Юлия Бузакина – Просто останься (страница 27)

Зал взрывается такими громкими аплодисментами, что меня бросает в дрожь. Я удивлена не меньше остальных. Я не знала, что Бестужева поставят на руководящую должность. Но если в целом – то он ее заслужил. Никто не умеет работать лучше, чем мой бывший муж.

Я растерянно поднимаюсь с места вместе с остальными коллегами. Наша перепалка отходит на задний план. Мне даже жаль, что мы поссорились. Ян прав – его мать – это тяжкий крест. Невозможно стереть из своей ДНК родителей.

— Ян, мы ждем банкет!

— Да, да, проставиться надо обязательно!

— Иначе какое это вступление в должность, если хорошенько его не отметить? – летит со всех сторон.

— В эту субботу! — окинув взглядом зал, громко выкрикивает Ян. — Место и время сообщу дополнительно.

Зал тонет в одобрительных возгласах.

Я ощущаю здесь особую атмосферу. Нет никакой зависти, все рады, что он остается. Я и не знала, что у Яна здесь так много поддержки. В «Диане» такого не ощущалось. Наверное, в эти моменты понимаешь истинную ценность человеческого бытия. Никакие деньги не дадут такой мощной поддержки коллектива, как здесь.

Бестужев улыбается. Пожимает руки врачам, которые наперебой спешат его поздравить, а потом замечает меня. Несколько мгновений пронизывает меня взглядом, а потом пробирается через неудобный ряд и присаживается рядом со мной.

— Поздравляю, — я искренне улыбаюсь. — Нет, серьезно, Ян! Ты заслужил эту должность. Никто не подходит на роль заведующего детским отделением больше тебя.

Он накрывает мою руку своей рукой.

— Поможешь мне организовать банкет? — выдыхает проникновенно.

— Еще спрашиваешь? Только выбери ресторан, — отвечаю уверенно.

— Значит, вечером обсудим подробности?

— Конечно. Мы с Марком будем тебя ждать.

— Я заберу сестру из аэропорта, подброшу ее до дома мамы, а потом сразу к вам.

Я с нежностью касаюсь пальцами его пальцев.

— Договорились.

Мы не сводим друг с друга глаз. И так много тепла в наших переплетенных пальцах, что оно разливается по венам горячим потоком.

Глава 35. Ян

Почти шесть часов вечера. Я паркуюсь у здания аэропорта, а потом выбираюсь из машины и достаю мобильник. Открываю сообщение от Светы, в котором сохранены данные о прилёте и направляюсь к главному входу. Прохожу процедуру контроля и оказываюсь в зоне ожидания. Судя по информации на табло, самолет уже приземлился.

В зоне ожидания царит оживленная атмосфера. Просторный холл с высокими потолками наполнен разговорами и шумными звуками.

Из коридора выходят пассажиры прибывшего самолета. Я убираю мобильник в карман джинсов и всматриваюсь в лица. Все же, мы с сестрой не виделись целых пять лет. Может, она изменила цвет волос? Или поправилась? Как знать? По видеосвязи в последний раз мы беседовали очень давно.

Но когда в проеме появляется Света с двумя чемоданами и спортивной сумкой наперевес, я ее мгновенно узнаю. У нее всё такая же ультракороткая стрижка пикси и такой же иссиня-черный цвет волос, как раньше. В одном ухе сверкает сложный узор из нескольких сережек – мультипирсинг, который так бесил нашу матушку, никуда не делся. Рваные джинсы, черная облегающая майка, кроссовки – кажется, кто-то так и не повзрослел?

Наши взгляды встречаются, и мы уже не можем скрыть улыбок. Я тороплюсь к зоне контроля, через который пропускают Свету.

— Братик, привет! — машет она мне рукой.

Я едва успеваю подхватить ее чемоданы с ленты, как она виснет у меня на шее.

Как бы там ни было, я рад ее видеть. Мы обнимаемся.

— Ты ни капли не изменился!

Крепко впившись пальцами в мои плечи, сестра внимательно меня рассматривает.

— Ты тоже, — мазнув взглядом по ее пикантно украшенному уху, смеюсь я. — Мама будет в гневе.

— Да ну ее! — Света отступает на шаг и снова меня осматривает. — Нет, Ян, все же, ты похудел.

Я пожимаю плечами.

— Работы много, Свет. Ты же знаешь, как мало у нас врачей, которые хотят оперировать детей?

— Боже… папа говорил также! Слово в слово… я как будто услышала его голос.

В ее глазах мелькает печаль.

Я вздыхаю.

— Скучаешь по нему? — интересуюсь понимающе.

— Еще бы… он нас любил.

Я киваю. Да, любил. Жаль, что так рано ушел.

— Слушай, я так соскучилась. По тебе, по маме. Да, не удивляйся, в дали от дома даже деготь кажется медом.

Я приобнимаю ее за плечи.

— Надо чаще встречаться. Тогда твоя тоска быстро сойдет на нет. Идем к машине?

— А может, сначала выпьем по чашке кофе? Здесь есть кофейня? Что-то я не готова вот так, сразу встретиться с мамой. Мне необходимо собраться с духом.

Не дождавшись ответа, сестра устремляется к стеклянным стенам кафе, которое находится сразу за зоной ожидания. Подхватив ее чемоданы, я шагаю следом.

Пока я ставлю чемоданы рядом со столиком, Света уже мечется перед стойкой.

— «Латте мокиато» и… Ян, ты что будешь? — оборачивается ко мне.

— «Американо», можно без сахара.

— …И «Американо» без сахара, — завершает заказ она.

Подхватив два пластиковых стаканчика с кофе, сестра приземляется напротив меня.

— Ты же помнишь, что я вышла замуж и не позвала никого из вас на регистрацию? — уточняет напряженно, срывая крышечку со своего стакана.

Я приподнимаю бровь.

— Ну, допустим, что-то подобное помню.

— Так, вот, я уже два года, как в разводе… Ой.

Она спохватывается, открывает спортивную сумку, и оттуда высовывает белую морду чихуахуа.

— Гав! Гав-гав!

— Тише, Клюква, — Света шипит на собаку, и та успокаивается.

— Клюква? Ты завела собаку? — изумляюсь я.

Сестра пожимает плечами и поглаживает миниатюрную псину между ушами.

— Мне было одиноко после развода. Даже поговорить было не с кем. Вот я и завела компаньона.

Я удивленно рассматриваю белую чихуахуа, которая при желании уместится у меня в ладони.

— Могла бы и мне позвонить, — произношу немного обиженно. — Я, между прочим, понял бы тебя, как никто другой. У меня тоже случился развод, после которого я так и не смог оправиться.

— Ян, я же заявила себя психологом. Гуру отношений, понимаешь? Круто вышла замуж, не позвав семью. Как я могла жаловаться младшему брату? А маме, тем более! Ты ведь знаешь, что бы она ответила?