Юлия Арниева – Кому добавки? История выживания на орочьей кухне (страница 9)

Когда каша почти дошла до готовности, я взялась за магические добавки. Растёрла в ступке корень бодрости – сухие завитки превратились в мелкий порошок цвета старого золота. Тёплое покалывание в пальцах сообщило мне, что корень готов отдать свою силу.

– Корень бодрости, – проговорила я вслух, высыпая щепотку порошка в котёл для орков. – Чтобы силы хватило на весь день.

Каша слегка изменила цвет, приобретя нежный золотистый оттенок. От неё начал исходить аромат, напоминающий утреннюю свежесть после дождя, смешанную с запахом горных трав.

– Листья утренней силы, – продолжила я, добавляя щепотку сушёных листочков серебристо-зелёного цвета. – Для ясности мысли и энергичности.

Листья растворились в каше, словно морозные узоры на стекле. Ложка продолжала размешивать содержимое котла, и с каждым её движением каша становилась всё более… живой. Она не просто булькала, она пульсировала едва заметным ритмом, словно у неё появилось собственное сердцебиение.

– Семена ясности ума, – завершила я, высыпая последний компонент – крохотные чёрные зёрнышки, переливающиеся на свету. – Чтобы мысли были острыми, а решения – правильными.

Финальное добавление вызвало яркую вспышку золотистого света, исходящего изнутри каши. Свет был мягким, тёплым, но совершенно очевидным для всех присутствующих. Казалось, сама жизнь струилась из котла.

– Ого, – выдохнул Зуба. – Она светится!

– Как солнце сквозь утренний туман, – добавил Грок, не отрывая взгляда от котла.

– Готово, – объявила я, накрывая котёл крышкой, чтобы скрыть свечение.

Спустя пару минут мы расселись за столом – я со своей простой кашей, а Грок и Зуба с магически обогащённой. Разница была заметна сразу же. Моя каша была вкусной и сытной, но обычной. А вот после первых ложек своих порций орки преобразились.

– Ух! – воскликнул Зуба, и его глаза засветились изнутри тем же золотистым светом, что исходил от каши. – Такое ощущение, будто солнце взошло прямо в груди!

– И силы столько, – добавил Грок, вращая плечами. – Хочется бегать, прыгать, поднимать тяжести!

– И голова ясная, – согласился Зуба, потрясая головой, словно прогоняя остатки утренней сонливости. – Мысли стали чёткими, как звон клинка о клинок.

– Эмма, – сказал Грок, когда мы закончили трапезу, – может быть, покажем тебе общину? Ты не много видела, а за домами такие просторы! И в лесу, если приглядеться, много живности.

– С радостью, – кивнула я.

– Покажем тебе всё самое интересное, – добавил Зуба, подпрыгивая на месте от избытка энергии. – Кузницу, мастерские, тренировочную площадку…

– И наш дом, – сказал Грок. – Познакомишься с нашими родителями.

Мы уже направлялись к двери, когда та внезапно распахнулась, а на пороге появился Гром в сопровождении орка-старейшины, с которым я уже успела познакомиться.

– Эмма, – произнёс Гром официальным тоном, – позволь представить тебе старейшину Торга, главу совета мудрых.

– Эмма из Академии, – заговорил старейшина Торг торжественным голосом, звучащим как раскаты грома в горах. – Мы пришли сообщить тебе важную весть.

– Эм… – растерянно протянула, почувствовав, как учащается пульс. А перед глазами промелькнуло несколько видов казни, одна страшней другой.

– Совет старейшин единогласно принял решение, – продолжил Торг. – После того, как ты приготовила Похлёбку Железной Воли такого качества, мы убедились в твоих способностях. Испытательный период сокращается.

Я моргнула, не сразу понимая, что он имеет в виду.

– То есть…?

– Завтра вечером ты будешь готовить ужин для всей общины, – объявил Гром. – Торжественный приём в честь прибывающего обоза.

– Спасибо…, наверное, – пробормотала я, натянуто улыбнувшись нависающей надо мной клыкастой горе.

– Грок, Зуба, – вдруг обратился к моим помощникам старейшина Торг, – оставьте нас. Нам нужно кое-что обсудить с Эммой наедине.

Братья, тотчас обеспокоенно переглянулись между собой и помахав мне рукой, вышли из кухни. Когда дверь за ними закрылась, старейшина Торг кивком указал мне на табурет у стола.

– Садись, Эмма из… Академии. Нам действительно есть что обсудить.

Я медленно опустилась на табурет, чувствуя, как возвращается тревога. Что-то в тоне старейшины подсказывало мне, что разговор будет не таким простым, как я надеялась.

Гром и Торг остались стоять, возвышаясь надо мной как две башни. Их лица были серьёзными, почти суровыми, и я поняла, что мирная часть нашей беседы закончилась.

– Итак, – медленно произнёс старейшина Торг, – поговорим о том, кто ты на самом деле.

Глава 8

– Я… я Эмма, – заикаясь произнесла я, судорожно сглатывая комок в горле. – Прибыла в общину отрабатывать учёбу в Академии, как все маги-бытовики, согласно контракту и требованиям королевства, я не…

– Довольно, – перебил меня старейшина Торг, подняв руку. – Надеюсь, ты не нарушила закон королевства и не беглая преступница?

Я, вытаращив глаза, отрицательно помотала головой, не доверяя собственному голосу.

– Отлично, – кивнул он с явным облегчением. – Остальные причины того, почему ты скрывала свою силу и сбежала на границу, мне неважны. У каждого свои секреты, свои причины искать уединения в таких далёких местах.

Гром стоял рядом, молча слушая разговор, но по его лицу было видно, что он полностью поддерживает слова старейшины.

– Давно к нам не отправляли таких сильных магов, – продолжил Торг, и в его голосе прозвучала нота печали. – Почитай, лет двадцать уже. Лучшие остаются при дворе или в богатых домах. А к нам присылают слабых, неумелых, тех, кто едва закончил Академию.

Он тяжело вздохнул, оглядывая кухню, где ещё витал запах магической каши.

– Орки силу свою теряют, – признался он с горечью. – Малыши стали рождаться слабыми, не то что раньше. Охота стала труднее, враги смелее. Нам нужна настоящая боевая пища, приготовленная с истинным мастерством, а не жидкая похлёбка от испуганных девчонок, которые только и думают о том, как бы сбежать.

Я сидела, не решаясь даже дышать, пока старейшина продолжал свою речь.

– Так что, если ты попала в беду, мы тебя не выдадим и тайну твою сохраним, – твёрдо произнёс он, глядя мне прямо в глаза. – Уж кто-кто, а орки многое видят и знают, но хранят молчание. У нас на границе каждый имеет право на новое начало.

Гром одобрительно кивнул, подтверждая слова старейшины.

– Только ты уж отработай этот год честно, – добавил Торг. – А понравится у нас – будем рады, если останешься. Хороших кухарок здесь ценят больше, чем золото.

Я почувствовала, как с плеч словно свалился огромный камень. Они не собирались меня разоблачать или наказывать. Наоборот, предлагали защиту и понимание.

– И да, – улыбнулся старейшина, и эта улыбка сделала его грозное лицо почти добродушным, – без опасения ходи по общине. Отныне ты своя. Каждый орк в Сарготе будет знать, что ты под защитой Совета старейшин.

– Спасибо. Я не знаю, что сказать, – хрипло прошептала я. Ошеломлённая, пытаясь осознать произошедшее. От облегчения к горлу подкатил комок, а глаза предательски увлажнились. Первый раз с момента появления в этом мире я почувствовала что-то похожее на безопасность.

– А ничего и не говори, – благодушно рыкнул Гром. – Дела важнее слов. Продолжай готовить так же хорошо, и все будут довольны.

Торг задумчиво посмотрел на меня, а затем направился к двери.

– Пойдём, – предложил старейшина. – Ты, кажется, общину нашу хотела посмотреть? Самое время для прогулки. А заодно покажу тебе, ради чего мы здесь живём и сражаемся.

Я поднялась с табурета, всё ещё чувствуя лёгкое головокружение от неожиданного поворота событий, и последовала за ним.

За пределами кухни община Саргота предстала передо мной во всей красе. То, что я видела вчера мельком, теперь открылось в деталях. Поселение было гораздо больше, чем казалось на первый взгляд. Каменные и деревянные строения располагались аккуратными рядами, соединённые широкими дорожками из утрамбованной земли. Между домами зеленели небольшие садики, где росли неизвестные мне растения с толстыми мясистыми листьями.

– Лечебные травы, – пояснил Торг, заметив направление моего взгляда. – Растут только в горном климате. Очень помогают при ранениях.

Возле одного из домов я увидела группу маленьких орчат, игравших в салки. Они были намного меньше взрослых орков, но уже обладали характерными чертами: зеленоватой кожей, небольшими клыками и мускулистым телосложением. Один орчонок, не больше человеческого пятилетки, гонялся за остальными с таким азартом, что его рычание эхом отдавалось от стен домов.

– Наше будущее, – с гордостью сказал Торг. – Правда, рождается их всё меньше, и сил у них не то, что у нас было в детстве.

Орчата заметили нас и замерли, с любопытством разглядывая меня. Один из них, самый маленький с огромными жёлтыми глазами, осмелел и подбежал ближе.

– А ты новая кухарка? – пропищал он тонким голоском, совсем не подходящим к его грозному виду.

– Да, – улыбнулась я, приседая на корточки. – Меня зовут Эмма.

– А я Клык! – гордо объявил орчонок. – А ты правда умеешь варить волшебную еду? Мама говорила, что волшебная еда делает сильным!

– Умею, – подтвердила я. – А ты уже большой и сильный.

Клык радостно заулыбался, показав крохотные клыки, и убежал к друзьям, видимо, хвастаться знакомством с новой кухаркой.

А мы продолжили прогулку. Возле других домов орчихи занимались домашними делами: сушили бельё, чинили одежду, готовили что-то в больших котлах на открытом огне. Они поднимали головы при нашем приближении, одни кивали в знак приветствия, другие смотрели с откровенным любопытством.