Юлианна Орлова – Плохой парень (страница 23)

Только мама со снисходительной улыбкой принимала это на свой счет, не понимая, как так у Юры что-то могло не получаться? Она бывший бальник и хромую козу бы научила плясать все что угодно… Пока не увидела, с какой силой я прижимал к себе Валю для общего фото.

Желваки играли ходуном. О радости не надо было и говорить.

Я в тот день узнал, что у Вали появился парень, черт его дери. Мне сестра ляпнула это случайно,скорее проговорилась, и я взорвался. Хотел…да много чего я по факту хотел, но вместо этого руки в кровь сбил, а на вечер приперся слегка не в себе. И все вложил в танец, всматриваясь в Вальку, как будто видел в последний раз.

Так оно и оказалось.

Я набрался наглости или смелости, черт его сейчас разберет, и сразу после танца, когда Валя собиралась уходить, вызвался провожать. Меня трясло как припадочного, да и в мыслях был бардак. Шел к выхожу, к калитке у здания и все слушал, как она меня нахваливала, восхищалась тем, какие мы классные, какой я молодец.

Желала мне всего-всего. Только зачем?

Я так громко дышал, что в какой-то момент она меня взволнованно спросила:

—Эй, ты в порядке? — а затем еще участливо взяла за руку, переплетая наши пальцы, смотрела таким взглядом, что меня замкнуло окончательно. Просто потому что она на меня смотрела открыто и с интересом.

А там… меня уже ничего не могло остановить. Я резко перехватил ее лицо и с силой впился в губы, срывая первый наш поцелуй без спроса. Так вжался в нее, что меня подорвало изнутри от эмоций.

Ревность меня сподвигла на подвиги окончательно и потому я, зеленый малец, не мог поступить тогда иначе. Она меня пьянила, и я не сразу осознал, что Валя сопротивляется, вжав руки мне в грудь.

Не сразу понял, что уже слышно было, как всхлипывала и кричала мне в рот. А оторвавшись, в ужасе шептала едва различимое что-то, в шоке всматриваясь в меня уже не тем добрым взглядом.

—Я люблю тебя, — прорычал как оправдание, а она “стекла” по эмоциям окончательно вниз, придушив меня жалостью, что плескалась на дне ее колдовских глаз.

Я в них утонул давно, и сейчас принимал свой приговор.

—Юра, ты такой молодой. Это не любовь, тебе просто гормоны в голову ударили. У тебя будет еще девочка и не одна, моложе и красивее, и я точно не она. Ты замечательный парень, но я люблю другого и дело вовсе не в тебе, понимаешь? Я уезжаю, Юра, — она неловко улыбалась, а меня размазало. — Я уже старая для тебя, зачем тебе пенсионный фонд?

В ноль вынесло.

Там было еще много слов, что я прекрасный, и стану кому-то самым лучшим парнем в мире. И что я такой заебись крутой, но она любит Леона и валит нахуй в столицу. И что мы обязательно останемся друзьями.

Но в моих мозгах был вакуум и только фраза об ее отъезде и гребанном Леоне бегущей строкой носилась туда-сюда, выжигая следы на сетчатке.

А дальше все было как в тумане. Я пил, курил и морально разлагался, пока однажды мне по морде от бати не прилетело, и я не собрался с мыслями, чтобы поступить туда, куда хотел, а чтобы вообще дурное в голову не лезло, еще и на прокурора учиться пошел.

И вишней на торте стало упахивание в зале.

Я слепил из себя того, кем являюсь сейчас. И теперь моя цель Валя, потому что меня вообще уже ничего не остановит, ничего.

Ей надо родить, это я подслушал в разговоре с моей сестрой. Столичный мудак оказался достаточно ушлепочным, что не смог ей этого дать. Ну значит это ей дам я, потому что она все, что мне нужно.

Пусть не думает, что это игра в одни ворота. Как бы там ни было, я волную ее больше, чем просто брат ее подруги, иначе она не смотрела бы на меня так, не целовала бы так жадно и не стонала подо мной.

Валя Рахманинова станет Шолоховой, даже если мне придется в лепешку расшибиться на скорости в сотку.

ГЛАВА 23

ВАЛЯ

Я просыпаюсь под Юрой. Господи боже мой. Он полностью голый прижимает меня к себе так крепко, что я буквально чувствую все. Все. Даже во сне его член не дремлет, а находится в полуготовом состоянии, прижимаясь к моей заднице.

Горячее тело соприкасается со мной и одаривает табуном мурашек. Я сдавленно дышу, пытаясь привести чувства и эмоции в порядок, но ничего не сходится,

Сглотнув вязкую слюну, пытаюсь сообразить, что делать. Мысли же разбегаются как тараканы, а вот сердце стучит слишком громко, слишком, и рождается стойкое ощущение, что этот бешеный звук разбудит Юру.

Итак, я переспала с братом своей лучшей подруги. Дважды? Дважды. Отлично, я переспала с братом своей лучшей подруги и ни разу не сопротивлялась. Я ему отвечала, да так, что до сих пор все тело ноет, и между ног саднит, потому что он точно не был ласков. Нет. Это не про нежный секс, мы оба сошли с ума, слетев со всех катушек и разорвав все оковы, сжигая все предохранители.

Меня начинает трясти. Потому что уже, очевидно, утром, а дверь в мою комнату не то чтобы плотно закрывается. Она и так пропускает тонкую полоску света. Представляю, что будет, когда сюда зайдет, к примеру, мама, позвав на завтрак.

Сразу бросает в холодный пот. Я медленно тяну руку к распухшим от ночных поцелуев губам и нащупываю борозды от зубов. Не знаю, может моих, потому что такого фейерверка мое тело не испытывало еще никогда.

И сердце так глупо не трепыхалось, в мыслях не было бардака. Я же не девочка в самом деле, у меня были отношения. Да, леон мой первый мужчина во всех смыслах этого слова, но даже с ним…испытывая чувства, я не была такой. Что случилось? Кто меня подменил?

Испытывая шок, я медленно скольжу взглядом по руке, что плотно прижимает меня к массивному телу. Юра, оказывается, чертовски волосатый, но там…ухожено все, я просто сфотографировала все и теперь все это перед глазами даже когда я очень не хочу думать!

Валя! Ты все испортила, ты сорвалась. Ты понимаешь вообще? Да он красивый, да он молодой и напористый, но ты ведь умная, ты взрослая, ты должна была сообразить. Ты должна была думать головой, а не тем, чем думала в тот момент.

Покрываясь румянцем, мягко отодвигаюсь от Шолохова. парень спит как убитый, на лице полное умиротворение. Рассматриваю его как дура и чувствую внутри едва ощутимый скрип в области сердца.

И да, мы совершенно точно не предохранялись. Я же не была настолько пьяной? Нет, я все помню в доскональных подробностях, вплоть до того, как в руках ощущаются его налитые кровью вены вдоль крупного ствола. И как толстая головка упиралась в мою ладонь, посылая россыпь импульсов вниз живота. Как он меня целовал, как нежно обхватывал ртом грудь, прикусывал сосок, как смотрел. Черт, это даже мысленно заставляет меня испытывать волнение и желание…повторить.

Что мы наделали?

Он в тебя кончил, Валя. Какая вероятность, что я забеременею от Юры? День цикла десятый, моя овуляция хер пойми когда, потому что никакие графики не действуют, когда речь идет о моем диагнозе.

И самое смешное во всем этом, что я радуюсь тому, что он в меня кончил. Я сошла с ума, но если я даже забеременею от него, то сохраню ребенка. Боже, о чем я думаю вообще? Он же мальчишка еще, какие дети? О чем мои мысли?

Из серьезности в нем только настойчивое желание меня трахнуть, да незакрытый гештальт, может эта ночь и станет последней, просто чтобы закрыть вопрос с тем, что однажды я ему отказала.

Я никогда ни с кем не спала без презерватива. А сегодня ночью Юра Шолохов стал первым, даже не будучи моим мужчиной. Прижав руку к груди, пытаюсь оставить свое сердце, которое несется вперед. Успокойся.

Успокойся.

Все уже случилось. Сейчас надо как-то выруливать из этой ситуации, но для начала, надо бы добраться домой и стереть с себя остатки Юры, которые ночью стекали по бедрам белесыми разводами.

И вместо очевидного…я все еще сижу на своей старой кровати времени школьных годов и смотрю, как размеренно дышит Юра, как мышцы перекатываются от каждого движения, как рука приземляется в сантиметрах от моего бедра. А затем ползет ближе и все-таки касается меня. Как хмурое лицо тут же разглаживается, стоит ему меня коснуться.

А мне…надо проверить голову, потому что отодвигаться я не хочу.

Я кусаю многострадальные губы и смотрю на Юру, растворяясь в его внешности, которая мне нравится.

ОТЛИЧНО, я проговорила проблему. Мне нравится Юра Шолохов. Парень, которого я когда-то учила читать, которого отводила в первый класс, и с которым танцевала вальс.

И он больше не мальчик. Это тоже стоит признать. Как и то, что у меня расстройств личности, потому что мысли хаотично скачут с одной глупой идеи на другую.

Рвано дыша, я заставлю себя отвлечься от созерцания парня, на которого “стояло” бы у любой, и иду искать свою одежду. Трусики в одной стороне, лифчик найти не могу, как ни пытаюсь. Черт с ним.

Напялив футболку Юры, чувствую себя не в своей тарелке. Воспаленная грудь трется о мягкую ткань, и это все не отвлекает от случившегося ночью, а лишний раз тыкает в это лицом. Моя футболка похожа на всех зверей…черт, а что с ней такое вообще? Она вся в каких-то разводах.

Шорты насквозь мокрые. И я решаю…идти в ванную комнату так, чтобы увидеть масштаб катастрофы.

Даже почти беззвучно выхожу из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь, пока за спиной не слышится радостный голос Карины, от которого я как громом пораженная замираю на месте.

—Валька, ты чего крадешься? — я рывком разворачиваюсь и, по изменившемуся лицу подруги, понимаю, что она все считала. Ее шок такой яркий и очевидный, что мне хочется провалиться сквозь землю.