Юлианна Винсент – Развод с драконом. Я сведу тебя с ума! (страница 23)

— Отдохни, — прошептала она, укрывая меня одеялом. — Тебе нужно восстановить силы.

Я закрыла глаза, проваливаясь в глубокий сон. Стоит ли говорить, что мне снилось лицо этой самой служанки, искаженное гримасой презрения и миндаль, который был разбросан повсюду.

Я резко открыла глаза, чувствуя чье-то пристальное внимание. Надо мной склонился Дариан. Его лицо было бледным и встревоженным.

И тут все вернулось. Ненависть, ярость, непреодолимое желание убить. Я резко подскочила на кровати, чем обеспечила себе звон в ушах, а в моей руке снова возник кинжал. Он словно сам собой материализовался из воздуха, хотя я точно помнила, что оставляла его в кабинете у Марианны. Рука дрожала, но была готова нанести удар.

В голове звучал один-единственный приказ: «Убей Дариана!»

Я отшатнулась от него, задыхаясь от боли, разрывающей мой мозг. Я пыталась сопротивляться, молила о пощаде, но голос в голове был сильнее.

Я закричала, отталкивая его.

— Не подходи ко мне! Я больше не могу с этим бороться!

— Фрея, я… — тихо начал Дариан, протягивая ко мне руку.

Я видела в его глазах страх за меня и злость на то, что он ничего не может с этим сделать.

Та часть меня, которая еще могла хоть немного разумно мыслить, понимала его полностью. Это была та беспомощность, от которой не было спасения.

Дариан посмотрел на кинжал в моей руке, на мое искаженное от боли лицо. И в его глазах мелькнула решимость. Отчаянная решимость.

Он сделал шаг ко мне.

— Дариан, нет! — вновь крикнула я, пытаясь остановить его. — Не надо!

Он не слушал. Он продолжал идти, пока острие кинжала не уперлось ему в грудь.

— Прости меня, Фрея, — прошептал он, глядя мне прямо в глаза. — У меня нет другого выхода. Я должен тебе помочь!

И он сам, своими руками, вогнал кинжал глубже себе в грудь.

Глава 35

Фрея

Мир взорвался тишиной. Я не отрываясь смотрела на свои руки, которые держали этот злосчастный кинжал и тряслись от страха. В нос ударил медный запах свежей крови, голова закружилась и к горлу неумолимо стал подбираться комочек тошноты.

Кинжал, который только что дрожал в моей руке, впившись в грудь Дариана, теперь просто исчез. Растворился, как будто его и не было, оставив лишь багровое пятно на его белой рубашке и отголоски ужаса в моей душе.

«Убей Дариана!» — этот приказ, словно проклятие, выжигающее мой мозг, вдруг утих.

Осталась только пустота и дикая, всепоглощающая боль. Дракон осел на пол, а я упала на колени рядом с ним, не в силах отвести взгляд от кровоточащей раны на его груди. Его глаза, полные нежности и решимости, медленно закрывались.

Я должна была что-то сделать! Я не могла дать ему умереть здесь, на моих руках, только не так!

Инстинктивно, как будто кто-то другой руководил моими движениями, я коснулась его раны. Магия послушно хлынула из моих рук, золотистым светом окутывая его тело. Обычно этого было достаточно. Обычно я могла затянуть раны, остановить кровь, вернуть жизнь. В прошлые разы это срабатывало. Но сейчас… ничего.

Я повторила попытку. Снова и снова я вливала в почти бездыханное тело дракона неизвестно откуда взявшуюся у меня магию. Концентрировалась, вкладывала всю свою волю, всю свою благодарность к этому мужчине в процесс исцеления. Но кровь продолжала сочиться, а лицо Дариана оставалось мертвенно-бледным.

Паника нарастала. Слезы хлынули из глаз, обжигая щеки. Я судорожно хватала воздух, не в силах произнести ни слова. Я даже на помощь позвать никого не могла, потому что голос исчез. Мой дар, моя сила, моя единственная надежда, казалось, покинули меня.

— Нет… нет, нет, нет! — шептала я, прижимаясь к его груди. — Дариан, пожалуйста, не умирай! Пожалуйста, прошу тебя! Зачем ты это сделал? Заче-е-ем? Мы бы нашли другой способ.

Каждый мой день в этом мире хоть как-то да был связан с этим несносным драконом. Да, порой мы спорили друг с другом, выясняли отношения, я была недовольна его заносчивым поведением, но в остальном он всегда был рядом, всегда помогал, не смотря на то, что его не просили о помощи.

Он спас меня тогда, когда взорвалась карета — закрыл собой и сделал так, что на мне не осталось ни одной царапины. Он спас Элика, пройдя через адовую боль и не сказав ни слова, да он даже вытащил меня из тюрьмы, хотя не был до конца уверен в том, что это не я убила его женщину.

И сейчас, глядя в его безжизненное лицо, я была преисполнена благодарности и любви, но все это меркло под той горечью, которая накрывала меня с головой, заставляя раскачиваться из стороны в сторону и сильнее прижимать к груди Дариана, будто от этого он каким-то волшебным образом должен был ожить.

— Я… я обещаю, что больше никогда не буду с тобой спорить! — захлебываясь слезами, прошептала я. — Я буду делать все, что ты скажешь! Только… пожалуйста, очнись! Просто вернись ко мне, Дариан! Я прошу тебя, пожалуйста!

Мои слезы падали на его лицо. Я хаотичными дрожащими движениями стирала их, чем только, казалось, делала хуже, но мой мозг боялся остановиться. Боялся согласиться с тем, что все кончено и ничего сделать уже нельзя.

— Ты не можешь бросить меня здесь одну, — продолжала причитать я, глотая горькие слезы. — Борись! Пожалуйста! Я прошу тебя, борись! Ты нужен мне! Я люблю тебя, Дариан!

Последние слова вырвались из меня надрывным хрипом, смешанным с рыданиями. Слезы хлынули из глаз с новой силой и, кажется, именно они, пропитанные отчаянием и любовью, стали последней каплей. Магия, дремлющая во мне, вдруг вспыхнула так ярко, что мне пришлось зажмуриться. Но даже с закрытыми глазами я видела, как золотистое свечение вокруг Дариана стало ярче, интенсивнее.

Я ощущала, как магия проходит сквозь него, как переливающиеся магические нити скрепляют собой края раны и она затягивается. Как дыхание дракона, до этого едва заметное, стало более ровным и уверенным.

Я замерла, боясь пошевелиться, боясь спугнуть чудо. И вот, веки Дариана дрогнули. Он медленно открыл глаза.

Сначала они были пустыми, словно я вернула к жизни робота, а не настоящего дракона, дышащего огнем, но потом в них промелькнуло узнавание, а затем… облегчение.

— Даша… — прошептал он, слабо улыбнувшись.

И тут меня прорвало. Все накопившееся напряжение, страх, боль — все выплеснулось наружу. Я разрыдалась в голос, обнимая его так сильно, что, казалось, могла сломать ему ребра.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я, отстранившись и внимательно всматриваясь в его ожившее лицо.

— Лучше, чем когда-либо, — лукаво ухмыльнувшись одним взглядом, ответил дракон.

И почему-то этот его ответ поднял в моей душе волну возмущения, которую я не стала сдерживать и тут же дала ей волю.

— Идиот! Придурок! Зачем ты это сделал⁈ — кричала я, пытаясь колотить его кулаками в грудь. — Зачем ты полез на этот гребанный кинжал⁈ У тебя вообще мозги есть?

Он поймал мои руки в свои, притянул к себе и заставил замолчать самым действенным, из всех возможных, способом. И его губы накрыли мои в жарком, требовательном поцелуе.

Глава 36

Фрея

Поцелуй, в котором не было даже намека на то, что кто-то буквально недавно почти даже не дышал, был мертвецки бледным и с дырой в груди. Сейчас же решительные действия этого несносного дракона ясно давали мне понять, что он бодр, горяч и жаждет достичь поставленных целей во что бы то ни стало.

Его губы на моих — это был взрыв. Взрыв облегчения, страсти и какой-то дикой, первобытной потребности друг в друге. Он целовал меня так, словно боялся, что я снова исчезну, растворюсь в воздухе, и я отвечала ему с такой же яростью, с таким же голодом.

— О, боги, Даша! — шептал дракон мне на ухо, покрывая мое лицо поцелуями. И от его хриплого шепота у меня по всему телу табуном бегали мурашки, заставляя меня выгибаться ему навстречу. — Ты сводишь меня с ума! Это невозможно! Я веду себя, как пацан.

Он вернулся к губам и углубил поцелуй, обхватывая мое лицо руками. Постепенно я почувствовала, как его руки стали спускаться вниз по плечам, к талии. Его прикосновения прожигали ткань моего платья и заставляли меня плавиться, словно кусок сливочного масла оставленный на полуденном солнце.

Несмотря на силу желания, которую я уже откровенно ощущала внизу своего живота, Дариан аккуратно подталкивал меня в сторону кровати. Шелковая простынь приятно скользнула по коже, когда я упала на кровать, увлекая его за собой. Он навис надо мной, его всегда ледяные глаза сейчас горели огнем страсти.

— Мне кажется, я задолжал тебе первую брачную ночь, — прошептал он, низким хриплым голосом, который насквозь был пропитан коктейлем, бушевавших внутри дракона, эмоций.

— Мне кажется, ты задолжал мне свою жизнь, — ехидно поддела я Дариана в ответ.

— Я весь твой… — целуя меня в чувствительную ямочку на ключице, промурлыкал дракон. — Без остатка и во всех мирах.

Я ахнула в ответ от калейдоскопа нахлынувших на меня ощущений и обвила руками его шею, притягивая его ближе. Слова были не нужны. Все было написано в наших глазах, в каждом прикосновении, в каждом вздохе.

В какой миг с нас испарилась одежда, я так и не поняла. Я и заметила то это лишь только потому, что ощущения от прикосновений стали ярче и прохладные руки дракона умудрялись ласкать меня везде.

Он принялся осыпать поцелуями мою шею, плечи, спускаясь ниже и ниже. Его руки нежно, но уверенно гладили мое тело, вызывая волну мурашек. Я тихонько постанывала, теряя контроль, отдаваясь его ласкам.