Юлианна Орлова – Клянусь, ты моя (страница 39)

Вообще я помню разговор, что ему очень нравится, когда его так зовут. Прямо доволен был, но недавно Маша мне напела, что он переживает из-за возраста.

То есть я уже привык звать его дедом, а он переживает?

—Спасибо, господин мэр.

—Пожалуйста, внук. Но это не тебе. Маша тебе на почту скинула все детали. С батей говорил?

—Дед, давай вы тут все решите, а я приеду и расскажу о своих проблемах. Может и не буду рассказывать о проблемах, а сразу о хорошем?

—Ладно. Но врать нехорошо.

—Та кто врет? Нервы бережет. А еще, дед, тут такие дела. Мне бы паспорт восстановить Златке. Ну и загранник организовать, вот прямо на вчера надо.

Этот конченный, разумеется, не отдаст ей документы. Я даже пытаться не буду вернуть, нах надо нервы тратить? Лучше заплатить человеку, который по-быстрому все решит и сделает в лучшем виде красоту за приемлемую сумму, пусть и не очень приемлемую, конечно.

—Данные скинь, решим.

Ага. Ну вот же все просто!

—Слушай, может ты еще порулишь? Батя слишком нервный, — ржу в трубку, а в ответ встречаю холод.

—Вот будет у тебя дочка, посмотрю на тебя, какой ты спокойный будешь.

И я зависаю, потому что я вообще слабо представлял раньше, что у меня может быть дочка. Ну какие дети? А вот представил сейчас и прямо херово стало. Прямо по яйцам серпом прошлись. как будто побрили и сверху спиртика налили.

Сомнительные наслаждения.

В общем, мне не понравилось это ощущение, и я понял, что батю винить нельзя. Дед умеет пояснять за три секунды.

—Понял. Резонно. Ну все пока. За тачкой завтра заеду?

—Хоть сегодня. Людей предупрежу.

Нее, я лучше завтра, сегодня очень хочу к Златке и потому тут же вызываю такси и еду домой, меня там очень ждут. И я чертовски сильно жду встречи, тем более, что по факту бзднул неправду. Не на час закрутилось…

Злата

Мой страх кристаллизуется камнями, срывающимися с высоты в пропасть моей беспросветной жизни.

Я тут же одергиваю руку и сбрасываю звонок домофона.

Он точно сюда войдёт.

Он войдёт и заберет меня.

Сжимаю руки в кулаки до болезненных полумесяцев от ногтей на ладони.

У него будут причины, явки, пароли и аргументы, против которых не попрешь.

Когда ты давно в системе, система — это уже ты, и я прекрасно понимаю “свою систему”, отчётливо осознаю риски и отчаянно сопротивляюсь очевидным фактам.

Несусь против ветра, и в этот раз мне совершенно не страшно, даже как-то удивительно.

Поражаюсь самой себе. Хватаю со стола смартфон и стремительно одеваюсь, не застегиваясь толком.

Ужас гонит в спину, и я сама не осознаю и половины своих действий. Ясно одно, что дверь надо закрыть. К моменту, как я вылетаю в подъезд мой слух настолько обострен, что я, клянусь вам, слышу, как сосед дышит.

Дверь закрываю на один “проворот” и крепко сжимая смартфон, убегаю к лестнице.

Нет.

В последний момент торможу и убегаю в противоположное крыло.

Связь не ловит! Ни одной палочки.

Боже. Боже! Что же делать?!

Я продвигаюсь на балкон между лестничными пролетами двух этажей, что служит своеобразной смотровой площадкой для любителей покурить вне квартиры…и превозмогая весь ужас, смотрю вниз на копошащиеся людей в форме.

Их там много.

Проблесковые огни в сумеречных красках пугают до трясучки.

Зажмуриваюсь и выдыхаю.

Спокойно. Домой нельзя.

Вниз тоже нельзя.

Они будут искать по лестницам.

Снова бросаю взгляд на смартфон, но связи по-прежнему нет.

Если сейчас я по такой глупой причине не смогу связаться с Владом, то это все просто рок. Это судьба.

Надо бежать туда, куда ордера на обыск нет…

И я начинаю стучать во все квартиры разом, несусь подряд и и без остановки зову на помощь.

Негромко, но достаточно для того, чтобы услышали.

—Откройте дверь, помогите!

В ответ оглушающая тишина ударяет меня по затылку битой.

Никто не открывает, а когда слезы начинают грузно литься по щекам, я слышу щелчок замка.

Ничего более прекрасного я сегодня уже не услышу. Волна облегчения накрывает с головой.

Одновременно с этим на этаж входят люди в камуфляже, а я, недолго думая, залетаю в квартиру к худенькой девушке и рывком закрываю за собой дверь.

Мне абсолютно все равно, что обо мне подумают.

Топот тяжёлых ботинок сливается в какофонии криков. Соседи массово выходят в коридор элитного ЖК.

В глазке вижу, как в квартиру к Белову стучат, затем дёргают ручку, зачитывая что-то…а затем ломают замки и выносят бронированную дверь.

Это все чёртовы доли секунды, за которые можно было бы и умереть.

От ужаса. От паники. От остановки сердца, например.

Я знаю, что эта смерть легкая, вероятно, и я умру от подобного. Если не дождусь своей очереди.

Больше не трогаю ничего.

Ладони замирают над замком, я лишь сглатываю вязкую слюну и практически давлюсь ею.

Ни звука.

—Что происходит вообще? — очевидный протест и возмущение со стороны незнакомки понятны.

Мой пульс настолько громкий, что дышать не получается, словно это давление мешает мне делать привычные вещи…

Перед глазами мутится.

Я шепчу едва различимо:

—Позвоните по номеру. Не отдавайте меня им, не отдавайте…