Юлия Бузакина – Согрейте меня нежно, босс! (страница 7)

– Привет, Катюш. – Очарованный ее непосредственностью, я подхватываю ее пакеты с покупками.

– До встречи, Даша! Передавай привет Роме.

– Обязательно передам! – машет нам Снегурка и подозрительно так посматривает на Катю.

– Ну что, на каток? – спрашиваю, открывая Кате дверцу.

Она улыбается.

– Поехали, – кивает и ныряет в мою машину.

Я расцветаю: наконец Катюша в моей машине! Огибаю авто, закидываю ее пакеты на заднее сиденье и усаживаюсь за руль.

– Честно говоря, Константин Борисович, ваше ночное предложение покататься на катке ввело меня в шок, – игриво сообщает моя спутница.

А я смотрю на нее и насмотреться не могу! Все в ней мне нравится: взгляд зеленых глаз, собранные в высокий «хвост» светлые волосы, нежные губы, духи с едва уловимым ароматом ванили.

– Сегодня можно просто «Костя»! – улыбаюсь ей.

– Я с начальством так не могу, – упирается она, а сама смеется.

– А мы в офисе никому об этом не скажем, – подмигиваю ей.

– Ну, если не скажем, то я согласна. Так что, поехали кататься?

– Нас, Катюша, ждет не просто катание: у нас там целый пакет на полтора часа.

– Что за пакет?

– Сам еще толком не выяснил, но на месте разберемся. Вроде, горячий чай обещали и пустой каток на полтора часа.

– Ничего себе! Это целых полтора часа нам никто не будет мешать кататься?

Уверенно киваю и на мгновение накрываю ее руку своей. Катя настороженно замирает, но руку не отдергивает. Моя ладонь соскальзывает на ручник, и машина трогается с места.

Что ж, Дед Мороз, остается надеяться, что ты вчера меня не обманул и на катке нас с Катей действительно ждет романтический вечер.

… Менеджер встречает нас у входа на каток. И все позитивно так: здоровается, провожает в раздевалку, где мы с Катей подбираем коньки.

– Мне вон те, белые! – оживляется Катерина.

Я беру черные.

– Уверена, что хорошо держишься на льду? – спрашиваю я, с волнением посматривая на Катю.

– В старшей школе я каталась лучше всех, – подмигивает мне она. – А вот партнера по танцам на льду у меня никогда не было.

– То есть у меня есть шанс им стать? – спрашиваю, догнав ее у выхода на лед.

– Еще какой! – оценивающе взглянув на меня, веселится Катя. – Догоняй! – И выходит на лед первой.

Музыка играет потрясающая: что-то из зарубежки, коллекция романтик, не быстрая и не медленная. Самое то, чтобы насладиться катанием.

Катя медленно набирает скорость.

Затаив дыхание, слежу, как она красиво распрямляет плечи и несется по кругу. Стряхнув с себя наваждение, устремляюсь за ней следом. С нежной Катей мне не сравниться: движения у хоккеистов грубее. Наша цель – ухватить клюшкой шайбу, а не красиво махать руками.

Но вот она уже близко. Поворачивается ко мне боком, и в следующее мгновение мы синхронно скользим.

Мы кружимся на льду в волшебном зимнем очаровании.

Едва выпустив Катю из рук, снова подхватываю ее за талию.

– Когда я на льду, чувствую себя принцессой! – положив руки мне на плечи, игриво сообщает она.

А я замечаю, как горят изумрудным огнем ее глаза.

Все, я поплыл! Если раньше Катя была просто наваждением, то теперь я влюбился в нее, окончательно и бесповоротно.

На лед выходят две девушки-фигуристки в серебристых костюмах снежинок. Они кружат вокруг нас и рассыпают лепестки роз. Я вдруг улавливаю: они рисуют на льду вокруг нас с Катей сердце с помощью лепестков.

– Какая прелесть! – Катерина сжимает мою теплую ладонь. Ее щеки горят румянцем, а глаза светятся счастьем.

А я прижимаю ее к себе и боюсь пошевелиться. Боюсь, что это короткое мгновение близости закончится, и я снова буду замерзать без Кати.

В руках у одной из фигуристок-«снежинок» щелкают вспышки профессионального фотоаппарата, а с огромного рекламного баннера мне снова улыбается Дед Мороз в красных варежках.

Полтора часа пролетают, как один миг. Переобувшись, мы с Катей перемещаемся в небольшое кафе. Пледы, горячий чай, сладости, красные свечи и стол, усыпанный лепестками роз, после катания настраивают на легкую беседу.

– Как тебе вечер? – интересуюсь у Кати, подливая ей в кружку горячего чаю из таежных трав.

– Кажется, я нашла идеального партнера для танцев на льду, – улыбается мне она.

Я накрываю ее руку своей, и несколько секунд мы сидим, не шевелясь.

– У тебя ладонь теплая, – смеется Катя.

– Это хорошо или плохо? – с недоумением смотрю ей в глаза.

– Хорошо. Значит, с тобой не замерзнешь. – И я понимаю, что она продолжает шутить.

– Какие у тебя планы на этот Новый год?

– Никаких. Встретим его с дочкой и котом. Мы так решили. А потом ее отец и свекровь собираются отправиться с ней на Красную Поляну.

– Без тебя? – удивленно приподнимаю бровь.

– Я недостаточно хороша для семьи Духовских, – качает головой Катя, и в ее взгляде сквозит напряжение. – К тому же в этом году мой бывший муж привезет к маме свою невесту – какую-то пианистку мирового уровня. Так что я точно буду там лишней. Честно говоря, не хочу отпускать Сонечку, но ничего не могу поделать: по распоряжению суда у моего бывшего мужа есть неограниченный доступ к нашему ребенку.

– Как печально! – хмурюсь я.

Катя вздыхает, потом поднимает на меня глаза и снова улыбается.

– Кость, спасибо, что вытащил меня сегодня на каток. Давно я не чувствовала себя такой счастливой.

– Завтра корпоратив, ты не забыла? – желая продлить как можно дольше соприкосновение наших рук, заглядываю ей в глаза.

– Я купила новое платье. Надеюсь, тебе оно понравится.

– Надеюсь, я могу рассчитывать на медленный танец?

– Разве что на один. – Она смеется.

– А на два?

– Ну хорошо, на два.

– Только предупреждаю сразу: на льду я держусь намного увереннее, чем на обычном покрытии.

– Ты не умеешь танцевать?

– Умею, но не так ловко, как на льду.

– На льду было божественно! – Она на миг замирает. Ее взгляд скользит по моему лицу. Останавливается на губах.

Еще немного, и…

Трель мобильника врывается в единение наших сердец ярким раздражителем. Вздрогнув, Катя возвращается в реальность, и я с досадой понимаю, что момент упущен.