Юлия Андреева – Наш друг человек (страница 8)

Меж тем все происходило ровно так, как я себе представляла: после короткой преамбулы Саша поднялась со своего места и начала читать стихи. Филипп, который сначала расположился у ног своей хозяйки, быстро понял, что лежать на полу неинтересно, и отправился обследовать новое помещение. Я с тревогой смотрела на очаровательного пса, заранее переживая за его здоровье. Народу на стихотворчество Ирбе пришло много, нежные лапки и пушистый хвостик были в опасности.

Песик обвел зал скучающим взором и, обнаружив меня, возможно, единственного знакомого здесь человека, вильнул хвостиком. Все-таки теперь мы были официально представлены друг другу, и он мне доверял. Я поймала на себе его взгляд и бесшумно похлопала себя по коленкам – он должен знать этот жест, – приглашая малыша на ручки, точнее на ножки. Филипп степенно подошел ко мне, поставил передние лапы мне на колени. Вопросительный взгляд глаза в глаза – должно быть, спрашивал разрешения, а заодно проверял, понимаю ли я сама язык жестов. Как раз это мне было понятно. Коты тоже так поступают. Новое похлопывание – хорошо, что в этот раз я была в джинсах, – и песик удобно устроился на коленях завзятой кошатницы.

Весь остальной час Филипп сидел на мне, стоял, лежал и снова сидел. Все еще представляя шпица как огромного пушистого кота, я не обнимала и не тискала малыша, понимая, что ему может сделаться жарко и одновременно с тем признавая его право на кошачью свободу и независимость. Лишь время от времени я поглаживала шубку, давая Филиппу понять, что про него помнят, хотя вряд ли я могла бы забыть про сидящую на моих коленях собаку.

Когда творческий вечер подошел к концу, милый песик лизнул мою руку и отправился обниматься со своей хозяйкой.

Казалось бы, вот и конец истории, но это не так.

Будучи под впечатлением от общения с псом-джентльменом, я всем рассказывала об этом приключении, добавляя, что очень довольна тем, что смогла найти подход и общий язык с собакой.

– С какой собакой?! – рассмеялась мне в лицо знакомая собачница.

– Так шпиц-померанец. Я же говорю, целый час у меня на коленях сидел, заметь, не привязанный, массаж принимал, и, полагаю, ему даже нравилось.

– Так они, шпицы по натуре, по характеру не собаки, а что-то вроде котов от собачьего мира. А сама знаешь, с котами у тебя всегда получалось. Так что подвиг не зачтен.

Кошка по обмену

Кошки – это видимая душа дома, потому что время, проведенное с ними, никогда не теряется зря.

Давно уже Маша мечтала о кошке. Простой гладкошерстной, а может быть, пушистой кошке рыжего цвета с белой грудкой и белыми же перчаточками. Простенькая такая, если разобраться, мечта. Не знаю, как в других странах-городах, а у нас в Питере и Ленобласти этих рыжих… ох… просто озолотиться можно.

Тем не менее, Маша это точно знала, кошка должна ее выбрать сама. Или ее подарят каким-нибудь необыкновенным образом, или она появится сама… То есть просто отправиться к заводчику и выбрать самого симпатичного не вариант. Потому как откуда тебе знать, что судьба приготовила тебе именно этого которебенка? А разве против судьбы попрешь?

И тут подруга неожиданно действительно принесла Маше именно такую рыжую кошечку, как та и хотела.

Скажете – вот и знак судьбы? Маша тоже так поначалу подумала, хотя тут же возникли первые сложности. На следующий день она должна была отвезти свою сестру с племяшкой к себе на дачу. Показать им там, как замки открываются-закрываются, куда, уходя, ключ прятать, где какие продукты находятся, да и вообще. Сама же она сразу после этого садилась в поезд и отправлялась в Москву на стажировку.

«Ничего, – решила Маша. – Не проблема, Ксюша с Тамаркой будут рады приглядеть за симпатичной котейкой».

Так и сделала. Доставив родственников на дачу и расцеловав перед расставанием Пушу (это имя она давно уже подобрала для своей будущей кошки), Маша отправилась в столицу.

Когда же она вернулась, кошечка признавала своими хозяйками Ксюшу с Томой, шипя на Машу и отказываясь идти на ручки.

Это было обидно, но Маша решила, что еще не все потеряно.

Сейчас кошечка привязалась к Ксении, потому что та неделю кормила ее и лелеяла, а потом, через недельку-другую, глядишь, и поменяет свою симпатию. Лето еще длинное, все сто раз переиграется. Пока же она так рассуждала, с завистью поглядывая на то, с какой радостью Пуша играет с Тамаркой в клубок.

Пока она наблюдала за этой идиллической картинкой, на веранду зашла Ксения.

– Соседи окотились, – с порога выдала она. – Предлагаю засвидетельствовать, так сказать, свое почтение и между делом договориться о котенке. А то Томка так к твоей Пушинке привязалась: как подумает о расставании – ревет, не сможет дома без кошки!

Пошли.

Маша достаточно хорошо знала своих соседей. Фамилия их была Дьяченко. О таких людях говорят обычно: «Воспринимайте их как данность», иначе никак. Жили они как бог на душу положит, в доме вообще никогда не убираются, сами вечно ходят не пойми в чем. Но вот кошка – кошка у них действительно знатная. Пушистая, с огромным хвостом в стиле «павлин обзавидовался» и кисточками на ушах. Роскошная кошь!

Откуда у неряшливых соседей могла появиться эта невероятной красоты кошка, Маша знала. То есть не само происхождение серой Дымки, последнее оставалось тайной, Маша знала, как кошка оказалась у Дьяченко.

Однажды, дело было осенью, погода стояла теплая, почти бабье лето. Спать легли с открытой форточкой. А когда бабка Алла Дьяченко проснулась утром, рядом с ней в постели преспокойно дремала Дымка.

То есть еще буквально вечером никаких кошек у них не было и в помине, а брать их никто не собирался, а утром кошка нарисовалась.

Причем не просто появилась, а действовала так, словно всегда здесь жила.

Знаете, как ведут себя кошки, попав в чужой дом? В большинстве случаев ныкаются по углам, дня по три не выходят к людям. Некоторые от еды, воды отказываются. А тут совершенно чужая кошка, в незнакомом ей доме, с чужими людьми, причем не самого образцового поведения, а ведет себя так, словно с самого котячьего детства здесь живет и всех знает.

Маша в своей жизни много читала фантастики и даже предположила, что Дымка действительно проживала у Дьяченко, но только происходило это не в нашем, а в параллельном мире, незначительно отличающемся от того, в котором мы с вами живем, ну, например, наличием пушистой кошки, которой в нашем мире до поры до времени не было.

Впрочем, все это лирика. Конечно, идти и смотреть на только что родившихся котят не очень-то и хотелось. Маша понятия не имела, как Ксюша представляет эту судьбоносную встречу своей дочери с ее будущим котом или кошкой, когда ей покажут слепых, красноносых существ, больше напоминающих крысят или хомяков, но только не котят. Как она должна выбрать, если и красота, и обаяние, свойственные кошачьим, начнут проявляться много позже?

Впрочем, спорить не стала. Их провели на веранду, где стояла специальная кошачья тахта, такая древняя и грязная, что на нее не покушались даже грязнули хозяева.

И если прежде Маша нет-нет да и иронизировала, предполагая, что на этой тахте в разное время уходили из жизни несколько поколений Дьяченко, сегодня она могла наблюдать следы недавнего рождения четырех котят.

То есть как кошка родила, так котята и возились на грязной, вонючей подстилке, в давние времена, возможно, бывшей одеялом или покрывалом.

Котят любезно извлекли из-под маминого теплого брюха. Маша села на самый краешек жуткой тахты, а Полина и Ксюша склонились над шевелящейся кошачьей массой, как вдруг самый крайний котенок – он и внешне отличался от остальных малышей, так что, если все котята Дымки были традиционно белые с серым, этот имел бурую шубку, – так вот, этот бурый котенок вдруг отделился от общей котокучи и, слепо тыкаясь мордочкой, дополз до Маши и ухватился лапкой за ее ногу.

Маша даже не успела сообразить, что случилось, а хозяйка уже забрала котенка, отправив его к братикам и сестричкам.

Той же ночью Маша вышла во двор подышать свежим воздухом и невольно подслушала разговор, произошедший между Ксенией и Томой.

– Ну что я могу сделать? Ты же понимаешь, Пуша – кошка твоей тети. Мало того что мы живем в ее доме, я еще должна просить ее отдать нам ее же кошку. Как это называется, по-твоему? Наглость это, и ничего больше! Знаешь, как она мечтала о рыженькой с белыми лапками? Будем к ним заходить в гости, лакомства кошачьи приносить.

– Ну мама. Я же ее люблю. Я жить без нее не могу, – рыдала Тома. – И Пуша меня любит, а тетю Машу не любит, ну ни капельки. Как они будут жить вместе? А я и учиться без нее не смогу, все время буду думать, как там Пуша.

Ситуация назревала наинеприятнейшая, внутренне Маша уже почти что смирилась с потерей кошки, но только она же знала Ксению: даже если она сама предложит Томе забрать Пушу, Ксенья, с ее повышенным чувством справедливости, наверняка сразу же пойдет в отказ. Как она может забирать у сестры ее единственную кошку!

Ради этой самой справедливости Ксения могла горы свернуть, ну или упереться как баран, танком с места не свернешь.

Второй раз они увидели котят, когда те весело носились по соседскому дворику, играя в догонялки. Шикарная мама грациозно возлежала в тени и прохладе, краем глаза наблюдая за своими малышами.