Юлия Архарова – Без права на любовь (страница 2)

Имелось еще несколько человек, которые могли бы пролить свет на происходящие в столице события, вот только не было никакой гарантии, что этих людей не арестовали, что в их домах не устроены засады.

– Выходит, все, что нам остается, – тихо сидеть дома и надеяться, что ночью в дверь никто не постучит? – не поворачивая головы, произнес Шейран Ферт.

– Боюсь, что так, господин.

Ферт закрыл глаза и мысленно выругался. Чувство бессилия сводило с ума. Он привык добывать информацию, а не теряться в догадках; действовать, а не ждать.

– Киртан, как только рассветет, отправляйся на улицы. Во-первых, мне нужен полный перечень тех, кого схватили за последние дни. Во-вторых, предоставь список дворян, которых отправили на подавление восстания в Эрлию или по каким-то иным причинам выслали из столицы. В-третьих, нужны имена лиц, которые погибли или пропали без вести за последний месяц. Особенно обрати внимания на странные смерти при невыясненных обстоятельствах, несчастные случаи…

– Милорд, не уверен, что за одно утро успею собрать столько сведений, – вздохнул Киртан.

– А ты постарайся. Не мне тебе объяснять важность подобной информации в текущей ситуации… К полудню жду от тебя отчет.

Как только за конюхом закрылась дверь, Дэн спросил:

– Что думаешь?

Виконт повернулся к другу, устало оперся о стену. Стоило признать, отправляться ночью на вылазку было не лучшей идеей еще по одной причине – за последние дни Шейран сильно вымотался. Усталые люди чаще допускают ошибки. А сейчас он не мог себе позволить ни одного просчета, слишком многое стояло на кону.

– Мы оба с тобой понимаем, – тщательно взвешивая каждое слово, начал говорить Шейран, – если бы Харрис хотел убить Олибриаса, то обставил смерть императора так, что на него самого не пала бы даже тень подозрения в убийстве. Правитель тихо бы умер от неизлечимой болезни, или сломал шею при падении с лошади, или подавился рыбной костью за обедом… У Харриса, как главы секретной службы, имелись необходимые навыки, средства и люди, а также добрая сотня возможностей… Но пронзенное мечом сердце? Это слишком мелодраматично. Как в трагической слезливой балладе… С обнаженным мечом на императрицу тот человек, которого я знаю… знал, бросаться бы тоже не стал.

– Ты прав, – вздохнул Дэн. – Мы все-таки опоздали. Более того, недооценили масштаб угрозы. Думали, заговор направлен против Харриса с целью спровоцировать его, сместить с должности, быть может, даже убить, а в итоге не только не смогли предотвратить восстание в Эрлии, но и прозевали переворот.

– Я тоже заметил, что все как-то очень не вовремя случилось… – Шейран иронично заломил бровь и зло усмехнулся. – Или, наоборот, вовремя?

– Похоже, восстание в Эрлии было лишь отвлекающим маневром для переворота. Кто бы ни был истинным виновником произошедшего, в одном не сомневаюсь, этот человек – враг Рианской Империи.

Шейран кивнул.

Олибриаса сложно было назвать хорошим правителем, он больше времени отводил отдыху и развлечениям, чем государственным делам. Обожал охоту и пиры, злоупотреблял вином, часто менял любовниц. При нем слишком много власти получили северяне – выходцы из провинции Орлин-Хэйн, а старая знать, наоборот, потеряла прежнее влияние; были необоснованно увеличены налоги, прошла спорная реформа во флоте… И все же в самой Империи сохранялась пусть и шаткая, но стабильность. Сейчас же у Ферта было такое чувство, что страна катилась в пропасть.

Кто бы ни стоял за переворотом, какие бы цели этот человек ни преследовал, в одном виконт был уверен – в произошедшем так или иначе замешана императрица Гейра. Осталось выяснить, кем она была – марионеткой или кукловодом, и решить, что делать дальше.

– У нас немного вариантов. Или бежать из столицы. Или остаться и постараться разобраться в случившемся, – сказал Дэн.

– Выбраться из Артании сейчас будет сложно. Так что я остаюсь. К тому же какая разница, убьют меня при попытке сбежать из города или казнят как сообщника Харриса?

– Согласен. Я тоже остаюсь. Можешь на меня положиться.

– Другого ответа я и не ждал, – слабо улыбнулся Шейран. – Дэн, иди спать. Обсудим наши действия, когда Киртан предоставит больше информации.

Маг кивнул, поднялся с кресла.

– Тебе тоже не мешало бы отдохнуть. Завтра будет тяжелый день.

«Если мы до этого дня доживем», – мысленно закончил фразу за мага Шейран. Врагам, без сомнения, известно, что они прибыли в столицу. Знал противник и то, что виконт Ферт и мастер Райт не просто служили в известном ведомстве, но и состояли на особом счету у покойного герцога Харриса. Притом сам Шейран был его доверенным лицом. А значит, про них точно не забудут. Вопрос в том, как поступят заговорщики. Предпочтут их без шума устранить? Или демонстративно схватить? Или, быть может, переманить на свою сторону?..

– Не думаю, что смогу уснуть.

– Шей…

– Иди, я хочу побыть один.

Когда за другом закрылась дверь, виконт устало откинулся в кресле, закрыл глаза. Шейран чувствовал себя так, будто у него выбили почву из-под ног. Сердце сжимала горечь потери. Харрис был не просто его начальником, а еще другом и наставником.

Ферт пообещал себе, что во что бы то ни стало вернет герцогу доброе имя.

– Анди! – отчетливо произнесла Марта, и в комнате зажегся свет. – Скажешь «литма», свет погаснет, «анди» снова загорится. Понятно? – Подтверждая сказанное экономкой, комната на секунду погрузилась в темноту, а затем вновь озарилась мягким светом.

– Да, – сказала я, осматриваясь.

Что тут может быть непонятного? «Анди» – на древнем языке значило свет, «литма» – тьма. Язык давно позабыли, носителей не осталось, но его использовали для своих целей маги. Разумеется, какой-либо силой сами по себе слова мертвого языка не обладали, их просто приспособили для активации артефактов. Я этот язык тоже не знала, наставница заставила выучить лишь два десятка слов, которые чаще всего использовались. Артефакты можно настроить реагировать на любой звук, будь то хлопок в ладоши или команда на имперском языке. Но в таком случае высока вероятность случайной активации, использовать мертвый язык гораздо удобнее и безопаснее.

Комната мне досталась большая и при этом уютная. Интерьером явно занимался человек, не обделенный художественным вкусом. Кровать застелена расшитым цветами покрывалом. Напротив ложа вдоль стены разместились трюмо с пуфом и выкрашенный белой краской платяной шкаф. По центру помещения стояли круглый стол на гнутых ножках и два кресла, обитых тканью в тон к покрывалу.

Без сомнения, эта комната предназначалась для женщины. Интересно, кто здесь жил раньше. Неужели Эллина? Жену мага я легко могла представить в этом интерьере. Да что там, здесь она бы смотрелась гораздо уместнее меня…

Мягкий свет лился из подсвечников, закрепленных на стенах. Мне не нужно было обладать магическим зрением, чтобы видеть – зажженные свечи на самом деле иллюзия – фитили не горели, воск не плавился, огонь не обжигал. Похоже, лорд Ферт не бедствовал, раз мог позволить себе снабдить магическими светильниками даже гостевую комнату. И пусть, насколько я могла судить, такого рода артефакты довольно просты в изготовлении, вот только вещи, сделанные магами, никогда не стоили дешево.

Но вовсе не магические светильники и красивая мебель в первую очередь привлекли мое внимание. Основным достоинством комнаты определенно был большой оконный проем, красиво задрапированный шторами. Я с трудом подавила порыв подбежать к окну и выглянуть на улицу. Успеется.

– Что-нибудь желаете… Алана? – раздался старческий голос у меня за спиной.

Экономка определенно не знала, как ко мне обращаться. Поведение домоправительницы наводило на мысль, что у Марты прочное положение в доме и дозволено ей больше, чем обычной служанке высокого ранга.

Мне не нужно было видеть собственное отражение в зеркале, я и без того знала, как выгляжу. Вид у меня усталый, измученный, если не сказать изнуренный. В кожу въелась дорожная пыль. Коса растрепалась, волосы спутались. Одежда на мне недорогая, мятая и грязная. А кроме того, от меня несет конским потом. Разве может уважающая себя девушка разгуливать в подобном виде? Нет, конечно! К тому же ростом и телосложением я скорее похожа на девочку-подростка. То, что я всегда выглядела на два-три года моложе собственного возраста, было моим проклятием и благословением одновременно… Неудивительно, что у домоправительницы язык не поворачивался назвать такую гостью госпожой.

Спрашиваете, чего я хочу? Остаться одна, упасть на кровать, уткнуться лицом в подушку… А еще лучше, чтобы последние недели оказались кошмарным сном, и проснулась я в своей хижине на окраине деревни… Нет, не недели – годы! Чтобы жива была мама и верные ей люди, чтобы мне больше не приходилось скрываться, врать, убивать…

Вот только экономка не об этом спрашивала. Она явно не могла изменить мою судьбу или стереть воспоминания.

– Перед сном я хотела бы ополоснуться. Чего-нибудь перекусить тоже не отказалась бы.

– Ванная комната там, – Марта указала на дверь, которая пряталась в тени платяного шкафа.

И как я такую важную деталь пропустила? Минус мне за невнимательность.

Я распахнула дверь и крикнула в темноту: «Анди». Небольшое помещение тут же озарилось светом, и, к моему удивлению, это действительно оказалась ванная комната. По центру помещения на гнутых львиных лапах возвышалась чугунная ванна. Притом размера она была такого, что я могла вытянуться в ней во весь рост и еще бы место осталось. Судя по системе из труб и кранов, которая нависала над ванной, дом Ферта был оборудован водоснабжением. Также в комнате имелись умывальник с большим зеркалом и напоминающий вазу предмет, в котором я не без труда опознала прибор для справления известных нужд. Справа от двери стоял открытый стеллаж, на котором разместился целый ряд из баночек с разнообразными шампунями, маслами и солями, а также стопка пушистых полотенец.