Юлия Бычкова – Город, который обнимает река (страница 2)

Я выскочила из машины, подошла к воротам, просунула руку между прутьями, отодвинула щеколду, распахнула створки. Шагнула на участок и замерла. Дорожка вела от ворот к высокому крыльцу. Слева от крыльца располагалась терраса, справа – застеклённая веранда. Над верандой был большой балкон, там стояли стол и кресла. С двух сторон балкон обнимали клёны.

Тётя Анжела припарковала машину на участке, закрыла ворота, подошла ко мне.

– Отсюда мы смотрим закаты, – она кивнула на балкон. – А зимой это наш спортзал.

– Спортзал?

– Мы каждый день очищаем балкон от снега.

– Ясно…

– А вон там, за домом, папина мастерская. И сарай.

Я стала рассматривать участок. Берёзы, яблони, три альпийские горки перед домом, а в левом углу участка – куст, усыпанный белыми цветами… Кажется, это жасмин. Нет, чубушник! Его же разоблачили недавно:

в средней полосе России не может быть никакого жасмина, только чубушник. Странно, что справа забор высокий, а слева – там, где растёт чубушник, – низенький…

Не думала, что у отца и тёти Анжелы такой уютный и стильный дом! Я ожидала увидеть что-то банальное, сайдинг например.

– У вас такой красивый дом!

Тётя Анжела расплылась в улыбке.

– У нас, Соня. У нас.

– Да-да… Прям дворянское гнездо.

– Скажешь тоже, – улыбнулась тётя Анжела. – У нас дворян и не было особо. Городок-то купеческий.

– А вы из купцов?

Мачеха рассмеялась.

– Ты намекаешь, что я похожа на кустодиевскую купчиху?

Ни на что я не намекала, просто так спросила… И вдруг вспомнила яркую пышную тётеньку с картины Кустодиева. Вот кого напоминает тётя Анжела! Только у неё талия потоньше.

– Тёть Анжел, а ваш дом старый?

– По сравнению с соседскими – не очень. Ему лет семьдесят.

– Ничего себе!

– Твой папа спас этот дом.

– В смысле?

– Дом почти развалился, а папа его выкупил и отремонтировал.

– Здорово!

– Где же они с Артуром?

Я пожала плечами.

– Сонь, ты осмотрись пока, а я проверю: всё ли в порядке у наших мальчиков.

Тётя Анжела направилась в дом, а я – к чубушнику. Подошла, обнюхала куст как следует, достала из рюкзака телефон, чтобы сфотографировать белоснежные цветы с жёлтыми тычинками… И чуть не уронила телефон, когда на соседнем участке заорали матом.

Я выглянула из-за куста и увидела здоровенного мужика, который наступал на худенькую женщину. У меня засосало под ложечкой… Я догадалась, что сейчас будет.

Что мне делать?

Бежать за отцом? Слишком долго!

Позвонить ему? Точно! Я разблокировала телефон дрожащими пальцами, стала искать номер отца… Услышала звук удара и вскрик женщины. Подняла глаза. Женщина держала руку у лица и прижималась к стене сарая. Мужик стоял ко мне спиной и не собирался уходить.

Нет, звонить – это тоже слишком долго.

Не подумайте, что я героиня. Но в тот момент поняла, что нужно делать. Положила телефон в рюкзак, достала из него газовый баллончик, бросила рюкзак на землю.

Мужик вошёл в раж и ничего вокруг не видит. У меня в руке газовый баллончик. Между нами – низкий забор. У меня точно получится.

Я перемахнула через забор. Обошла мужика справа. Он повернул ко мне красную рожу. Я брызнула в неё из баллончика, развернулась и рванула обратно. Мужик завыл. Я перепрыгнула через забор, метнулась к крыльцу, упала, выронила баллончик. Вскочила, поднялась на крыльцо, толкнула дверь, ввалилась в дом и крикнула:

– Папа!

Глава 2

– Ну всё, выдыхай, – тётя Анжела протянула мне чашку с мятным чаем. – Сейчас папа приведёт в чувство соседа, и будем ужинать.

Как у них всё просто!

Одно хорошо: Артур точно не будет ко мне приставать. Зря боялась! Я покосилась на него. Бывают же настолько красивые парни! Крепкий, но двигается легко, с тёмными волосами и синими глазами… Такие ни к кому не пристают.

К ним самим пристают девчонки.

Я тоже ничего внешне, но… Мы со Златой любим фотографировать, и у неё получается лучше. Злата не ленится обрабатывать снимки, докручивать резкость, контраст… Вот и у меня как будто чего-то недокрутили до уровня «красотка». В жизни, не на фотографиях.

Скорее всего, проблема в неярких глазах. Они у меня бледно-зелёные. Как если бы кисточку обмакнули в гуашь, рисовали ею долго-долго, а потом прополоскали в воде. Мои глаза цвета такой вот воды.

А вообще я высокая, худая, с густыми каштановыми волосами и правильными чертами лица. Про свои правильные черты я с детства знаю. Это единственное, чем мне помог кружок рисования. Я попала туда в восемь лет.

В кружке нас учили рисовать портреты. Рассказывали о пропорциях. Что высота лба должна быть равна высоте носа и расстоянию от кончика носа до подбородка. Я смотрела на педагога, и у меня в голове билась одна мысль: вы себя в зеркало видели?

Теперь понятно, почему у меня плохо получается рисовать. Нам всё неправильно объясняют! Я стала разглядывать ребят из кружка, а после занятия – маму и прохожих на улице. Правило не соблюдалось ни у кого!

Дома я случайно посмотрела в зеркало – и оп! У меня всё совпало. Какие там ещё были правила? Расстояние между глазами равно ширине глаза? Сходится. Ширина лица равна двум третьим его длины? Так и есть. Ура!

Время шло, я по-прежнему рисовала хуже всех в кружке, но теперь у меня было утешение. На последнем занятии перед праздниками нам велели изобразить что-то на тему «Нового года». Люди без фантазии нарисовали ёлку с подарками и Деда Мороза со Снегурочкой. А я – розовые, жёлтые, оранжевые, белые, салатовые квадратики и зелёные кружочки.

Кружок был бесплатным, и педагог попросил меня не возвращаться после праздников. Я не очень расстроилась, скорее удивилась. Выбежала к маме, рассказала обо всём, она пошла разбираться.

– Это неслыханно! – воскликнула мама, вернувшись через пять минут.

– Что, мам?

– Удивительная косность! Творческий работник, называется… Такое впечатление, что он совсем не знаком с искусством двадцатого века.

– Ты про нашего учителя?

– Конечно! Он даже не понял, что ты нарисовала салат оливье.

У меня был не такой богатый словарный запас, поэтому я сказала просто:

– Ну вообще!

– Хорошо, что так вышло. Этот человек ничему тебя не научит! Ты не расстроилась, дочка?

– Не-а.

– Ты хочешь рисовать?

– Нет, если честно. Но за оливье обидно.

– Ничего, мы твой рисунок в рамочку вставим и на кухне повесим. У нас там как раз жёлтые обои и зелёные шкафчики.

– И розовые чашки.