Юлия Архарова – Школа на краю света. Загадочный Чонрэй (страница 25)

Соглашусь ли я? Позволю кому-то копаться в моей памяти, увидеть тайные мечты и сокровенные желания? Конечно нет.

Покачала головой.

– Я тоже не хочу проходить через эту процедуру второй раз, – сказал Вэйн и пошёл прочь. В другую сторону, нежели его отец.

Второй раз?.. Наверное, ему сканировали память, когда расследовали убийство Хани. И раз Вэйн остался в школе, то его официально признали невиновным… Но тогда почему все считают его убийцей? И сам Вэйн этого не отрицает?

Ничего не понимаю.

– Спасибо!.. – крикнула я вслед, но парень не обернулся.

Некоторое время я стояла в коридоре, обдумывая сложившуюся ситуацию.

Когда поступала в Чонрэйскую высшую школу магического искусства, то была твёрдо намерена не высовываться, не искать неприятностей и просто тихо учиться. Действительность всё расставила по местам. Характер не спрячешь. Я не привыкла идти против совести… Но если так и дальше пойдёт, то я долго в школе не продержусь.

Надо брать пример с Сины и думать в первую очередь о себе.

Вэйна и Рика стоит поблагодарить, что они не упомянули о моём участии в той истории. Раз подобная ситуация устраивает всех, то нечего пытаться рассказать правду и всё изменить – правда никому не нужна. Да и не поверит мне никто. У Рика больше свидетелей и поддержка семьи, а я всего лишь бедная чужестранка. Для меня эта школа – последний шанс, и я буду полной идиоткой, если его упущу…

– Анастасия, – вырвал меня из задумчивости голос ректора. – Вы, случаем, не ко мне?

Я неуверенно покачала головой.

Надеюсь, ректор Хон не видел спонтанный урок, который в нарушение всех школьных правил провёл Вэйн несколько минут назад.

– Может быть, хотите что-то рассказать? – прищурился маг.

– Нет. Ничего, – немного поспешнее, чем следовало, ответила я.

– Что ж… если надумаете поговорить, мои двери всегда открыты.

– Да, ректор… Тогда я пойду?

Маг кивнул и пошёл в свой кабинет.

Оставалось лишь гадать, знал ректор о том, что на самом деле произошло вчера, или нет…

Я до крови прикусила щёку с внутренней стороны и мысленно дала себе пощёчину. Всё, хватит! Отныне я сама по себе и мне нет дела до проблем других людей! Да и Вэйн настоятельно просил не вмешиваться.

Глава 9

Прошло три месяца. Вернулся из поездки учитель Догэн и продолжил до изнеможения гонять нас на полигоне. Как и предупреждала Сина, ни моросящий дождь, ни выпавший снег не считались тому помехой. Впрочем, зима началась не так давно, сугробов ещё не намело, а местные морозы казались мне лёгкой щекоткой. Гораздо больше неудобств доставляли пронизывающий ветер и колючий ледяной дождь…

Шумиха по поводу нападения на Юну давно стихла. Вэйна оштрафовали на какое-то дикое количество баллов. Компанию Рика за драку не наказали, но и никак не наградили. А сама Юна получила пару красивых платьев, стала девушкой Джитэ и в столовой сидела рядом с местной элитой.

Друзей у меня не появилось, особых врагов тоже – имелись лишь приятели и недоброжелатели. С Синой, Маиной и Хойей сложились неплохие отношения, как и со старшекурсницами, с которыми мы ели за одним столом. Лана меня демонстративно игнорировала и лишь иногда отпускала колкие замечания.

Парней я старалась избегать и за пределами школьных аудиторий почти с ними не общалась. Особенно сторонилась Вэйна, Марка и Рика… Я всё так же сидела за одной партой с нелюдимым отличником, но за день мы с ним перебрасывались от силы парой фраз. Марк, казалось, утратил ко мне всякий интерес, да и Рик тоже. Впрочем, иногда я замечала, что старшекурсник на меня смотрит. От этих взглядов словно мороз шёл по коже.

Я решила в полной мере оправдать щедро подаренное Хойей прозвище и действительно стала заучкой. Всё свободное время проводила за учебниками и конспектами или отрабатывала заклинания. Часами пропадала в библиотеке, так как многие книги выносить не разрешалось, да и заниматься там было комфортнее, нежели в своей комнате.

А ещё я теперь придерживалась исключительно главных коридоров замка и старалась не ходить по ним в одиночестве. Если поблизости не было учеников или учителей, то просила составить мне компанию кого-то из слуг.

Я стала параноиком и всеми силами избегала неприятностей. Пока это удавалось.

Школьную программу я тоже почти смогла нагнать. Проблемы оставались только с лоссайским. Но и тут я достигла определённых успехов и знала язык островитян лучше, чем половина курса. Экзамен по лоссайскому вряд ли завалю, а если другие предметы сдам на отлично, то есть вероятность, что мне всё же удастся войти в десятку лучших учеников… Если, конечно, никто не устроит подлянку.

За эти месяцы Сина не раз пакостила мне по мелочам. Дважды проливала на конспекты чай, как-то и вовсе тетрадь с моей домашней работой исчезла. Другие ребята тоже не оставались в стороне, а потому всё время приходилось быть начеку. Если бы не однокурсники, у меня насчитывалось бы на пару десятков баллов больше.

Разумеется, я была не единственной жертвой – доставалось всем, кто теоретически мог попасть в десятку лучших учеников. За исключением Вэйна. Его слишком боялись.

Вероятно, мне стоило присоединиться к забаве, устроить пару мелких недоразумений для конкурентов. Но я не хотела грязно играть – не настолько отчаялась и не потеряла чувство собственного достоинства.

На завтраке среди первокурсников наблюдалось тревожное оживление. Все словно чего-то ждали. Одни – с предвкушением и надеждой, другие – с тревогой и страхом. Некоторые старшекурсники тоже заметно нервничали.

Сердце кольнуло нехорошее предчувствие. Неужели опять что-то стряслось? Да нет, вроде в последние месяцы было тихо. Произошло несколько мелких инцидентов, в которых, по слухам, была замешана компания Рика, но ничего серьёзного.

Я поставила на поднос пиалу с рисовой кашей, фруктовый салат и стакан компота. Прошла к своему столу.

– Приятного аппетита, – улыбнулась я. – А что за день сегодня такой? Что-то случилось?

– До сессии две недели, – облизав ложечку, которой ела вишнёвое варенье, пояснила Маина.

– И… что?

– После завтрака вывесят промежуточный рейтинг успеваемости, – сказала Сина.

Соседка сегодня была более хмурой и неразговорчивой, чем обычно, но утром я не придала этому значения.

– Теперь новый рейтинг будут объявлять каждый день, – добавила Хойя.

Ах вот оно что!.. Я тоже почувствовала тревогу, и аппетит разом пропал.

Раньше о своём месте в рейтинге мне оставалось лишь гадать. Я знала, что училась лучше многих, но могла только надеяться, что войду в десятку или окажусь близко к желанному месту в списке.

В столовую вбежал растрёпанный первокурсник.

– Рейтинг вывесили!

Тут же половина студентов вскочила с мест. Послышался звон разбитой посуды, грохот опрокидываемых лавок. Парни и девушки потоком устремились на выход. Наш стол опустел. Сина выбежала из столовой одной из первых, Хойя и старшекурсницы ненамного от неё отстали.

– А тебе не интересно? – удивилась Маина.

По успеваемости она была одной из последних на курсе. Красивые наряды, сладости и парни интересовали Маину больше, нежели учёба. И если первого и второго у неё имелось с избытком, то последнего недоставало – розовощёкая пухленькая чонрэйка была далека от местных канонов красоты.

– Интересно, – сказала я, отодвигая от себя пустой салатник. – Но если увижу рейтинг на несколько минут позже, ничего не изменится. Толкаться не хочется.

– И то верно, – кивнула однокурсница и, забавно сморщив носик, добавила: – Я тоже не люблю толпу.

Из столовой мы с Маиной ушли последними.

Даже тем, кого не волновала собственная успеваемость, было интересно, кто в этом семестре станет лучшим учеником, кто худшим, и кто из бедняков-первокурсников останется учиться в школе. Ан-Джитэ и вовсе принимал ставки… Студентам из богатых семей, по большому счёту, было всё равно, на каком они месте. Хотя в десятке оказаться престижно, а среди первых учеников и подавно. Другое дело студенты, чьи семьи не могли похвастаться особым благосостоянием.

В холле стоял шум и гам. Рыдали несколько первокурсников. Кто-то смеялся. Кто-то кого-то поздравлял.

Я ловко протиснулась к стене, на которой висели пять полотен с текущими рейтингами студентов школы. Лучшие ученики вверху списка, худшие – в конце. Напротив каждого имени количество набранных и потерянных баллов, а затем красной тушью итоговый результат. Разрыв между позициями в рейтинге был небольшой – нередко он составлял всего пять-десять баллов. Вот только я знала, как сложно заработать в школе каждый балл.

Дисциплинарные штрафы имелись у всех без исключения учеников. Они исчислялись десятками, у некоторых – сотнями. У меня значилось сто тридцать девять штрафных баллов. Откуда столько?! Больше на курсе только у Марка и Джитэ, ну и у Вэйна. Тот оказался рекордсменом и по набранным баллам, и по штрафным. Как результат – девятое место среди лучших учеников.

– Поздравляю, тебе удалось меня обогнать, – услышала я за спиной насмешливый голос Марка.

Он значился в рейтинге успеваемости на девятнадцатом месте, а я – на тринадцатом. Вот только радости я не чувствовала никакой. Меня медленно захлёстывало отчаяние. Я надеялась, что окажусь не ниже одиннадцатого места. За оставшееся время можно попытаться подняться на одну позицию, но сразу на три – невозможно!