Юлианна Орлова – Это спецназ, детка (страница 32)

—Пацаны, разошлись по углам! Вы чего творите!

—Вызывайте полицию, срочно!

—Я здесь полиция, мать вашу, ксива в кармане! — выпаливаю, вырываясь из захвата. Сиплю. Шишка в ярости не меньше меня, но уже выбирается из загребущих рук.

Сейчас снова сверимся! Да как тут вообще спокойным быть?

Народ вытаскивает нас на улицу, пыхтя что-то типа “нам сегодня не хватало проблем”! Советуют разбираться вне заведения, чтобы не создавать неудобств.

Я как разберусь сейчас, мало не покажется. Кое-кто точно поедет к стоматологу новую челюсть делать.

Стоим оба под нарастающим снегопадом, когда нам выносят вещи. Оба молчим, дышим тяжело и пялимся в пол, натягивая куртки.

Напряжение можно резать тесаком нахрен. Я не просто так взорвался!

Впервые они познакомились у меня на дэрэшке, и что? Посрались за вечер несколько раз!

Я сразу понял, что они характерами не сойдутся, ведь моя Нинка взрывная, а Шишка спокойный. Иногда слишком. Но что-то сегодня он тоже сломал систему.

—Был неправ. Молчать не надо было. Не по-пацански, согласен, — соглашается наконец-то Шишка, меня кулаком по плечу шлёпает.

Я от злости вибрирую.

—Мы одна команда. Я думал, мы товарищи, друзья, блять, да мы семья, Шишка! — рычу, на него не смотрю.

Снег лупит сильнее, а Серега выдыхает тяжело.

—Команда, семья, да. Я тебе сказал сейчас. Мы взрослые, разберемся сами, а тебе сказал, потому что давно надо было. И все.

На меня не смотрит, но кидает жёстко в морду слова, от которых хочется ещё пару раз по ебальнику прописать.

—Разобрался уже, как я посмотрю. Расстались чего? — бурчу, вперяя злобный взгляд в товарища, как я думал.

Шишка хмурится, желваками играет. В свете уличных фонарей стоим как два истукана.

Есть идея, чего они могли поцапаться, вернее, чего Нина сбежала. То, что она его кинулся сомнений нет, а “расстались” — это попытка Шишки завуалировано сказать о реальном положении вещей.

—Я дурак, все исправлю, — спокойно произносит, и я впервые согласен с его словами за этот вечер.

—Хоть одна здравая мысль. Плакала из-за тебя? — напрягаясь, считывая реакцию Шишки. Он коротко кивает и снова челюстью двигает.

Выбить бы ее ему к чертовой матери, чтобы мало не показалось.

—Я сказал, что виноват и все исправлю. Точка. Хватит меня как пацана.

—Исправишь, конечно, куда ты нахер денешься. Я тебя из-под земли достану. Быстро попиздовал в цветочный, купил ей корзину цветов, потом в ювелирку, и чтобы уже вечером в ногах валялся. Не простит — вмажу ещё раз. И в этот раз поедешь в травму, Серый, я серьезно. За свою сестру я убивать готов, если ты не понял.

Домой еду на такси, по пути захожу в суши-бар, затем в кондитерскую. В квартиру заваливают с пакетами наперевес.

Девочек надо порадовать, че сказать. Обе заслуживают, а вторую ещё и пожалеть.

Только переступаю порог, так и охуеваю.

Девчонки танцуют со шваброй и веником, как будто это шест.

—А голенькая для меня станцуешь? — шепчу Маше.

Глава 34

Маша

Момент, когда слышится голос Мекса, остановится оглушительным. Швабра из моих рук выпрыгивает, и я вместе с ней подскакиваю, прежде, чем получить испуг, который придется выкатывать яйцом.

—А ты белье купил для стриптиза? Хочешь снять? Сначала одеть придется! —заплетающимся языком шепчет Нина в ответ, а я ржу, переводя мутный взгляд на спецназа.

Он на меня смотрит не моргая, как картиной любуется.

Я может пьяненькая, вот почему улыбаюсь до спазмов лицевого нерва.

И кажется, что взгляд косит в сторону южнее от лица Мекса.

Стоп. А лицо-то разбито.

Глотаю вязкую слюну и хмурюсь, медленно подходя к Мексу. Откуда разводы? Что это такое?

Нет, он смотрится пздц горячо! Просто пздц! Поверить не могу, что это мои мысли, но от этой горячей красоты я готова уже снимать одежду…ту немногую, что есть на мне

Катастрофически хреново это смотрится. Споткнувшись на ровном месте практически падаю плашмя, если бы не мой спаситель. Мекс перехватывает меня и к себе прижимает.

От удовольствия глаза закатываются и в итоге закрываются, потому что у него прекрасно получается меня держать.

Маш, ты пьяна в какашку, ты в курсе, да?

Держи меня, спецназ.

—О, клиент готов? — он хрипло смеётся и прижимается губами к щеке. Меня обдает жаром и разрядом тока в двести двадцать.

Волнами вибрирует по коже наслаждение. Ну вот как у него так получается?

Как?

Обхватывает двумя руками и крепко-крепко прижимает к себе.

—Так а в чем проблема? Мне надо ток сказать, сколько бабок надо дать, и все. Ты ж понимаешь, что как мужик я не в состоянии купить самостоятельно чёт эдакое. Зайду в отдел и умру от кровоизлияния в член. И все…и все, — наклоняет меня так, словно мы в танце кружим, а каком-то очень пошлом танго, например…

Нина цокает языком и прижимает бутылку с вином губам, на что Мекс реагирует своеобразно…

—Систр, а давай попиздякаем? — прищуривается, а губы сжимает в прямую линию. Свою разбитую губу напрягая.

—Ну давай, бро, расскажешь кто тебя разрисовал?

—Пф, а чего не рассказать? Я тебе и расскажу про свои узоры, и про узоры того, кому их также оставил. Выразительно оставил, Нин. Малыш, — обращается уже ко мне. Опускает голову ниже, — я тут принес пожрякать нам, организуешь? Там ещё под коробками тебе подарок, смотри внимательно. А мы с Ниной немного поговорим, хорошо?

Целует меня в лоб мучительно нежно. Мурашки по коже. Давление в груди разрастается, ребра раздувает. Как хорошо становится, а ещё очень тепло.

Нина с Мексом уходят в комнату, а я разбираю пакеты.

Тут столько еды, словно мы собираемся вдесятером, а не втроем.

Улыбка на лице растягивается, а вот ухо вылавливает приглушённые крики и громовой бас.

Вот интуиция подсказывает, что это все связано с рисунками на лице у Макса.

Значит, дрался он с кем-то из-за сестры. Это трогательно, да? Старший брат защищает сестру, и это трогает душу.

Раскладываю суши, выпечку, соки, и на дне пакета нахожу сертификат для покупок в одному крутом магазине домашней одежды и нижнего белья. Вот же ж…жук. На обратной стороне нацарапано:

“У нас тебе совсем не в чем ходить, малыш, выбери себе что-то, но смотреть я все равно буду на тебя голенькую”.

У нас? Нас…

Ну ладно, давай, скажи, что все равно.

Нет, не все равно.

Сердце сейчас выпрыгнет

Я Понимаю, что все слишком быстро. Чересчур. Стремительно.