Юлия Бычкова – Город, который обнимает река (страница 17)
– Сонь, ты не думай, что мы Лёнчика гнобим всерьёз. Мы его не бьём, головой в унитаз не макаем… Так, учим помаленьку.
Я пожала плечами.
Вскоре мы подошли к мосту. На противоположном берегу реки торчали многоэтажки. Кажется, пора поворачивать.
– А сейчас я покажу тебе самое интересное, – шепнул Артур.
Я завертела головой. Ничего интересного поблизости не наблюдалось. Какие-то скучные избы, а с нашей стороны улицы – глухой высоченный забор, из-за которого торчала покосившаяся башня и ёлки. Грибы они тут, что ли, выращивают?
Артур потянул меня за руку к забору, показал на щель между досками. Я приникла к ней и ахнула.
– Это портал в славянское фэнтези?
– Круто, да?
– Очень!
За забором скрывался не дом и даже не особняк, а настоящий сказочный терем. Деревянный, двухэтажный, с башенкой, эркерами и балкончиками. Весь в кружеве резьбы, которая, увы, висела лохмотьями… Всё остальное тоже пострадало от времени. Балкончики и эркеры покосились, башня держалась из последних сил…
– Это старинный терем, да? Ему много столетий?
– Да нет… Дом построили в начале двадцатого века.
– Не так уж и давно… А кто его построил?
– Богатый купец.
– А почему дом в таком состоянии?
– О, это наша главная легенда.
– Рассказывай скорее!
– Дом непростой. К нему мало кто решается подойти.
– Здесь привидение живёт, да?
– Так неинтересно, – вздохнул Артур. – Тебя ничем не удивишь.
– А ты попробуй!
– В общем, купец построил дом для себя и для дочки. Его жены к тому времени уже не было в живых. Не то она бы остерегла мужа…
– От чего?
– От страшной ошибки. Он посадил перед домом ёлки.
Я подняла голову, осмотрела пышные ветки трёх ёлок-подружек.
– А что не так с ёлками?
– Их нельзя сажать на участке. Когда ёлка перерастёт человека, который её посадил, человек этот погибнет… Или крышу перерастёт… Не помню точно…
– Когда ёлка перерастёт забор, он развалится, – замогильным голосом сказала я. – А когда обгонит дом, тот рухнет прямо в нижний мир…
Артур покосился на меня.
– Не верю в приметы, – я пожала плечами.
– Думаю, дело не в этом.
– А в чём же?
– Тебе просто нравится со мной спорить.
– Есть такое дело, – кивнула я. – Чтобы ты совсем не зазнался. Так что в итоге произошло?
– Дочка купца выросла. И отец выдал её замуж за нелюбимого.
– Да ты что! Единственную дочку не пожалел?
– В том-то и дело, что единственную. Надо было не прогадать, пристроить её выгодно.
– Ужас.
– Деньги к деньгам.
– Она в речку бросилась?
– Ну откуда ты всё знаешь?
– Если на стене висит ружьё – оно должно выстрелить. Если рядом с домом быстрая река – страшная история без неё не обойдётся.
– Логично. Да, купеческая дочка бросилась в реку прямо в день венчания. От неё только одежда на берегу осталась.
– Тело не нашли?
– Нет, здесь течение сильное.
– Примета не сработала, – пробормотала я. – Погиб не сам купец, а его дочка… А что стало с ним после революции?
– Вроде бы купец уехал из страны.
– А дочка его навсегда здесь осталась, да? Её призрак до сих пор бродит по дому?
– Говорю же, ничем тебя не удивишь!
– Только я в это не верю.
Артур приподнял левую бровь.
– Ты ясновидящая?
– Нет, но здесь неподходящая атмосфера для призрака.
– Почему это?
– Мост рядом, машины ездят… Из башни видны многоэтажки на том берегу… Нет здесь никого, сам разве не чуешь?
Артур пожал плечами.
– Вспомни атмосферу речного берега, где мы сидели с тобой. Вот там чувствуется что-то потустороннее.
– Согласен…
– А призрака просто кто-то придумал.
– Сонь, ты иногда так уверенно говоришь: про ведьму, про призрака. Как будто знаешь.
– Логика! Я даже догадываюсь, кто придумал призрака.
– И кто же?
– Купец. Живая дочка ему не послужила, так хоть мёртвая пригодилась.
– Объясни!
– Купец уехал, но думал, что революцию быстро отменят. Тогда все так думали.