Юлия Боровинская – Лисьи листы (страница 47)

— Очень уж не хочется с пустыми руками возвращаться, — нерешительно проговорила я.

— Это с самого начала было наиболее вероятным. Караш мог переехать, мог отказаться с нами разговаривать, мог погибнуть, в конце концов — его же четверть века никто не видел! Мы попробовали — не получилось. А долбиться лбом в стену — занятие малопродуктивное, лучше поискать дверь где-то рядом.

— И что же это, интересно, за дверь?

— Подумаем. Но не сегодня. У нас примерно полтора часа осталось, чтобы добраться до нашего мира.

— И знаешь что, — попросила я, усаживаясь на заднее сидение и обнимая своего напарника за талию, — Если нам опять какой-нибудь дворник под колеса кинется, сшибай его без разговоров — и поехали дальше. А то ни сил нет, ни времени!

— Добрая, нежная и душевная, — театрально вздохнул Хитч, — Подумать только: и это на ней я женился!

Глава 5

Я проснулась от звонка в дверь. Часы показывали три, сквозь плотные шторы пробивалась полоска света, а Хитч спал рядом, бесшумно дыша приоткрытым ртом. Я осторожно сняла с себя его руку, выбралась из постели и зашарила глазами в поисках халата. Разумеется, безуспешно. Ну, не ношу я халаты, не люблю. Может, в шкафу где-нибудь…

Звонок повторился. Недолго думая, я схватила длинную юбку на резинке и натянула ее до самых подмышек. Почти что сарафан, только без лямок. Сойдет.

«Кто бы это мог быть? — успела подумать я, — Верочка всегда предварительно звонит по телефону, Сергей — тоже. Кто-то из хитчевых приятелей? Вряд ли… Небось, сейчас китайский миксер предложат купить или „Сторожевую башню“ начнут совать…»

С довольно кислой физиономией я отщелкнула замок и едва не отвесила челюсть, обнаружив за дверью отнюдь не назойливого продавца, нищего или религиозного активиста, а собственного начальника. Черт! Я и адреса-то своего, кажется, ему никогда не оставляла — только телефон!

— Ну, как: в комнату меня пригласишь или захлопнешь дверь и отправишься досыпать? — насмешливо спросил Лао.

— Ага, проходите, конечно, — опомнилась я и отступила вглубь квартиры, — Только, наверное, лучше вот сюда — на кухню. А то в зале Хитч спит.

— Ну, так буди, — распорядился алхимик и бесцеремонно начал перебирать пакеты и банки в подвесном шкафу:

— Так… кофе… корица… опять кофе… мерзость в пакетиках… У тебя что, приличного чая не водится?

Отвечать я не стала. Всё равно жасминовый «Beta Tea», скорей всего, только оскорбил бы изысканный вкус моего работодателя, а с пу-эрами у меня действительно сейчас было туго — всё никак до магазина доехать не могла. Да и если честно, я всё-таки кофе предпочитаю.

В зале я быстро напялила футболку, одернула юбку до талии и принялась трясти Хитча:

— Подъем! Вставай, солнце, на работу пора!

— Я же только что с работы, — буркнул мой сожитель, не открывая глаз, — Высплюсь, тогда поеду!

— А ехать никуда и не надо, — невольно улыбнулась я, — Работу на дом принесли. Вставай-вставай, лентяй, — Лао пришел!

Что мне в муженьке нравится — так это хорошая реакция. Стоило ему услышать про алхимика, он выскочил из постели и оказался одетым в джинсы с такой быстротой, словно сумел запрыгнуть в них, как в седло верного коня, прямо с матраца.

На кухне царил совершенно необычный терпкий травяной запах, а Лао с невозмутимым видом прихлебывал из моей любимой чашки с драконами опаловую жидкость, которая явно никак не могла быть получена путем заваривания любого из продуктов, имевшихся в моих шкафах.

— Вам не предлагаю, — сурово заявил он, качнув чашкой, — Пейте свой варварский кофе!

Я покорно взялась за джезву, предоставив говорить моему напарнику и, пока он довольно сухо излагал начальству наши ночные похождения, успела сотворить, возможно, и варварский, но неизменно милый моему сердцу напиток с корицей, кардамоном и мускатным орехом.

— Значит, капсула… Так… — Лао неодобрительно глянул на блаженную физиономию Хитча, подносящего к губам чашечку кофе, — В любом случае, не думаю, чтобы это были Карашевы дела. Эксперименты на людях, да еще в таких масштабах — как-то это плохо соотносится с его характером. Конечно, покопаться во всей этой истории было бы интересно, но… незачем пока что. Еще неизвестно, кто эти естествоиспытатели, и чем нам грозит столкновение с ними. А лично мне моя старая шкура дорога пока что.

— А помните, Вы говорили про пятую грань? — вмешалась я, — Ну, что помимо человека, волка, лисицы и дракона, должно быть еще какое-то одно состояние? Я вот подумала: может, это мантикора и есть?

— Может быть, — дернул углом рта Лао, — хотя версия, конечно, крайне неприятная. И главный вопрос тогда: отчего в четырех состояниях человеческий разум сохраняется, а в пятом — нет. Поговорим об этом как-нибудь при случае. А пока… — алхимик внимательно посмотрел на меня, — Вы, наверное, уже гадаете, чего ради я вас разбудил.

Хитч неопределенно пожал плечами, а я с таким интересом уставилась на старика, что он невольно перевел взгляд на стену.

— Дело в том, — продолжил он, — Что меня самого сегодня разбудили. Телефонным звонком. И это, заметьте, притом, что я был уверен, что номера моего никто не знает и знать не может.

— Ага, я тоже была уверена, что своего адреса Вам не давала, — с невинным видом встряла я, но Лао не счел нужным обратить своё драгоценное внимание на эту реплику.

— А звонил мне, между прочим, ваш любимый друг Авенус!

Отчего-то упоминание имени фальшивого лаборанта неизменно вызывало у меня прилив нездорового веселья.

— Веничка? Надо же! — фыркнула я, а Хитч серьезно осведомился:

— И что же ему было нужно?

— Ему было нужно, — наморщил нос алхимик, — чтобы я, дурак старый, прекратил, наконец, гонять молодежь по смертельно-опасным зонам, а в крайнем случае топал бы туда сам, поскольку лично моя гибель на судьбах мироздания никоем образом не отразится…

— А наша, значит, отразится! — восхитилась я, — Хитч, какие мы с тобой, оказывается значительные персоны!

— Ага, особенно ты! — отмахнулся он, — Ваше Величие, может, вначале дослушаем, а?

Я заткнулась и Лао продолжал:

— А еще Авенус изволил заметить, что ежели мне, дураку старому, чего-нибудь нужно, так я пошел бы и спросил об этом у него. Точнее, со мной он разговаривать, конечно, не станет, ему больно даже вспоминать о своей педагогической неудаче в моем лице, а поговорит он с вами. Вы, дескать, конечно, тоже балбесы, но это хотя бы молодостью оправдать можно!

— А Вы-то ему что ответили? — живо заинтересовалась я, едва сдерживая смех.

— Ну, «старого дурака» я ему, конечно, назад вернул, — невозмутимо сообщил алхимик, — напомнивши, кто кого тут на пару тысяч лет старше. Об эксплуатации учеников тоже кое-что припомнил. Ну, и так, по мелочи. Но главное: о встрече я с ним всё-таки договорился. Так что сегодня в восемь вечера вы сможете все свои вопросы Авенусу лично задать. В кафе «Bang» возле Ботанического сада. Знаете такое?

— Знаем. А…

— А списком вопросов мы сейчас и займемся.

 Как-то сама собой нарисовалась в моем воображении картинка: сижу это я со списком вопросов в общей тетради и старательно, высунув от усердия кончик языка, записываю за Авенусом ответы…

Я непроизвольно мотнула головой, отгоняя от себя это зрелище, и высказалась:

— Лично у меня только один вопрос: какого черта ему нужно. От меня, в частности. Ну, и от жизни вообще.

— Размечталась! — хмыкнул Лао, — Нет, попытаться ты, конечно, можешь, но на твоем месте я бы на ответ сильно не рассчитывал!

— А вдруг?

— Ну, тогда больше ни о чем и спрашивать не нужно. Главное, ответы запомни, как следует. А если серьезно, начните лучше с Битвы Драконов. Где именно она проходила, ну, а в идеале и о причинах бы узнать.

— Так, — кивнул Хитч, — Дальше?

— Дальше вот что. Судя по событиям у Оракула Печали, Авенус проблему увеличения подвижности оси вращения как-то решил. Сумел же он подтолкнуть Сяо в состояние дракона. Выясните хотя бы — не технологию, об этом я даже и не мечтаю! — универсальный это метод или он работает только на оборотнях. Или вообще на одной Сяо — такое тоже может случиться.

— Пора, пора мне впадать в манию величия, — задумчиво заявила я, — Как ни посмотри, такой уж я уникум…

— Что ты своего рода уникум, лично у меня сомнений нет, — вполне серьезно кивнул алхимик, — Стал бы иначе с тобой Авенус возиться, как же! К твоей уникальности еще бы чувство юмора — цены б тебе не было!

— Обижаете, шеф, — надулась я. — Может, Вам анекдот про московского милиционера рассказать?

— Авенусу расскажешь, когда вопросы кончатся. А пока лучше слушай. Создавать и уничтожать двери — очень полезное умение. Непременно поинтересуйся, как этому научиться. И, наконец, пора бы нам и с феноменом Хитча разобраться. Чует моё сердце, что никакая это не спонтанная мутация. Очень может быть, что именно Авенус к твоему происхождению руку приложил, — и Лао значительно посмотрел на «феномен».

— Ага. Или не руку, а… — хихикнула я. Несло меня нынче… — Знаете, шеф, что-то у Вас Авенус получается и царь, и бог, и главный Карабас Барабас нашего кукольного театра! Может, он нам заодно теорему Ферма докажет и фестский диск расшифрует?

— Очень может быть — особенно диск. Он как раз в ту пору где-то на Крите ошивался. А что, для тебя это так насущно?

Старик посерьезнел, отставил в сторону пустую чашку и как-то устало взглянул на меня.