Юлия Антонова-Андерссон – Колдовство в Скандинавии. Представления о дьяволе, процессы над ведьмами и ведовство (страница 6)

Как-то раз семья из провинции Вестергётланд пригласила священника изгнать черта из дома. Увидев пастора, дьявол усмехнулся. «Ты сегодня сослужил мне службу! – сказал он. – Первым ты надел левый ботинок, а уж затем только правый!»

Так всё и было. Так и не смог священник провести ритуал и ушёл ни с чем.

В ряде преданий дьявол оказывает знаки внимания занимающейся самолюбованием супруге пастора. В провинции Халланд рассказывали о жене священника, которая постоянно была недовольна собственной прической и шляпой. Все время она крутилась перед зеркалом, поправляя волосы или одежду. Как-то в воскресенье пастор не стал ее дожидаться и отправился в церковь один, чтобы не опоздать на службу.

По дороге встретился ему незнакомец. Священник спросил его, куда тот держит путь, на что он ответил: «Иду в усадьбу священника, помогу госпоже уложить волосы». Пастор понял, с кем дело имеет и крикнул: «Нет! Во имя Господа заклинаю тебя убраться отсюда!» Услышав призыв к Богу, черт подчинился и убежал, ну, а пастор бросился домой, схватил жену и отвез ее в церковь. С тех пор женщина забыла о самолюбовании.

Помочь на мгновение увидеть дьявола – а следовательно, прозреть и прекратить какое-то действие, – мог плащ священника. Если любившая танцевать девушка вставала на лежащую на полу накидку, то видела, что среди мужчин есть один с рогами и копытами, который задает темп и подзадоривает остальных. Любитель карточных игр, накинув плащ пастора, замечал под столом Сатану в образе черной собаки. Все это позволяло избежать соблазна и вовремя остановиться.

Четвертое колесо в телеге

Один из популярнейших шведских сюжетов с дьяволом – история, в которой Сатане приходится стать четвертым колесом в телеге.

Как-то священник в Сконе заметил, что лошади его все в мыле и не могут более тянуть повозку. Как ни пытался державший вожжи батрак подстегнуть их – ничего у него не выходило. Велел ему священник встать перед лошадьми и взглянуть на повозку через упряжь.

– Вижу! – вскрикнул батрак. – Сидит рядом с господином пастором кто-то с рогами да копытами.

– Сними правое заднее колесо и положи в телегу, а потом езжай к дому, что есть мочи, – сказал священник.

Послушался его батрак. Понял черт, что раскрыли его, да принял наказание за то, что помешал священнику: стал он четвертым колесом да бежал со всех ног, чтобы не отстать от повозки.

Нередко рассекреченный черт становился четвертым колесом в телеге

«Дьявольская борьба»

В начале XX века в Швеции разгорелись дебаты о роли дьявола. Некоторые утверждали, что взгляды шведской церкви устарели и предлагали «отменить» веру в Сатану. Эпизоды с участием дьявола и описанием ада и вечных мук предлагалось удалить из церковных книг, изображения в храмах закрасить – одним словом, церковь надлежало «избавить от сатанизма». Священники возмутились: по их словам, дьявол – это всего лишь символ, и в его существование как некоего «чудовища с хвостом и рогами» никто уже давно не верил. Постепенно прения сошли на «нет», но в истории они остались известны как «Дьявольская борьба».

Дьявол в языке

Долгое время дьявола так боялись, что предпочитали лишний раз не называть его «имени». «Вспомнишь черта – он и появится» – поговорка, сохранившаяся во многих языках. Для дьявола существовало множество эвфемизмов: в Швеции это были «страшилище», «старик», «хромой», «злодей», «кислятина», «рогатый Петер/Пер/Эрик», «красный/черный Петер», «старик Эрик/Ханс/Хокан» и так далее.

Если ассоциации с цветом, возрастом и характером вполне объяснимы, то выбор имен не так очевиден – по крайней мере, на первый взгляд. Исследователи установили, что в некоторых скандинавских диалектах Эриком (или «йерком») называли паука и гномов-карликов. Видимо, Старый Эрик – это повелитель всех умелых гномов и подземных жителей, к коим со временем отнесли Сатану.

В современном шведском языке дьявол тоже оставил свой след: прежде всего, в ругательствах. До первой половины XVI века в бранных фразах вспоминали Бога, Иисуса, ангелов или святых. Все изменилось после Реформации: король решил, что подобное должно караться наказанием. Обычно на провинившихся налагали штраф, но иногда их могли лишить таинства причастия, что, по сути, означало социальное изгнание. Более того, слышавший брань с упоминанием Бога, но не заявивший о ней, также считался виновным.

Так центральной фигурой смачных выражений стал черт. Самыми популярными крепкими словечками до сих пор являются fan (черт), helvete (ад), satan (Сатана), jävlar (дьяволы), а также производное от последнего – djävla (чертовски, невероятно, очень).

Глава 5

Пакт с дьяволом

Вплоть до 1770 года заключение пакта с дьяволом считалось одним из самых страшных преступлений. В 1698 году комиссия по расследованию дел о колдовстве, например, сочла сотрудничество с Сатаной более тяжким преступлением, чем государственная измена и предательство короля.

Первым громким делом, к тому же принципиально важным для хода шведских колдовских процессов, стала история Улофа Монссона из Нючёпинга (Nyköping). В 1648 году Улоф признался, что заключил пакт с Сатаной, точнее, заключил лишь наполовину. Он не преследовал цели разбогатеть или отомстить. Его одолевало любопытство: неужто и впрямь можно получить «дьявольское письмо»? Ему не терпелось достать его и похвастаться перед знакомыми.

В итоге его действия раскрылись. Оказавшись перед судом, он раскаялся в содеянном и молил о пощаде. В свою защиту Улоф говорил, что текст договора просто-напросто скопировал из другого источника, сам ничего не сочинял и с дьяволом никогда не встречался.

Рассказ Улофа заставил суд задуматься. Мнения разделились. За помощью судьи обратились к королеве Кристине (1626–1689; годы правления 1632–1654), но та тут же запросила экспертную оценку пастора стокгольмского Домского собора и епископа. Оба считали, что подсудимый заслуживает смерти. При этом они отмечали, что существуют и основания его помиловать, если государыня сочтет нужным и сделает это, не противясь собственной совести.

Решение священнослужители обосновали так: своим письмом Улоф доказал, что отступил от Бога, однако отступников в Швеции немало. Так, одни, разозлившись, отрицают существование единого бога или Троицы. Другие вместо Господа поклоняются скотине или идолам, ангелам или святым. Третьи обращаются за помощью к дьяволу. Четвертые жадны, ленивы, завистливы – и все это смертные грехи. Если казнить всех оступившихся и провинившихся, Швеция опустеет. К тому же и сам Бог милостив и совсем не желает смерти всех грешников.

Неоднозначная оценка «экспертов» оказалась решающей для королевы Кристины, и она приказала помиловать Улофа. Ему грозили лишь дисциплинарные наказания при церкви. После добровольного отречения от престола королева вспоминала, что не верила в пакты с дьяволом, полеты на Лысую гору и тому подобную «чепуху» и запрещала казнить ведьм и колдунов, если только те кого-то не убили.

В Швеции у пособников дьявола наблюдались небольшие гендерные различия. Так, женщины-ведьмы в основном летали на Лысую гору и похищали детей, в то время как мужчины-колдуны заключали пакт с дьяволом ради конкретных целей. Именно подписанные договоры фигурируют в нескольких судебных разбирательствах Большой шумихи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.