Юлианна Винсент – Cкандальный развод. Ты пожалеешь, дракон! (страница 16)

— И это сводит меня с ума! — его горячие руки схватили меня за плечи и черт его знает, чем бы это кончилось, но в этот момент доски, которыми было заколочено окно, разлетелись в щепки и в него кубарем влетел огромный клыкастый красноглаз.

— Р-р-р-р!

Глава 20

Марианна

— Какой милый песик, — нервно хихикнув, ляпнула я, а Аластор шикнул закрывая меня своей широкой спиной.

— Фку-у-усна-а-ая-я! — прорычало чудовище.

— У тебя есть какое-нибудь оружие, кроме злобного позыркивания? — чуть привстав на цыпочки, чтобы быть ближе к уху Дракмора, спросила я.

Он недовольно мотнул головой в мою сторону и злобно зыркнув, шепнул:

— Перестань бояться.

— Как я по-твоему должна это сделать? — прошипела я в ответ.

— Ото-ойди-и, у-уще-ербны-ый, — махнуло рукой в воздухе чудовище, будто отгоняя Аластора от меня. — Отда-а-ай мне фку-усну-ую-ю!

— Облезешь и неровно обрастешь! — огрызнулся Дракмор.

— Непри-ия-ятный, — фыркнуло чудовище, шагнуло вперед, от него отделились и поползли в мою сторону едва различимые красные нити.

— Ты тоже это видишь? — уточнила я у Аластора, завороженно глядя на то, как одна из них нежно обвивает мою ногу.

— Вижу, что? — раздраженно спросил дракон, но я уже не обращала на него никакого внимания.

Он казался мне ужасно противным и занудным. Не вызывал абсолютно никакого доверия, не то что эта милая собачка, которая так дружелюбно улыбалась мне во весь рот.

Я вышла из-за раздражающей спины и протянула руку, чтобы погладить этого чудесного песеля. Он чем-то походил на шпица, но был чуть больше. И эти завораживающие красные глаза. Они словно смотрели в глубины моей души.

— Марианна, — раздался над ухом злобный голос. — Это иллюзия. Он питается твоим страхом.

Я отмахнулась от него, словно от назойливого комара и очень сожалела о том, что не прибила.

Мне казалось, что как только я дотронусь до лохматой шерстки, все мои проблемы разом исчезнут.

— Ну и пусть питается, — безразлично пожала я плечами, продолжая тянуться к пёселю. — Зато не играет на меня в карты и не меняет на молодых вертихвосток.

— Я не играл на тебя в карты, — возмутился голос. — Убью эту жирную свинью!

Но мне было так все равно на то, что кто-то там за моей спиной ругается. Я хотела лишь забрать эту животинку к себе в поместье. Мы бы с ним радостно бегали по полям графства.

На этой мысли я почувствовала, что мне становится нестерпимо жарко. Лихорадочными движениями я стала стаскивать с себя остатки платья. Хотелось, чтобы тело дышало.

Противный схватил меня за руку и развернул к себе, сверкая глазными искрами. Но я отмахнулась от него и продолжила раздеваться, шагая при этом навстречу собачке. Аластор оттолкнул меня и бросился на животное. Они кубарем выкатились из хижины.

— Изверг! — крикнула я, кидаясь следом. — Оставь мою собачку в покое!

Я умудрилась запрыгнуть на спину, успевшему встать, бывшему мужу и пыталась оттащить негодяя от моего будущего друга человека.

— Мари, твою мать! — выругался Аластор, уклоняясь от удара лапой. — Я тебе голову откручу, когда разберусь с этим чудовищем!

— Это ты чудовище! — верещала я на весь лес. — Не тронь моего песика!

Одним ловким движением скинув меня со своей спины в траву, Дракмор ринулся обратно в атаку.

Я, кое-как поднявшись на ноги, заорала во всю глотку:

— Не трогай его! Он хороший!

Аластор, рыча как раненый зверь, бросился на чудовище. Они сцепились в клубок ярости и когтей. Земля вздыбилась под ними, комья грязи летели во все стороны.

— Отвали от нее! — прорычал Аластор, уворачиваясь от когтистой лапы.

— Она ф-ф-фкус-с-сная-я-я-я! Сла-а-адка-а-ая-я-я! — ответило чудовище, и красные нити, словно змеи, в тройном размере потянулись ко мне.

Дракмор стрелой метнулся к животному и схватив его за шкирку, отбросил в сторону.

— Не смей! — взвизгнула я, бросаясь к ним. — Он ничего тебе не сделал!

Аластор ухватился за нити голыми руками, оборвал их, бросив на землю, и те, коснувшись травы, опалили ее до черноты.

— Не лезь, Марианна! Он играет с твоим разумом! — зарычал он и кинулся обратно в драку.

Но я не слушала. Я видела только, как песик, скуля, отбивается от разъяренного дракона.

— Прекрати! Хватит! — я подбежала ближе и попыталась схватить Аластора за руку, но он отшвырнул меня, словно надоедливую муху.

— Убью! — взревел он, нанося удар своим огромным кулаком.

Чудовище отлетело в сторону, врезавшись в дерево.

— Фку-у-усный стра-ах… Жа-аль ма-ало-о… — прохрипело оно, пытаясь подняться.

— Нет! — я ринулась к песику, пытаясь закрыть его собой. — Не смей его трогать! Он мой друг!

Аластор замер, его глаза метали молнии.

— Друг⁈ Он питается твоими кошмарами, Марианна! Он хочет сожрать тебя!

— Уж лучше он, чем ты! — выпалила я, чувствуя, как слезы застилают глаза. — Ты меня предал! Обменял! А он… он просто хочет дружить!

— Я спасаю тебе жизнь, дура! — зарычал Аластор, возвращаясь к вставшему животному.

— Не надо меня спасать! — закричала я, отчаянно пытаясь оттолкнуть его. — Мне нужен хоть кто-то в этом проклятом мире!

В этот момент Аластор нанес сокрушительный удар. Чудовище взвыло, его тело начало рассыпаться, превращаясь в дым. Дракмор встал и схватил меня за плечи, а я сорвалась в истерику, со всей силы колотя его кулаками по груди.

— Да, очнись ты уже! — прорычал мне в лицо дракон и впился в мои губы разъяренным поцелуем.

Глава 21

Марианна

Горячий отрезвляющий поцелуй обжигал мои губы, а сильные руки уже перестали впиваться в плечи и поползли вниз по голой спине.

Вмиг я ощутила все, морозную прохладу утреннего леса и дрожь пробирающую до костей от вдалеке раздавшегося воя. Физический бой между «Какого черты ты творишь, чещуйчатый ящер?» и «Для подлеца ты довольно неплохо целуешься!».

Эмоциональная смесь из страха, раздражения, тревоги, одиночества и разочарования накрывала меня с головой и не давала разумно мыслить.

Но одну мысль я все-таки ухватила среди всего этого буйства.

«А не обалдел ли ты, дракон?» — подумала я и возмущенно ударила негодяя кулаком в бочину, так как ничего более внушительного под рукой у меня не оказалось.

— Ауч! — прошипел мне в ответ Дракмор, делая шаг назад.

Я посмотрела на свой кулак, он был в кровавых пятнах. Резко перевела взгляд на Аластора, черная атласная рубашка была порвана «милым пёселем».

— Ты когда-нибудь начнешь вести себя адекватно? — прорычал дракон, прикрывая ладонью дырку в боку, с из которой уже довольно активно сочилась кровь.

— Ой, кто бы говорил? — возмутилась я. — Главный приз за верх адекватности получает тот, кто сначала обменял свою жену и молодую шлендру, а теперь лезет целоваться!

— Я поцеловал тебя, чтобы разорвать иллюзию, которую навел мраклет.

— Других-то способов же не существует, — не унималась я. — Только вариант, в котором надо лезть ко мне своим слюнявым ртом.