Юлия Архарова – Лиса для Алисы (страница 4)

Я подошла к старому, с поблекшей амальгамой зеркалу в прихожей. Сейчас, редкий случай, мне собственный внешний вид нравился.

Из зеркала на меня смотрела худощавая девушка среднего… нет, благодаря каблукам уже высокого роста. Голубой цвет блузы оттенял фарфоровую кожу и рыжину волос. Юбка-футляр подчеркивала узкую талию и плавную линию бедер. Возможно, у меня и нет таких соблазнительных форм, как у Кэт, но фигура все равно стройная и красивая… О том, что блузу я купила, еще будучи студенткой, а юбку и вовсе носила с последних классов школы, думать себе запретила.

– У меня новые классные туфли, – сказала я собственному отражению. – И новая я – тоже классная, уверенная в себе девушка.

Шла на работу я с мыслью, что, начиная с этого понедельника, все будет по-другому.

– Лиска, какие туфли! Да ты с ума сошла! – тетушка Ада сразу заметила обновку. – Дорогие, наверное? Рассказывай, где брала? Сколько отдала?

– Да не помню точно… Меня Кэт на распродажу вытащила, – попыталась увильнуть от прямого ответа.

– Твоя Кошка, и на распродажу? – удивилась тетка. – Она же всегда говорила, что посещать распродажи ниже ее достоинства. Рассказывай!

– Да вот… – начала я и стушевалась.

Врать никогда не умела и не любила, наверное, поэтому меня так задели слова того странного азиата.

Поняв, что Ада не отстанет, я со вздохом выложила, где и за сколько купила туфли.

– Ты определенно сошла с ума! – подытожила тетка. – Не с твоей зарплатой такие покупки делать. Или богатого кавалера нашла?

– Какой кавалер? Откуда?..

– С таким подходом ты себе ухажера и не найдешь, – припечатала Аделаида. – Лис, если у тебя дорогие туфли, то и остальная одежда должна быть соответствующая. Да и не обращают мужчины внимания на детали, важен общий вид девушки.

– Ну… надо же с чего-то начинать… – пробормотала я.

В словах тетки был смысл, но мне не хотелось признавать ошибку.

– К тому же сразу видно, что на высоких каблуках ты ходить не умеешь. Лис, ты не ходишь, а будто сваи забиваешь… Эх, жаль, что теперь туфли сдать нельзя. Столько денег на ветер спустила!

И вот что тут можно сказать? Что мне нравятся туфли? Что я чувствую себя в них увереннее?.. К слову, уверенности порядком поубавилось. Ада, как не раз бывало, с легкостью втоптала в грязь мое чувство собственного достоинства.

– Знаешь что, дай-ка примерить! Заодно покажу, как в таких туфлях надо ходить.

Размер обуви и одежды у нас с Адой был один. В особо тяжелые годы после смерти мамы мне нередко приходилось донашивать одежду за тетушкой.

Аделаида сделала пару кругов по читальному залу, сопровождаемая восторженными взглядами немногочисленных утренних посетителей. Походка у рыжеволосой женщины оказалась легкая и грациозная. В отличие от меня, она и правда умела ходить на высоких каблуках, а ее стильный костюм лучше гармонировал с дорогими туфлями, чем моя старая одежда.

– Ну как? – остановившись напротив меня, спросила тетка.

– Тебе идет, – только и могла сказать я.

– Именно! – Ада довольно улыбнулась. – Если не сможешь носить, я у тебя эти туфли куплю. Со скидкой, конечно.

– Да буду я их носить, – буркнула я. – Сама буду.

– Ну, как знаешь, – пожала плечами библиотекарь и стряхнула несуществующую пылинку с лацкана своего пиджака. – Мое дело предложить.

После разговора с Адой я специально подловила в коридоре Германа Карловича. Вопреки моим чаяниям, и тут чуда не произошло. Скандинавский бог скользнул по мне равнодушным взглядом, а затем, как обычно, улыбнулся, не разжимая губ.

К полудню непривыкшие к высоким каблукам ноги болели. К вечеру некогда удобная обувь превратилась в пыточные колодки. Снять туфли не позволяла гордость, да и не была я уверена, что потом смогу их надеть, а мне еще до дома добираться… Пожалуй, еще никогда я так не ждала окончания рабочего дня.

Я стояла около поста охраны и собиралась с силами для рывка к метро, когда ко мне подошла бабушка-одуванчик из справочного бюро.

– Лисонька, девонька, сбегай на второй этаж, передай бумаги! – старушка всучила мне папку.

Чуть в голос не застонала.

В справочном бюро я не работала и разносить бумаги была не обязана, но тамошним старушкам иногда помогала. Гораздо проще оказать услугу, чем объяснять, что входит в сферу твоих обязанностей, да и приучила меня мама старших уважать.

– Раиса Андреевна, я спешу и…

– Ой, Лисонька! Я, может, и старая, но точно не слепая. Ты уже пять минут стенку будки подпираешь… Или, может, ждешь Германа нашего? – библиотекарь подмигнула.

– Германа Карловича? – попыталась притвориться дурочкой я.

– Карловича, да. Ада говорила, ты к нему неровно дышишь.

Когда карабкалась на второй этаж, костерила всех на чем свет стоит. Себя – за слабость и бесхребетность. Кэт – потому что уговорила купить туфли. Тетку Аду – потому что распускала слухи и не предложила одолжить денег до зарплаты. Старушку Раису, которая без меры эксплуатировала молодежь. Германа… За что ругать Коха, так и не придумала. Не виноват же он, что я ему не нравлюсь. Как кому-то вообще может нравиться особа вроде меня?

Себя и туфли было жалко до слез. Когда спускалась обратно по лестнице, чуть не плакала.

Открыла сумку, потянулась за носовым платком. Хотела промокнуть глаза – еще не хватало, чтобы тушь потекла…

Нога подвернулась. Бесконечно долгую пару секунд я балансировала на краешке ступеньки, а затем полетела вниз… Полет был недолгим, я толком испугаться не успела. Меня подхватили сильные руки.

– Жить надоело?.. – раздался голос у самого уха.

Из-под криво обрезанной челки на меня смотрели раскосые глаза. Янтарные. Нахальные.

Я практически лежала на лестнице. Еще бы чуть-чуть, и пересчитала спиной все ступеньки до первого этажа. Извернувшись под невероятным углом, давешний азиат удерживал меня на весу.

От Ли Су Хена пахло осенним лесом – кедром, спелой ежевикой и костром. Теплый, успокаивающий коктейль запахов, который совсем не вязался с тем набором чувств и эмоций, которые парень у меня вызывал.

Он поставил меня на ноги и тут же отстранился, будто даже находиться рядом со мной ему было неприятно. Я вцепилась мертвой хваткой в перила, ноги дрожали.

– Жить надоело, спрашиваю? – чуть приподняв бровь, повторил вопрос Ли Су Хен.

Содержимое сумочки рассыпалось по лестнице. Сама сумка и вовсе валялась на площадке первого этажа.

– А?.. Нет, конечно…

Давешний нарушитель спустился на несколько ступеней и подобрал мой паспорт. Раскрыл книжечку и удивленно хмыкнул. Затем окинул меня с ног до головы оценивающим взглядом.

– Что-то не похоже, – парень криво усмехнулся и припечатал: – нуна[5]!

Понятия не имела, что значило это самое «нуна», но вряд ли нечаянный спаситель наградил меня лестным эпитетом.

– Спасибо… – прошептала я, – что спас меня…

Под взглядом янтарных глаз почувствовала себя неуютно. В них не отражалось ни участия, ни симпатии. Губы парня презрительно кривились, показывая, какой жалкой он меня считает.

Провела рукой по волосам, отмечая, что пышный хвост сбился набок. И только потом заметила, что шов на узкой юбке разошелся до середины бедра, выставляя на всеобщее обозрение кружевную резинку чулок.

– Ой, – пискнула я, пытаясь стянуть вместе лоскуты ткани.

Хотелось провалиться сквозь землю. Лишь бы только не видеть эту сардоническую усмешку и нахальные раскосые глаза.

– Держи, нуна, – парень протянул мне паспорт. – Не стоит документами разбрасываться.

Пару секунд я колебалась, какой рукой взять паспорт. Правой – держалась за перила, левой – пыталась стянуть вместе лоскуты юбки. А потом на лестнице послышались шаги.

Испуганно обернулась. Когда на площадке второго этажа показался Герман Карлович Кох, сердце ушло в пятки.

Я мысленно взвыла. Ну почему?! Почему мне так не везет?!! Почему свидетелем моего позора должен стать именно Герман? Будто одного азиата было мало… К слову о странных азиатах, парень куда-то исчез. Паспорт одиноко лежал на ступеньке у моих ног.

Порванным краем юбки я прислонилась к перилам. Попыталась сделать вид, что посреди лестницы просто так стою, интерьером библиотеки любуюсь. А то, что ступени, будто осенние листья, усеяли женские мелочи из моей сумочки – это уборщица плохо за порядком следит, и я тут совершенно ни при чем. Вдруг Герман, как обычно, меня не заметит?

– Алиса Степановна, вы как? Не ушиблись? – в голосе заведующего фондом редких и ценных изданий слышалась неподдельная тревога. В другое время я бы вниманию Коха к своей персоне обрадовалась, но не сейчас.

– Нет-нет, Герман Карлович, все в порядке, – поспешила успокоить коллегу. – Просто сумку уронила. Ничего страшного.

Быть может, заведующий мимо пройдет? Не обратит внимания на мою проклятую юбку?..

– Вижу, что далеко не в порядке. – Скандинавский бог остановился на пару ступенек ниже меня, протянул руку. – Давайте, помогу спуститься.

– Да нет, я как-нибудь сама. – Даже заставить себя посмотреть в сторону Германа не могла, не то чтобы встретиться с ним взглядом.