Юлия Архирий – Неопалимый куст (страница 4)

Огибает залив Карпентария — Али что – Алекто, Алекто? Лес источен душистыми смолами, Может, в нём, и внезапно, притом, Под таинственным лиственным пологом Словно призрак, мелькнёт Алекто?.. * Бражник Алекто

Apocalypsis velox *

Да будет вечен свет в твоём окне! Затем, что этот свет – единый – верен, Затем, что путь друг к другу не измерен, Затем, что вечно будешь сниться мне. Да будет вечен свет в твоём окне! Затем, что Апокалипсисы ночи Давно уж наблюдаем мы воочью, И перед ними мы с тобой одне. Да будет вечен свет в твоём окне! И бабочка у старой лампы кружит — Среди зимы, когда гуляет стужа, И в мире холодней, чем на Луне. Да будет вечен свет в твоём окне! Затем, что этот мир без нас спасётся, Или однажды к звёздам вознесётся, Ведь всё равно – мы были или нет. Да будет вечен свет в твоём окне! Ведь, если этот свет гореть устанет, Тогда и Апокалипсис настанет — Не для Земли, не для других планет, А для меня. Да будет вечен свет! * Бражник Апокалипсис

Ноябрьский сонет

Идти с тобой пустынною аллеей, Когда нет слов, когда шаги легки, Вдруг ощутив – не может быть нежнее Прикосновения твоей руки. Нести в сосуде сердца тишину, Трепещущим пронизанную светом, И в ноябре почувствовать весну, И знать, что навсегда блаженство это. Сквозь кружево листвы смотреть на мир, И, замечая чудные явленья — То ль звон дождя, то ль звук незримых лир — Сквозь сон земной, то ль радость пробужденья, В любовном взоре, синем, как сапфир, Благих миров увидеть отраженье.

«Я – свет, я – пустота…»

Я – свет, я – пустота… Я была, и меня не было… Я есть, и меня нет. Я – то, что будет, и то, что никогда не свершится… Вечность «всегда», и мгновение «никогда». Я – пустота, прошитая тысячами звёзд. Я – свет… Я – то, что не имеет имени, и то, что можно назвать чем угодно. Вот, я родилась и умерла, Я умерла и воскресла. Я живу, и вот, меня нет. И когда меня не станет, я снова вернусь к жизни. Я – пустота, прошитая тысячами звёзд. Я – свет… Ветер дохнёт прохладой, виноградная лоза встрепенётся, Рука потянется к руке, а сердце – к сердцу. Бесформенное обретёт форму, во тьме забрезжит свет. Все нити, все времена, все ветры, все пространства – во мне.