Юлианна Винсент – Развод с драконом. Я сведу тебя с ума! (страница 31)

— Кейран! — процедил я сквозь зубы.

Кейран Хорт — сын заклятого врага моего отца и мой когда-то хороший друг. По крайней мере, я так думал. Скользнул задумчивым взглядом по его фигуре — для того, кого я проткнул насквозь своим собственным мечом, он был слишком жив и более чем здоров.

— Я смотрю, — язвительно проговорил мужчина, — ты не особо мне рад, дружище! А что так? Не ожидал увидеть меня живым?

— Рад? — я слегка склонил голову, изображая задумчивость. Мой взгляд был ледяным, в нем не было и тени удивления, только скука. — Кейран, я думал, ты уже давно кормишь червей своей подлой тушей.

Внутренне я ощущал, как по спине пробегает холод. Он был жив. Это означало, что либо он невероятно силен, либо за ним стоит кто-то, кто владеет магией, способной воскрешать мертвых. В любом случае, это не сулило ничего хорошего.

— Ты же знаешь, — неопределенно пожав плечами, заметил Кей. — Мне всегда было сложно оправдывать чужие ожидания.

— Да-да, — кивнул я, соглашаясь. — Мужественность и хорошие манеры — это не твое. Ты больше по части подлостей и интриг. И как я посмотрю, смерть тебя ничего не научила — ты все тот же.

— Ты всегда был высокомерен, Дариан, — Кейран сделал шаг вперед, его голос дрожал от сдерживаемой ярости. — Кичился своим благородным происхождением. Ты всегда получал всё. Даже Селесту. Мою Селесту!

Имя «Селеста» ударило меня, словно разряд тока, но я не позволил ни одному мускулу дрогнуть.

— Твою? — я поднял бровь, демонстрируя полное недоумение. — Кейран, ты так же жалок, как твой сумасшедший папаша. Селеста выбрала меня. Прими это, как мужчина. Хотя… ты же не знаешь, как это.

Аластор рядом напрягся, его пальцы уже светились синим от готового плетения.

— Принять? — Кейран издал короткий, гортанный смешок, полный боли. — Легко говорить о принятии, когда столько лет живешь не зная правды.

— Что ты несешь? — опасно прищурившись, спросил я.

Хорт зло рассмеялся мне в лицо.

— Я был так зол на тебя за то, что Селеста отказалась разводиться с тобой, — плохо скрывая отвращение, прошипел Кей. — Я не мог понять ее, ведь мы любили друг друга.

Я понимал, что сейчас он скажет, что угодно, чтобы вывести меня из себя, поэтому старался спокойно реагировать на это заявление.

— Но в тот вечер она заявила, что если я не перестану настаивать на своем, — пустился в дальнейшие объяснения Хорт. — Она запретит мне видеться с сыном.

— С кем? — не понял я, чувствуя, что перестаю справляться с нарастающим гневом.

— Да, дружище, — грустно усмехнувшись, ответил Кейран. — Ребенок, которого ты считал своим, на самом деле был моим сыном.

Эта ложь была грязной, отчаянной, рассчитанной на то, чтобы выбить меня из колеи.

— Ложь, — процедил я опасным, низким голосом, похожим на предупреждающий рык. Я сделал шаг к нему, и Кейран инстинктивно отшатнулся. — Жалкая, отчаянная ложь. Ты пытаешься оправдать свое ничтожество, Кейран? Не трать мое время. Селеста никогда не посмотрела бы на тебя.

— Ты всегда был слишком самонадеян, — фыркнул мне в лицо Хорт. — И поэтому не видел дальше собственного носа. А еще ты слишком много времени проводил на работе. А женщины не любят, когда их надолго оставляют одних. Они начинают скучать.

Я сжал кулаки до побелевших костяшек, казалось, что сам себе сейчас сломаю пальцы, до того мне хотелось разорвать на части этого подонка, но какая-то часть меня все еще отказывалась верить его словам.

— Я был так зол, — продолжал Кей. — Что решил, что твоя смерть будет решением всех моих проблем. Хотел взорвать тебя к чертовой матери и даже установил взрывчатое плетение на твой рабочий экипаж…

Двенадцать лет. Авария. Внутри меня вспыхнул пожар, который я гасил годами. Но я не мог дать ему волю. Не сейчас.

— Ты? — я произнес это с таким презрением, что Кейран вздрогнул. — Это был ты?

— Я! — его глаза горели безумием, он наслаждался моментом, когда мои старые раны кровоточили. — Я убил своего сына, пытаясь убить тебя! Так что я себя уже наказал, а теперь пришло время наказать и тебя!

— Ты больной ублюдок! — цепляясь за остатки разума, прорычал я.

— Это все ты виноват! — он закричал. — Все беды из-за вашей мерзкой семейки! Твой отец украл то, что принадлежало моему! Вы всегда брали то, что хотели! И теперь я заберу свое! Вы заплатите за то, что отняли у меня семью, будущее и честь!

— Честь? — я усмехнулся, вытаскивая меч. Лезвие слабо засветилось в темноте. — Ты сам себя лишил чести, Кейран. А теперь, если ты закончил свою исповедь, принимай наказание за грехи.

Хорт, не выдержав, взревел и в его руке вспыхнула тёмная, нестабильная магия. Он бросился на меня, его движения были яростными, но лишенными хладнокровия. Я легко уклонился, позволяя его магическому сгустку врезаться в стену.

— Слишком много эмоций, Кей. Ты всегда был слишком предсказуем, — я парировал его удар, отводя лезвие в сторону.

Он был силен, но его магия неустойчива. Он не контролировал себя. Я двигался, как тень, блокируя его выпады и нанося точечные удары. Не тратил силы, я ждал его ошибки.

Аластор тем временем сражался с десятком приспешников, его магия была чистой и разрушительной.

Я отбил меч Кейрана в сторону и тот со звоном отлетел к стене. Используя его секундное замешательство, я прижал его к камню, уперев острие своего меча ему в горло.

— Ты проиграл, Кейран, — констатировал я, глядя в его безумные глаза. Мой голос был ровным, в нем не было ни триумфа, ни ярости, только холодная констатация факта. — Опять.

Он не выглядел побежденным. На его губах появилась жуткая, торжествующая улыбка.

— Проиграл? — рассмеялся мне в лицо Хорт. — Ты действительно думаешь, что все это я рассказывал тебе ради победы, Дариан? Ты так зациклен на себе и своей мнимой непобедимости, что не видишь очевидного.

Я почувствовал, как холодок пробежал по моей спине, предчувствуя неладное.

— Все это нужно было, чтобы вытащить тебя, идиота, из школы! — улыбаясь окровавленным ртом, заявил Кейран. — Чтобы ты оставил её одну! Ты думаешь, мне действительно нужна была эта пустышка Элоиза Корбин? Нет! Мне нужен был ты, а моему отцу — твоя Фрея!

Мое сердце сжалось до размеров кулака. Фрея.

— Ты не посмеешь, — прорычал я, надавливая острием меча.

Кей лишь усмехнулся, глядя мне прямо в глаза, не боясь смерти.

— Пока ты тут машешь руками и играешь в неприступность, где-то там… мой отец забирает свое.

Глава 45

Даша

— Ну, здравствуй, Ядви, — прохрипел он и этот голос, полный ледяной злобы и торжества, я узнала бы из тысячи, не смотря на то, что никогда его не слышала. Он был полон смертельной опасности. — Я же обещал тебя найти.

Ядвига, наконец, дрогнула. Ее губы едва заметно приоткрылись, а потом сжались в тонкую ниточку. В глазах вспыхнул такой яростный огонь, что на мгновение страх отступил, уступая место чистой, обжигающей ненависти.

— Ты, подонок, — прошипела она змеей, готовой к броску. — Что ты здесь делаешь? Как ты пробрался сюда?

Хорт откинул голову назад и рассмеялся. Это был низкий, гортанный смех, лишенный всякой радости, скорее похожий на скрежет металла. Он эхом прокатился по двору, заставляя даже деревья вокруг фонтана съежиться.

— Как? — он покачал головой, его золотые глаза насмешливо сверкнули. — Тот, кто ищет вход, рано или поздно его все равно найдет, Ядви. А я искал тебя эти чертовы двенадцать лет. И как же я рад, наконец-то оказаться здесь. В кругу своей семьи.

Его взгляд, полный ядовитой слащавости, переместился на меня. Липкий, тяжелый, словно на меня вылили ведро меда, в котором предварительно завяз рой дохлых мух.

«Фу, мерзость!» — меня аж передернуло.

— Неужели ты не рада мне, внучка? — прохрипел он, делая попытку сесть и распахивая руки. — Скорее иди сюда и обними родного дедушку?

Я почувствовала, как внутри меня все перевернулось. Отвращение и гнев переполняли меня, вытесняя оставшийся страх.

— Бегу и падаю! — фыркнула я, чувствуя, как злость придает мне сил. — Дедушке не стоило вести себя, как придурку. Может быть, тогда он не остался один. И не валялся бы сейчас на земле, как побитая собака.

Услышав это, Хорт лишь коротко и жестко усмехнулся. В его глазах мелькнула молния.

— Грубиянка, — прохрипел он, но в его тоне не было осуждения, лишь странное, болезненное удовольствие. — Вся в бабку. Но видят боги, я хотел по хорошему.

Он поднял руку, его пальцы слегка шевельнулись и я услышала, как он прошептал несколько слов на чужом, незнакомом языке. Эти слова словно пронзили меня, проникли в самое сознание.

Мое тело дернулось, а затем, будто под воздействием невидимых нитей, начало двигаться вперед. Против моей воли, против моего желания, я стала приближаться к Хорту, как марионетка, управляемая сумасшедшим кукловодом.

Паника охватила все мое нутро, но я не могла сопротивляться. Мои ноги шагали сами по себе, руки, тяжелые и чужие, непроизвольно потянулись к его груди.

Я видела ужас в глазах Ядвиги, ее безмолвный крик, но ничего не могла поделать. Я приблизилась к нему, склонилась, и в этот момент на его пальце я заметила знакомое кольцо — из черненого серебра в форме свернувшегося дракона. Его рубиновые глаза хищно блеснули в свете луны, давая мне понять, что сопротивление бесполезно.

Воспоминание вспыхнуло молнией: тюрьма, странная слабость, и тот самый старик, который наложил на меня желание убить Дариана. Это был он. Хорт. А значит, у него были свои люди в инквизиции. Все сходилось.