Юлианна Орлова – Клянусь, ты моя (страница 63)
Если мать дефективная, и тут же все понятно…то хотя бы отец должен быть адекватным. Я правда думал, что как только мы приедем, Злата захочет к ней помчаться. Но Злата решила выдержать паузу, чем меня знатно удивила.
Мать ее мой телефон обрывает, но моя девушка непреклонна. Словно с новым сердцем к ней пришло печальное осознание реальности.
—Я не могу вас пропустить. Он занят, — молодая соска дует губы и палит на меня как ослица. Какого черта?
—Василина. Назовите эту фамилию, а потом придете и скажете мне, как он занят, — недовольно буркаю и иду к кулеру с водой. Я-то подожду, сколько надо. Пусть знает правду.
Девица на ходулях идет в кабинет к боссу, и спустя доли секунды эта дверь распахивается. Девчонка чуть ли не бежит в мою сторону, а оставляет дверь открытой.
Когда я вхожу гордой походкой, мужик в кожаном кресле встречает меня в слишком серьезном виде. Мужик статный, выглядит старше, чем на фото, которое мне батя прислал.
—Здравствуйте, — встает первым и указывает мне на диван у панорамного окна.
—Добрый. Влад. Белов.
Рублю по словам, а мужик напротив теперь еще больше в лице меняется.
—Сын мэра?
—Круче. Внук, — хмыкаю и провожу рукой по короткому отрастающему ёжику. Я теперь свыкся с этой прической.
—Я фамилию Василина не слышал сто лет. Что вас привело ко мне? И о той ли Василиной мы говорим? — вопросительно изгибает бровь.
—О той, с которой у вас был роман, именно Лия Василина. Я пришел к вам не просто потрындеть, а рассказать, что у вас есть дочь, Злата. Это замечательная девушка, я ее люблю, и о том, что я тут, она не знает, как не знает, что она неродная дочь для своего якобы отца, прости господи. Эта девочка заслуживает того, чтобы у нее был отец, который не чмо. Судя по тому, что я узнал о вас, вы не чмо, так что я тут. В том, что Злата ваша дочь — сомнений нет никаких, ее мать вышла за кусок дерьма на позднем сроке, а у вас с ней как раз намечалась свадьба, только потом заявление из Загса пропало магическим образом. А спустя шесть месяцев она вышла замуж за другого, но Злата родилась в срок. Мой батя сложил два и два, а я пришел рассказать вам. Словом. Если вы не верите моим словам, вот волосы Златы. Сделайте ДНК. Но если вы внимательно посмотрите на фото, то не надо быть генетиком, блять. Короче, — сую ему телефон в руки и конверт с прядью волос Златы, которые я нагло спиздил, пока она спала. Ну мне нужен был аргумент, да.
Решетников на меня смотрит во все глаза и бледнеет. Оседает на диван, всматриваясь в фотку Златы. Она там максимально красивая и уже с новым сердцем. Вообще Злата всегда красивая, но там особенно. Потому что улыбается мне…
—Мы с Лией встречались с семнадцати лет и очень друг друга любили, очень. Я был от нее без ума, любил так сильно, что почти не дышал. Через два года я сделала ей предложение, мои были против, молодые еще…но я хотел, я так решил, да и работал уже, учась в универе. Но в один момент Лия подошла ко мне и сказала, что мы больше не можем встречаться, и что она любит другого. Меня это убило просто, я долго пытался ее завоевать, но спустя время увидел с другим. Если это ее выбор, как я могу заставить себя любить? Я тогда пару лет убивался, но в конечном итоге женился на девочке, которая была дочерью друга нашей семьи. Лию я часто вспоминал, мне кажется, я никого так не любил, как ее. Все после было такое…спокойное и просто потому что надо. Детей у нас не было, недавно я овдовел.
Он замолкает, а у меня нет слов, чтобы его поддержать, все кончились. Киваю, позволяя ему прожить эту новость. Но мужик в себя не приходит, он смотрит на фото долго, словно гипнотизирует.
—Сегодня в шесть я поведу Злату в ресторан “Восход”, если вы для себя что-то решили, приходите. Нет — на нет и суда нет. Я свою часть миссии выполнил. Злата замечательная. И раз уж так вышло, то, наверное, теперь стоит наверстать упущенное. И еще…за мат простите. Меня сейчас накрывает, потому что буквально месяц назад Злате сделали пересадку сердца, и у меня еще нервы шалят.
—Что? Пересадку? — резко дергается и на меня переводит потрясенный взгляд. Вот и ожил. Дышит тяжело и хмурится.
В этот момент очень видна схожесть с дочерью. Прямо копию сделал…постарался чувак.
—Да, у нее было больное сердце.
—А сейчас? Что с ней? Нужны деньги? У меня есть возможности. Любая страна и любой ресурс!
—Моя семья и друзья, да и я, мы все помогли ей. Ничего не надо. Кроме того, что ей нужен отец. Потому что предыдущий не состоялся, как и мать. Уж простите. Обо всем остальном позже — мне за Златой смотреть надо…Фото я вам скину в мессенджер. Номер только дайте. А волосы. Сделайте ДНК. Чтобы не думали, что я обманываю.
—Зачем ДНК? Это моя дочка…— он снова хмурится и еще раз смотрит на фото, играя желваками. Лишь спустя пять минут отдает, предварительно вбив свой номер в мой список контактов.
—Спасибо, Влад Белов.
—За что?
—За то что ты такой есть, упорный, весь в деда. Я его очень уважаю, кстати, — он смотрит на меня как восьмое чудо света, а из глаз вот-вот брызнут слезы. У взрослого мужика.
Я его понимаю, сам почти рыдал, пока ждал Златку. А он ждет ее заметно дольше, чем я.
—Херня из-под коня. Ну я пошел.
Только на выходе ловлю на мысли, что они со Златой оба благодарят меня за то, что я по сути есть.
ГЛАВА 58
ЗЛАТА
Мне все время хочется спать, а потому, когда Влад будит меня с настойчивым желанием пойти в ресторан, я на это реагирую ровно.
—В ресторан, малыш…Идем в ресторан?
Пока его губы не смещаются с губ на шею, дальше к груди и проходятся по безобразному красному шву, от которого у меня слезы на глаза наворачиваются, стоит его только увидеть.
Это не может быть красиво. Правда. Не может…но мой парень каждый день повторяет, что я самая красивая, даже если я вижу в зеркале обезображенное тело.
Мне стыдно быть оголенной перед ним.
Хоть я еще и не была полноценно голой после того единственного раза, но все равно пытаюсь скрывать тело, даже если из душа выхожу или переодеваюсь.
По реакции Влада я понимаю, что ему очень хочется большего, да и врач сказал, что спустя месяц мне можно если не все, то практически все, о сексе Влад тоже спросил! Как и о беременности.
Эти слова набатом в голове стучат. Я пока боюсь о них думать, также вспоминая о кризисе трех и пяти лет. Мне все это расписали в брошюрке, так что глупо думать, что пересаженное сердце совсем уж беспроблемное.
Конечно, перебоев я больше не ощущаю, да и по большей части никаких неприятных ощущений нет, кроме тянущих фантомных болей в груди, которые периодами у меня появляются.
Это шов. Это нормально. Скоро пройдет, если верить всему тому, что мне наговорили врачи.
Месяц воздержания закончился, но у меня не было попыток намекнуть на близость, хоть в последнее время я иногда и просыпаюсь в холодном поту от очень жарких картинок.
Мне скорее неловко…
—Малыш, просыпайся, — хрипло шепчет Влад, спускаясь к груди, накрывая сосок через ткань майки. Охаю, моментально включаясь в реальность от мелких разрядов тока по всему телу.
—Ты пришел? — глупый вопрос повисает в воздухе, когда Влад приподнимает майку и продолжается спускаться ниже, к пупку и дальше, тормозит лишь на резинке спортивных шортов.
Меня бросает в жар, затем в холод.
—Пришел тебя будить, ты спишь четыре часа. Что ночью делать будем?
Смеется, стягивая с меня майку. Я синхронно закрываюсь руками, в особенности прикрывая лишь шрам.
—Злата…я буду ругаться. Если ты не хочешь, я не трону. Но вот эту херню творить прекрати, словно я насиловать собираюсь, — он отпускает меня и садится на кровать ко мне спиной, вцепившись руками в волосы.
Удар под дых все же случился только что. Я медленно привстаю и без верха со спины обнимаю его, чувствуя, как соки начинают твердеть.
—Как можно не хотеть? Я очень…хочу, просто мне стыдно. Шрам этот уродский.
—Этот шрам знак твоей новой жизни, ты должна его холить и лелеить! Это новое сердце, плевать, как оно смотрится, ясно тебе? Я люблю тебя со всеми твоими вмятинами и шрамами, а этот вообще люблю больше всех остальных, потому что ты жива благодаря ему. Я, пиздец, думаю об этом и меня кроет, а ты так спокойно бросаешь мне в лицо, что он уродский! Самый лучший он, поняла меня?
Я не знаю, что ему ответить на это, возможно, потому что впервые вижу обратную сторону этой медали, о которой раньше не замысливалась. Влад тяжело дышит, а потом обхватывает мои руки и целует каждый палец.
Аккуратно и медленно встаю, сажусь перед ним, обхватив его хиурое лицо ладонями.
Больше не прячу грудь и не скрываю шрам. Влад смотрит на него, проводит пальцем вдоль и цепляется возбужденный сосок. Прикусывает губу и переводит взгляд на лицо.
Мне стыдно за свое поведение теперь, потому что, выходит так, я по девичьей глупости думала о Владе хуже, чем он есть на самом деле.
Что не понравится ему. Что вызывать негатив будет этот шрам…самый лучший шрам.
—Я люблю тебя, Владюша. Очень. Прости меня. И я тебя очень хочу, и мне все нравится в тебе, и во мне, просто я боялась, что шрам будет тебя отпугивать. Прости, пожалуйста, — тянусь к нему и целую первая, в ответ встречая бурю.