Юлия Алексеева – Баба-Яга и Лягушка. Приключения в Волшебном лесу. Книга I (страница 13)

За ужином он сказал лягушке: – Света, понимаю, что ты настроена очень решительно. Поверь, я очень тебе за это благодарен… Сегодня последний шанс все отменить. Завтра утром посланник отца будет здесь.

Света едва дала ему договорить: – Константин Трипетович, я не боюсь. Ведь рядом вы с Фомой. И Ядвига Игоревна сказала, что, если что-то выйдет из-под контроля, чтоб я тут же вызвала ее. Два самых могущественных волшебника в меня верят. Все будет нормально. Это же всего лишь маленькая ложь.

– Ну да, маленькая ложь. Вот только кому…Весь день я пробовал вызнать кого пришлет отец. Понимаешь, это может быть кто угодно, в самом ужасом облике, – не на шутку волновался Кощей.

– Костяш, помнишь, как Чернобог злился, что ты перешел на сторону Велеса, потом злился, что ты остался в чертогах сторожем работать, потом, когда мы с тобой подружились. Злость и недовольство – это постоянное состояние твоего батюшки. Не накручивай себя. В конце концов ты сын Чернобога и Мораны, самый могущественный колдун на земле, хоть сам уже об этом позабыл, – воодушевленно поддержал Кощея Фома.

– Сын Мораны…, – начала было удивленная Света расспросы, но осеклась под строгим взглядом капибары.

– Ты прав, друг мой, – Кощей будто очнулся от своих невеселых мыслей, кто бы ни был посланником, мы справимся. Может хватит врать? Я ведь Кощей…, – он развернулся и быстро вышел из гостиной.

После нескольких минут молчания Света не выдержала и накинулась с вопросами на Фому: – Мама Константина Трипетовича – богиня смерти? Ужас! Хоть бы намекнули! А если Чернобог ее пришлет? Вот это да!…

Фома иронично смотрел как Света в волнении скачет по комнате. Покачивая головой, капибара остановил панические вопли лягушки: – Не волнуйся, маму он точно не пришлет.

– Рассказывай! Чего я еще не знаю?! – упрямилась Света.

– Богиня смерти! Скажешь тоже. Вот ведь горазды люди преувеличивать. Морана спокойно живет за Калиновым мостом, на границе того и этого мира, ближе к тому миру, конечно. Если человек, приходя в иной мир не знает куда ему дальше идти, она наставляет его на путь истинный, как клубок расплетая его духовную и светскую жизнь, чтоб он понял куда ему идти, в мир Нави или в мир Слави. Там не так все просто. Это мне Костяш рассказывал о ней. Морана рукодельница, живет себе тихо, вяжет все время, у нее чертоги свои. Только холодные. Нравится ей холод. Она на Землю, если и приходит, то только зимой. Я ее никогда не видел.

– Хм, мама у него холод любит. Он в Снегурочку был влюблен. С папой проблемы, – Света плюхнулась в кресло. – Все как у людей! Тебе не кажется, что им скорей психолог нужен, чем колдовство?

– Наверное, – тоже присел Фома, – только там травмы тысячелетние. Плюс неограниченная магия.

До позднего вечера лягушка и капибара рассуждали о хрупкости отношений, о человечности магов и богов, о том, чтобы было, если бы вернулся Велес.

В сон Света провалилась, как в бездну. Разбудило ее карканье вороны. Подумав, что это во сне, она зажмурила глаза. Карканье повторилось. Быстро выскочив из кровати, плеснув воды в лицо и наспех вытираясь, лягушка, вскочив в первое попавшееся платье, понеслась в гостиную.

Сбавив шаг у дверей комнаты, Света нерешительно заглянула в нее. Кощей сидел в своем любимом кресле у камина. Фома с подносом накрывал на стол. Никого чужого не было.

– Доброе утро, – лягушка решилась войти, – мне показалось, что кто-то каркает.

– Тебе не показалось, – раздался скрипучий голос откуда-то сверху. Света услышала шелест крыльев. На соседнее с Кощеем кресло спустился очень крупный ворон.

– Света, познакомься – это Кроу, посланник и друг моего отца, – произнес, вставая Кощей.

Он по обыкновению помог ей сесть, придвинув кресло к столу.

– Зеленая невеста Света, – проскрипел ворон.

– Я попросил бы тебя быть любезнее с моей невестой, – с некоторым вызовом обратился к ворону хозяин чертогов.

– Конечно, конечно, невесту сына Чернобога, я буду почитать… Если мне докажут, что она и вправду невеста, – ворон взмахнул крыльями и сделал круг над креслом лягушки.

Фома чуть не уронил кофейник от порыва воздуха, создаваемого крыльями ворона. Он не стал скромничать: – А можно тут без позерства и запугиваний?! Вы, уважаемый Кроу, хоть и посланник, но все же в гостях находитесь. Чего желаете на завтрак? – уже спокойней продолжил капибара.

Ворон покосился на смелого зверька, своим чернильным глазом. Молча, острым как кинжал клювом, перебрал свои смоляные перья, после продолжительной паузы, проскрипел: – Мне кусок кровавого мяса.

Фома хмыкнул, молча ушел на кухню. Вернувшись, через несколько минут, он принес закрытое крышкой блюдо.

Света и Кощей смотрели на него во все глаза. Света со страхом, Кощей с интересом.

– Ваш завтрак, уважаемый, – галантно приоткрыл крышку, поставил блюдо на стол Фома, – кровавого мяса нет, поэтому, милости прошу, отведайте сырой рыбы.

– Что ж, это тоже не плохо, – ворон ловко схватил и проглотил рыбешку.

– Если бы отец изволил предупредить, что посланник именно ты, Кроу, мы обязательно запаслись бы самым кровавым мясом, – с любезной иронией сказал Кощей.

Ворон молча продолжил, есть недовольно сверкнув глазами.

Завтрак прошел в натянутой обстановке. Фома с Кощеем делали вид, что ничего не изменилось, общаясь как обычно. Света молча пила кофе, поглядывая на всех. Ворон ел рыбу, казалось, стараясь это делать как можно громче и противнее.

Закончив завтрак, Фома не выдержал и спросил гостя: – На сколько вы в наши края? Мне бы меню составить.

– До Чернобоговой ночи, – ответил ворон, в эту ночь я должен быть с ним.

Кощей с Фомой, не скрывая радости переглянулись. Ворон окинул всех строгим взглядом и вылетел, в само открывшееся ему навстречу, окно.

– Как всегда я одна ничего не поняла, – надулась Света.

– Ночь с 20 на 21 декабря – самая длинная ночь в году. Раньше Чернобог проводил эту ночь в кругу друзей и близких. Когда-то и я был приглашен, – промолвил Кощей. – Теперь отец со всеми рассорился, проводит эту ночь в компании Кроу, вспоминая былое.

– Опять будет нитки свои распускать, потом сматывать. Бесцельное занятие, – с усмешкой прокомментировал Фома.

 -Нитки? – Света уселась поудобнее в кресле, желая услышать рассказ.

– Да, нити памяти. Чернобог раз в году разматывает клубки с воспоминаньями. То, что он не желает больше помнить, отправляют Моране. Она вяжет из нитей разные вещи, накидывает их на тех, кто идет мимо нее в другие миры. Кто чего заслужил. Добрые воспоминания, тем кто идет в мир Слави. Тяжелые в нагрузку путникам, держащим путь в мир Нави.

– Константин Трипетович, а чего не хочет помнить Чернобог? – стало интересно лягушке.

– Понимаешь, Света, многие вещи, кажущиеся важными когда-то, по истечению времени становятся настолько незначительными, что самое правильное их забыть, освобождая место для нового, – Кощей задумался, – Чернобогу столько лет, что важное превращалось в неважное уже много раз. Есть неизменное, которое он не желает забывать. Например мы – его дети. Хотя, иной раз, очень хочется, чтоб он обо мне позабыл, – вздохнул Кощей.

Фома присел рядом со Светой: – Хватит болтать! Вам надо сосредоточится на Кроу. Злобный ворон будет за всеми следить, особенно за Светой. Сегодня 15 декабря, надо продержаться пять дней.

– Не понимаю, что он может такого увидеть? – недоумевала Света. Тоже мне спец в женихах и невестах.

– Спец не спец, а за свою очень долгую жизнь в людях он разбирается, – капибара открыл ноутбук. – Давай посмотрим несколько видео со свадьбами. Пусть думает, что ты этим сильно увлечена.

Кощей ушел в библиотеку поработать, Фома со Светой остались в гостиной. Они изо всех сил делали вид, что рассматривают в интернете свадебные журналы, видео, открытки. Громком обсуждая аксессуары Света заметила, что темная тень то и дело мелькала за окном. По спине у нее пробегал холод, когда она чувствовала хищный взгляд ворона.

Через несколько часов капибара выдохся. Вспомнив, что ему пора готовить обед он сбежал на кухню. Лягушка еще немного посидела в гостиной, одной было скучно. Беспокоить Кощея в библиотеке она не решилась, мешать Фоме на кухне тем более. Подумав Света решила пойти в свою комнату, пообщаться с Бабой-Ягой, чтоб рассказать ей о посланнике Чернобога.

Быстро перебежав из гостиной в спальню, она подумала и закрыла комнату на ключ, хоть до этого так не делала. Мысль о вороне пугала Свету, особенно когда она оставалась одна.

Не успела лягушка повернуть ключ в замочной скважине, как окно распахнулось, впуская морозный воздух. Она обернулась. На подоконнике сидел ворон.

Сейчас, когда они были один на один, он казался еще страшнее. Холодный блеск глаз, чуть расставленные крылья, острый клюв, делали ворона настоящим хищником.

Он склонил голову набок, изучающе глядя на маленькую лягушку. Света вдруг подумала, что ей никак нельзя показывать свой страх, ведь Кроу явно специально пугает ее.

– Чем могу помочь вам, уважаемый? – почти твердым голосом спросила лягушка.

– Кто заколдовал тебя? Константин сказал, что на тебе проклятье сроком в сто лет. Это правда?

– Ведьма не представилась. Кому как не вам знать о вежливости волшебной нечисти, – с вызовом ответила Света.

– Нечисти? Ты считаешь нас нечистью, при этом собираешься замуж за колдуна. За Кощея Бессмертного, за самого нечистого из всех! – ворон издал скрипучие звуки похожие на смех. – Чем же ты заслужила гнев неизвестной колдуньи?