от чего чуть ли не током прошибает до пяток, но все же тяну ее на себя. Не поддается. Я тяну сильнее. Без результата. Начинаю дергать резче, когда дверь легко поддается, но в обратную сторону. Вот же я тупица! Не на себя, а от!…

Не додумываю, а влетаю по инерции за распахнутой створкой внутрь, так как все еще держусь за ручку. Спотыкаюсь через кого-то и чуть ли не падаю. Визг чудом удерживается за зубами, когда меня ловят чьи-то руки. Теплые, Слава Богу!

Передо мной мужчина в белом халате. А я готова прямо сейчас провалиться под пол от конфуза. Он отпускает меня, удостоверившись, что я больше не рухну, как пьяная, и делает шаг назад.

– Простите… – Бормочу, не смея поднять глаза.

– Бывает. – Сухо отзывается он.

И тогда я смотрю на него в упор. Тот же голос. Его я слышала из трубки телефона. Однако, вкупе со внешностью говорившего это просто запрещенный удар ниже пояса. Чувствую себя малолеткой, но ничего поделать с собой не могу. Пялюсь, будто увидела рок-звезду. А он именно такой. Мрачно-красивый… Выше меня головы на две, впрочем, как и все, ведь мой рост метр с полтиной. Приятно широкоплечий, но не сильно. Смуглый. Темноволосый. Не остриженный под машинку, но и не косматый. Самое то, чтобы руки запустить в полночные пряди и сладостно потянуть. Орлиный нос с горбинкой, впалые щеки, острые скулы, тяжелая квадратная челюсть. Губы не пухлые, но и не ниточки. Я могу вечно описывать его, любуясь. Особенно глаза. Они отдельный мир. Космос. Темные, непроглядные. И только в свете люминесцентных ламп над головой вижу их настоящий цвет. Темно-темно синие. Кобальтовые…

Вздыхаю, как школьница, и только когда эти самые глаза покрываются коркой льда и между ними над переносицей залегает хмурая недовольная складка, краснею снова. Вот же дура-то! Стою у него на пути и разглядываю так, как дама на жёсткой диете слюни пускает на торт со сливками! Совсем все мозги утекли!

– Это я звонила! По поводу ассистентки… – Пищу я, понимая, что уже хуже быть не может. Я выставила себя полной идиоткой, это ли не сыграет мне на руку? Он сейчас выпроводит меня вон, и все? Тогда отчего заочно обидно?!

– Ах, да. – Его взгляд теплее не становится. – Прошу. За мной.

Он разворачивается, возвращается внутрь, туда, куда так усердно до этого рвалась я. Здесь холл просторнее. Скамьи у стен. Двери, с табличками на них. В одну такую открытую я иду за ним. И тут снова спотыкаюсь, но не падаю. Пока. Просто замираю, как лань, в свете фар.

Мы в просторной зале. Кругом белый кафель и металл. Пахнет здесь чем-то сладковато-неприятным, отчего хочется чихать и утирать рефлекторно нос. Но мне пока не до этого. У меня язык прилипает к небу, когда взгляд натыкается на металлические столы по центру кабинета? Нет, скорее операционной. Над ними большие лампы, сейчас выключенные. У столов по бокам какие-то странные рычажки и выемки, а у подножья или же в изголовье что-то похожее на поднос. Зря я раньше думала про маньячные разделочные столы. Сейчас съеденный завтрак внезапно пожелал покинуть желудок. Но я ещё держусь. Отвожу глаза на более безопасные шкафчики со стеклянными дверцами вдоль стен. Они забиты медикаментами и какими-то инструментами, даже знать не хочу их предназначения. А дальше у меня вдруг руки затряслись? Или голова закружилась? Точнее предположить не могу, потому что в какой-то момент перестала себя ощущать. Ибо мой взгляд уперся в ряд одинаковых металлических дверок в стене напротив. Как у сейфов. Но там не деньги, знаю. Там…

– Присаживайтесь. – Прерывает мою истерию доктор… Патологоанатом. Вот откуда я знаю, как он правильно зовётся?! А все потому, что в шоковом состоянии мозг может ещё и не такую информацию выдать.

Мужчина тем временем занял место за письменным столом ближе к выходу из этой камеры пыток и теперь указывал мне на стул по другую сторону от себя. На это сиденье я рухнула с грациозностью картошки. Но кому до нее есть дело, правда? Я уже доказала, что таковая у меня полностью отсутствует.

– Что-то вы не торопились с визитом после звонка. – Тем временем вещал он, наливая воды из графина в стакан и протягивая мне. У меня на лице все написано? Что я сейчас собираюсь рухнуть в обморок? Скорее всего. – Из другого города ехали? Или храбрости набирались?

– Да… – Выпалила я невпопад, принимая стакан из его рук и жадно глотая воду. Оказывается, и правда в горле пересохло. Вот теперь лучше, так что пора сворачивать удочки. Стараюсь, больше не смотреть по сторонам, дабы не наткнуться на ещё что-то этакое. Поэтому упираюсь взглядом в его белоснежный воротник и цежу. – На самом деле у меня уже есть работа. Я случайно набрала ваш номер… – Отставляю пустой стакан на стол и встаю, намереваясь уйти.

– Случайности не случайны. – Легко парирует он. – Сядьте.

Это не приказ, и голос его тих, но будто во мне на кнопку нажали – послушно села обратно. Чувство неприятное. Не люблю принуждение в любых его проявлениях. Начинаю всегда инстинктивно противиться этому. А сейчас меня будто выключили. В плане эмоций и желаний.

– Ваши документы. – Новый приказ?! – Можно? – Добавляет с иронией. Больше с издевкой в глазах.

Я на допросе в полицейском участке?! Оторопела так, что на автомате достаю из сумочки и протягиваю ему свое удостоверение личности.

– Мэлори Филлипс. Двадцать семь лет… Хм… Прекрасный срок выдержки…

Он сейчас сравнил меня с вином? Или с чем?!

– Простите?! – Снова пищу я, как мышь. Связки будто заморожены. Или это место так влияет на меня?

– Говорю, замечательный возраст. – Кончики его губ чуть дрогнули в улыбке, когда как глаза все так же вымораживали до самого дна. – И кем же вы сейчас трудитесь?

В его вопросе подвох. Он будто знает меня лучше меня самой, видит насквозь. Нравилась бы мне нынешняя работа, я бы не сидела сейчас тут. Так стоит ли отвечать?

– Я бармен. – Вру намеренно, не моргнув глазом.

– И что разливаете? Хлорку? – Одна его бровь вопросительно ползет к челке, когда он кивает на мои обветренные руки.

Я тут же прячу их под стол, признавая свое поражение. Все, хватит с меня. Не его дело, кем я работаю. Он замечает, что я замыкаюсь в себе. Мои губы упрямо поджаты, отказываясь продолжать разговор. Доктор Смерть протягивает обратно мне документы, но, когда я пытаюсь их забрать, не отпускает сразу. Наши взгляды скрещиваются, как шпаги. Упёртый. Так я тоже.

– Приятно было… познакомиться, мисс Филлипс.

Я снова поднимаюсь и уже не сяду на этот чертов стул. Удостоверение выдергиваю из его пальцев. Не прощаясь, иду к двери. Почти ушла, когда до меня доносится.

– Вы вернетесь.

Такой самоуверенный, что не выдерживаю и оборачиваюсь.

– Да неужели? А причина? – Когда я не в себе, могу и нахамить. Держусь из последних сил. Он не отвечает. Просто смотрит мне в глаза, и я тону. Вот же шельмец! Сдаюсь. – Я боюсь мертвых. Мне здесь не нравится. Так почему я должна вернуться?

– А почему вы пришли? – Просто говорит, но и так знает ответ. И поэтому сам отвечает. – Любопытство. К тому же вам уже не страшно.

А он ведь прав. За спором с ним градус во мне сместился с мертвого холода на вполне себе горячий и живой. Этот тип меня зацепил своими колючками, разозлил и тем самым отодвинул страх на задний план. Занимательно… Но не настолько.

– Этого мало. – Все же отзываюсь, не желая уступать.

– Ваше рабочее место будет не здесь. И обязанности будут не те, о чем вы подумали. – Продолжает отвечать он на мои немые вопросы, которые, по-видимому, у меня на лбу высечены.

– И… где же? – Смысл открывать рот в очевидных вопросах, но он будто намеренно медлит с информацией, втягивая меня в диалог.

– В… архиве. Мне нужен помощник в ведении записей, каталогизировании, а также в наведении время от времени должного порядка.

– Это скучно. – Выпаливаю неожиданно для себя. Нет, я, конечно, бывает говорю не подумав. Но именно сейчас раскрывать рот не собиралась!

– Вряд ли. Вам будет… интересно. Поверьте. – Он продолжает топить меня в своем взгляде. Какая же в нем тьма! Глубокая, бездонная. Я будто нахожусь под влиянием чего-то, мало смахивающим на гипноз. Голова пустая и тяжелая одновременно. Такое ощущение, что человек передо мной пытается считать все обо мне ментально, проникнув взглядом-лазером в подсознание. Возможно ли такое? Или я выдумываю? Тряхнув резко головой, прерываю наши гляделки.