Юлия Арвер – Зови меня Яра (страница 14)

* * *

Следующие несколько дней я посвятила сбору нужных документов. До истечения срока подачи, указанного на сайте, оставалось всего ничего. Только когда все справки оказались в руках, я смогла с облегчением выдохнуть. Папка была готова.

Каждый день я настойчиво напоминала Стасу о разговоре с министром, но тот отмахивался, прикрываясь занятостью. Наверняка Миронов просто забывал о моей просьбе, стоило лишь положить трубку. На работе его голову забивали исключительно проблемы компании. Иногда это жутко раздражало. Как, например, в эти дни.

В последний раз Стас, не выдержав, рявкнул на меня:

— У меня куча других дел! Когда найду время на твою блажь, тогда и поговорю!

После этих слов я молча положила трубку и больше не отвечала на звонки Миронова. Вчера весь вечер телефон периодически вибрировал, но разговаривать с ним мне не хотелось. Пусть вопит на свою жену. В конце концов, она обещала быть со своим супругом и в горе, и в радости. Я ничего такого ему не должна, поэтому имела право требовать уважительного отношения.

Активная деятельность захватила меня и вернула в тот ритм, которого так не хватало в последние месяцы. В мою жизнь снова вернулось стремление к чему-то, появились увлеченность и азарт. В конце концов, я не тупая содержанка, нашедшая смысл жизни в бесконечных набегах на спортзал и магазины. Мои амбиции требовали большего.

Сегодня Стас больше не звонил. Либо понял, что трубку я не возьму, либо обиделся сам. Первый вариант казался реальнее, поскольку Миронов всегда со снисхождением относился к моим капризам и никогда не воспринимал их всерьез. Поэтому, когда вечером в дверь позвонили, я не удивилась. Стас стоял на пороге с виноватой улыбкой.

— Котенок, не обижайся на меня. В последнее время я очень нервный. Столько всего навалилось.

Я посторонилась и поспешно запахнула шелковый халат. Из-под него выглядывала моя любимая домашняя футболка, далекая от представления любого мужчины о сексуальности.

— Проходи, не стой на пороге. Не хватало еще, чтобы соседи начали сплетничать обо мне.

Стас закрыл за собой дверь и потянулся к моим губам.

— Не уверена, что хочу с тобой целоваться, — протянула я и ехидно усмехнулась.

Без лишних слов Стас притянул меня к себе за талию и поцеловал. Он никогда не подыгрывал мне. Наверное, считал это глупым ребячеством.

— Поехали, поужинаем где-нибудь? — примирительно предложил Миронов, оторвавшись от моих губ.

— Где?

— В нашем любимом ресторане.

— Тогда тебе придется подождать. Я не могу явиться туда с дулей из волос.

— Подожду. Только напои меня кофе, а то усну по дороге.

Стас снял пиджак и устало плюхнулся в кресло. Конечно, если бы я думала не только о себе, то отказалась бы от похода в ресторан и уложила Миронова спать. Но разве кто-то обещал, что со мной будет легко? Пусть выпьет кофе и встрепенется. Сегодня мы идем в ресторан. Поспать успеет в любой другой день.

Через полчаса я наконец осталась довольна своим внешним видом. Давно хотелось выгулять новое платье. Сегодня представился прекрасный повод. У меня даже получилось красиво завить волосы, и теперь они спадали на плечи аккуратными волнами.

Стас отвлекся от экрана телевизора, окинул меня заинтересованным взглядом и улыбнулся.

— Вот как отпустить тебя на работу? Уведут же.

— Интересно, кто? Министр? — небрежно уточнила я и рассмеялась. — Он слишком стар для меня.

— Я тоже не мальчик.

— Ты мужчина в самом расцвете сил. Как Карлсон. Правда, никогда не видела у тебя моторчика. Где ты его прячешь?

— Вожу в багажнике, чтобы не шокировать сотрудников, — с улыбкой парировал Стас.

Посмеиваясь друг над другом, мы дошли до машины. Миронов, как обычно, приехал ко мне один, без водителя. Тот прекрасно знал, где начальник коротает ночи, когда говорит жене, что ночует на работе. Несмотря на это, Миронов упрямо ездил ко мне в одиночку.

Вечерние пробки заставили нас постоять и понервничать. Быстрее дошли бы пешком, ей Богу! Стас припарковал машину у четырехэтажного здания. Наш любимый ресторан под поэтичным названием «Крыша мира» расположился на верхнем этаже. Из панорамных окон открывался вид, достойный полотна художника. В этой части города, застроенной старым жилым фондом, не было высоких зданий, которые мешали бы обзору.

Мы заняли любимый столик в почти пустом зале. Похоже, вечер буднего дня люди предпочитали проводить дома.

В этом ресторане впервые я побывала, конечно же, со Стасом. Поздними вечерами музыка здесь становилась громче, а девиц в коротких платьях — больше. Их взгляды блуждали по посетителям, и в глазах каждой из девушек, пришедших в одиночестве или с подругой, читалась надежда. Здесь можно было встретить обеспеченного парня или мужчину, который, как минимум, угостит коктейлем, а, как максимум… Тут уж, как пойдет.

Сейчас часы показывали всего восемь вечера, поэтому охотниц за деньгами в зале не обнаружилось. Только две девушки сидели за маленьким столиком, прикрытые от чужих взглядов высокими спинками синих кресел. Судя по длинному сарафану одной и широким джинсам второй, они пришли не за халявными коктейлями.

Справедливо заметить, что я и сама начала отношения со Стасом отнюдь не потому, что испытывала к нему всепоглощающие чувства. Он — мой пропуск в лучшую жизнь. Чего бы я добилась, если бы не встретила Миронова? Так и сидела бы обычным юристом в его компании, продолжала жить в съемной малосемейке и ездить на автобусе. Этой жизнью я сыта по горло.

После Кирилла у меня начисто отпало желание влюбляться и доверять кому-либо из мужчин. Со Стасом оказалось легко и удобно. Я никогда не рассчитывала на серьезные отношения с ним, не нуждалась в них, да и не строила никаких иллюзий. Мне нравилось, что в красивой двухкомнатной квартире не было второго жильца. Миронов снимал ее для меня и приезжал не так уж часто. Все остальное время я могла уделять себе. Все «прелести» совместной жизни со Стасом получила его жена, а я для него оставалась девушкой-праздником.

Мы оба использовали друг друга, но никогда не произносили этого вслух. Каждый преследовал свои цели, и это абсолютно естественно.

Я заказала стейк из семги и коктейль. С Мироновым мне всегда приходилось строить из себя гурмана. Не знаю, почему решила выбрать такую линию поведения, но почему-то при нем я не могла есть шаурму, заваривать лапшу или вгрызаться зубами в кусок мяса. Наверняка он думал, что нашел девушку с утонченным вкусом. Пусть и дальше так думает.

— Скажи, ты подготовила документы? — спросил Стас, когда официант отошел от нашего столика.

— Конечно. Жду, пока ты поговоришь с министром.

— Я сегодня съездил в министерство. В общем, завтра в одиннадцать министр ждет тебя на собеседование. Похоже, что он планировал повысить кого-то из действующих сотрудников, но мне отказать не смог.

Стас выглядел несколько самодовольным. Великий Миронов и его влияние! Пусть светится от осознания собственной важности.

— Расскажи хоть, что это за человек? Как найти к нему подход?

— А какой подход ты собралась к нему искать? — ехидно прищурившись, поинтересовался Стас.

Вот чего не отнять у Миронова, так это чувства собственничества. На протяжении многих лет Стас изменял своей жене, но боялся допустить даже мысль, что однажды могут изменить ему.

— Обычный рабочий подход. Я всегда старалась поддерживать хорошие отношения с начальниками.

— Я тоже был твоим начальником. Вот до чего довели хорошие рабочие отношения.

— Ты изначально рассчитывал на более тесное общение. Это другое, — я подмигнула и пошевелила бровями, рассмешив Стаса.

— Я просто шучу, Яся, — тут же пошел на попятную он. — Министра зовут Василий Борисович. Он вполне миролюбивый мужик, к подчиненным относится строго, но не перегибает палку. Ему шестьдесят с лишним лет. Василий уже больше интересуется дачей и внуками, но пост покидать не собирается. В этой сфере он заработал влияние. Какой дурак уходит на пике? Вот если начнутся проблемы, тогда по-тихому убежит на пенсию.

— Что ты рассказал ему обо мне?

— Сказал, что ты дочка моего хорошего друга, обрисовал твой опыт, полученный в «Континент Строе». Еще упомянул, что работала в суде, а, значит, привыкла к большим нагрузкам. Василий даже не отпирался. Думаю, мой рассказ о твоем интеллекте его успокоил. Никому не хочется брать на работу тупиц.

— Спасибо, зайчик, — с улыбкой поблагодарила я и послала Стасу воздушный поцелуй. Целовать его в ресторане было бы неосмотрительно.

— С какой стати я в последнее время стал зайчиком? — возмутился Миронов, но, скорее, в шутку.

— Это мило. Не отпирайся.

Стас лишь закатил глаза, будто моля небо о терпении.

* * *

Я припарковала машину на платной стоянке и заглушила мотор. Внутри набатом стучало сердце, а кровь — в висках. Страх и предвкушение боролись во мне со вчерашнего вечера, нарастая по мере приближения собеседования с министром. Всю сегодняшнюю ночь меня мучили сны с Ним в главной роли. Дурацкие картинки сменяли друг друга, неизменным оставался лишь Орлов. Он будто насмехался надо мной и моим страхом, настойчиво проникая в подсознание вновь и вновь.

Утром я ощущала себя полностью разбитой. Собиралась на автопилоте, не переставая гонять в голове мысли о том, в какую яму с бараньим упорством пытаюсь влезть. Никогда еще мне не было настолько страшно.