Юлия Архарова – Школа на краю света. Загадочный Чонрэй (страница 62)

– Чего его теперь бояться? – удивилась я. – Поединок закончился.

– Понимаю… ик… Но это сильнее меня, – пухленькая чонрэйка глубоко вздохнула, попыталась задержать воздух и снова громко икнула. – Вдруг он решит, раз я такая слабая, то можно меня… ик… как Хани и Сину… ик…

– Не решит. И никого он не убивал.

– Откуда ты знаешь? – прищурилась Хойя.

– Знаю и всё, – не стала я вдаваться в подробности. – Если уж на то пошло, это мне нужно бояться Вэйна, а не Маине. Но я же не боюсь.

– Ты прямо как Хани… – хмыкнула родственница следователя.

– У меня не было возможности с ней познакомиться, но вряд ли мы похожи, – с раздражением отозвалась я.

Как же надоело, что все постоянно сравнивали меня с Хани, а во всех грехах винили Вэйна.

– Да, вы абсолютно разные.

– Ик… – кивнула Маина.

– Ещё никто из девушек не доходил до полуфинала, – сказала Хойя. – Так что поздравляю.

– Просто повезло, – пожала плечами я. – Если бы не Енгук, тебя бы тоже не выбили на втором этапе.

– Енгук… – собеседница с отвращением произнесла имя. – Но с Вэйном я бы не справилась. И с Джином вряд ли.

Вновь пожала плечами. Чувствую, победу над Вэйном мне долго будут припоминать. Эх, и зачем мне такая слава? Лучше бы меня недооценивали, чем считали сильным противником.

– Ты встречаешься с Марком? – вдруг спросила Хойя.

– Встречаюсь? – я недоумённо посмотрела на однокурсниц.

– Маина рассказала, что вы выглядели, как парочка, – скривилась девушка. – А потом Марк из-за тебя так отделал Енгука, что тот отправился в лазарет. Видела его там. Когда я уходила, он ещё в себя не пришёл. До завтра точно на койке проваляется.

Сплетница открыла рот, чтобы что-то сказать. Икнула и в итоге ограничилась лишь кивком. Вид у Маины был крайне несчастный. Её буквально распирало от желания поделиться наблюдениями и выводами, забросать меня десятком-другим вопросов, но на связную речь она была не способна.

А я эгоистично порадовалась, что Маину одолел приступ икоты. Может, молчать больше станет? Или думать перед тем, как говорить?.. Нет, вряд ли. Она даже в таком состоянии умудрилась донести до соседки последние сплетни.

– Так вы встречаетесь? – повторила вопрос Хойя.

Встречаемся ли мы? Я знала, что нравлюсь Марку, да и сам он был мне симпатичен. Опять-таки Марк пригласил меня на бал, и я согласилась. Но встречались ли мы? И хотела ли я этого?..

– Не знаю, – честно ответила я.

– Если обидишь его, то пожалеешь. Очень. Поняла? – не спуская с меня взгляда, серьёзно сказала девушка.

Я кивнула. Похоже, Хойя только что благословила меня на отношения с Марком. Невольно я прониклась уважением к немногословной и циничной однокурснице. Не уверена, что смогла бы так себя повести, если бы парень, который мне нравился, начал встречаться с другой.

На сессию пришлись самые спокойные и одновременно напряжённые недели за всё время, что я провела в школе. Я старалась набрать максимум баллов на экзамене, потом возвращалась к себе и полночи училась, чтобы следующим утром отправиться сдавать очередной предмет. Другие ученики, казалось, вели себя так же. С каждым днём напряжение нарастало…

Я ожидала, что на экзаменах особенно разойдутся любители пакостить исподтишка и подставлять конкурентов. Но всё было тихо. Во время сессии за проступки налагались двойные дисциплинарные штрафы. Если же студента уличали в том, что он пытался кому-то навредить, то наказывали особо сурово – с первого курса, не дожидаясь окончания сессии, уже отчислили двоих ребят…

Соперничество на втором курсе не шло ни в какое сравнение с тем, что творилось на первом – там была настоящая битва. У трети учеников не имелось денег, чтобы оплатить следующий семестр, а потому они отчаянно дрались за место в десятке. Выходцы из знатных семей тоже не хотели уступать детям рыбаков, крестьян и ремесленников. Сильных студентов хватало и среди бедняков, и среди дворян. И немало было тех, кто играл грязно, подло и шёл на невероятные уловки, чтобы занять одну из верхних позиций в рейтинге. Большинство таких лихачей ловили. Но уверена, не всех… Самые умные, хитрые и беспринципные оставались учиться.

В этом году в школу приняли восемнадцать простолюдинов, но из них, по статистике, продолжить обучение в следующем семестре смогут не больше трёх-четырёх. Остальных сочтут недостойными милости Великого дракона и лишат магического дара… Кажется, я была излишне самонадеянна, когда считала, что если бы упросила ректора принять меня на первый курс, то стала бы одной из лучших. Вряд ли я бы выиграла в этой жестокой и отчаянной битве.

Впрочем, я и так проигрывала. За неделю разрыв с десятым местом удалось сократить, но он всё ещё составлял двенадцать баллов. Оставался последний экзамен. И спасти меня могло только чудо. Даже если я получу максимально высокий балл, разрыв слишком велик. Вряд ли Кан-Хен, который занимал в рейтинге десятое место, завалит экзамен по теоретической магии.

Если бы я не опоздала на неделю к началу учебного года, если бы у меня было меньше дисциплинарных штрафов, если бы мне не пришлось нагонять программу… то я бы вошла в пятёрку лучших учеников, а может, и в тройку. Пожалуй, только с Вэйном я не могла конкурировать, он неизменно за все контрольные и экзамены получал максимально высокие баллы. Ах, если бы…

Всё уже было ясно и на последний экзамен можно было не идти. Не тратить время, нервы, силы. Сложить вещи в заплечный мешок, забрать документы и отправиться порталом на материк. Сесть на корабль и покинуть Чонрэй, прежде чем Рик откроет на меня охоту… Но я решила остаться в школе и биться до конца, чтобы потом ни о чём не сожалеть.

Экзамен по теоретической магии сдавался письменно. Из корзины, которая стояла на столе перед профессором Тэяном, я, следом за другими учениками, вытащила свиток с заданиями и уселась за парту. На экзамен отводилось три часа. Результаты должны были объявить вечером вместе с финальным рейтингом семестра.

Всего было десять вопросов. Доказательство пары теорем. Три энергетические схемы, в которых следовало правильно расставить векторы направления энергии. И пять задач, которые нужно было решить, используя известные нам схемы плетений, и рассчитать необходимое количество энергии.

Чтобы получить проходной минимум, достаточно было выполнить четыре задания из десяти, мне же предстояло решить все, и на каждое дать развёрнутый ответ.

На первые пять вопросов я ответила быстро. С двумя задачами тоже справилась легко, а вот с оставшимися пришлось повозиться. Но всё же я управилась в срок, и даже аудиторию покинула одной из первых.

При иных обстоятельствах, я была бы довольна собой, потому как почти не сомневалась, что по теоретической магии получу максимальный балл. Вот только от меня уже мало что зависело – в десятку я могла войти только в том случае, если Кан-Хен получит меньше восемнадцати баллов… На душе было тошно. Потому что все мои усилия оказались впустую. Потому что сейчас я могла остаться в школе только в том случае, если экзамен завалит другой ученик.

Одно дело – надеяться самой хорошо сдать предмет, и совсем другое – мечтать, чтобы соперника постигла неудача. Низко это и недостойно. Мерзко. Может, и не так уж плохо, если мне придётся покинуть школу. Уже не раз за последние месяцы мне приходилось идти на сделки с совестью и мириться с несправедливостью, кусать локти от невозможности что-либо изменить. Если задержусь в школе, то стану циничной, эгоистичной, изворотливой… А я и так не образец добродетели.

Губы против воли тронула горькая усмешка. Как будто меня кто-то будет спрашивать, хочу я остаться или нет. Завтра утром меня ждёт дальняя дорога. Жаль только, столицу Чонрэя так и не успею посмотреть, направлюсь сразу в порт. Сяду на первый же корабль в Лоссай. Оставшихся денег хватит и на билет, и на первое время, чтобы устроиться… Учебных заведений для одарённых на архипелаге нет, маги в основном самоучки, так что работу найду. Климат мягкий, а затеряться на бесчисленном множестве островов не составит труда. Но, главное – в Лоссайе у женщин равные права с мужчинами… Я немного порасспрашивала Марка о родине его предков, заглянула в пару книг, да и за время путешествия успела сделать кое-какие выводы. Если я где-то и смогу прижиться, в очередной раз попытаться начать всё с чистого листа – так только в Лоссайе…

О своих планах я никому не рассказывала, потому как помнила про обещание Рика. А если спрашивали, есть ли у меня деньги на следующий семестр, то неизменно отвечала, что есть. И ведь не врала, деньги и правда были. Только тратить последние сбережения на оплату обучения я считала самоубийственной глупостью.

Я уже смирилась с тем, что придётся покинуть школу, и сейчас меня терзал только один вопрос. Стоит ли просить Марка проводить меня завтра в порт? С одной стороны, он лоссаец, а значит, поможет договориться с капитаном корабля и, возможно, посоветует что-то дельное. К тому же если Рик попытается меня задержать, то помощь Марка лишней не будет. С другой – один человек всегда привлекает меньше внимания, чем двое. И я не хотела никому говорить, куда собиралась отправиться. Даже Марку. Если уж начинать всё с чистого листа, то обрывать все связи…

Объявления официальных результатов семестра тоже можно было не дожидаться. Но в порт всё же разумнее отправляться рано утром, а не в середине дня. Да и, что кривить душой, мне было интересно увидеть итоговый рейтинг.