Юлиана Брит – А теперь я беру налом (страница 4)

– А! Ты не переживай, сказал же, идти мне есть куда, ждут! – нелепо усмехнувшись.

По виду Глеба было заметно, как ему не терпится поделиться своим новым амурным положением. Складывалось четкое ощущение, что введение меня в курс его новой личной жизни, было обязательным планом.

– Буду сыт, чист, в уюте и тепле!

– Очень рада за тебя!

– Ага, спасибо, а она… знаешь… женщина очень хорошая, очень! Правда старше меня на шесть лет, но зато домовитая, работящая, двое детей, так что думаю приживусь!

– С ума сойти! – искренне засмеявшись – Совет да любовь!

– Да, но я думаю, и ты Регина не пропадёшь, ты женщина молодая, красивая, а то что детей не можешь иметь – это даже где-то и плюс, знаешь сколько мужиков не хотят обязательств, а дети это как-никак обязательства!

Меня больше всего поражала не услышанная информация, и с каким смаком Глеб это вещал, а то, что все прожитые годы с этим человеком, я искренне считала его умным мужчиной. За все пройденное время, этот человек не дал мне усомниться в своем интеллекте и чувстве такта, но сейчас, сейчас со мной вел диалог мужчина абсолютно пустой и напыщенный, лишенный и толики эмпатии.

Не проигнорировав советы своего уже бывшего мужа, я и впрямь решила устроиться на не хлопотную должность курьера доставки. Разумеется, данная служба была отнюдь нелегка, затрагивая суждение о бесхлопотности, я имею в виду службу которая не ждёт мозгового штурма или какого-либо стратегического плана. От меня лишь требовалась пара функционирующих ног и остро развитая пунктуальность. Одним кликом зачислившись в ряды передвигающихся терморюкзаков, я приступила к безрадостным будням.

По правилам, мои часы работы могли смело варьироваться от индивидуальных предпочтений. График был весьма гибок, от того и имел особую популярность у студентов. Я могла работать день через день если бы выразила такое желание, но так как я являлась женщиной абсолютно одинокой и абсолютно безнадёжной, то сам Бог велел мне пахать без выходных.

Онлайн приложение что предоставляло мне работу, имело опцию расформирования, что означало отсутствие привязки к одной точки общепита. На мою службу выпадал разнос японских блюд, одного из самых дорогих ресторанов нашего города, и наем на простенькую лавчонку с шавермой, что без устали пахала двадцать четыре на семь. И я была согласна. Меня больше не пугала темнота промерзлых улиц и сама ночь, что так сильно страшила меня в моей прежней жизни.

Я подобно безликой тени, быстро шагала по дворикам спального района с коробкой на спине, и доставляла ещё дымящиеся рулеты из лаваша. Работодатели в первые же дни пытались усадить меня на велосипед, из честного беспокойства к моим ногам. Но я это предложение отвергла сразу, и пообещала, что осилю службу на своих двоих, ибо на велосипед я даже в детстве не садилась.

Поначалу моя работёнка казалась мне даже увлекательной, я ощущала себя персонажем компьютерной игры на прохождение, где, преодолевая этап за этапом я набирала золотые монеты. Люди, прорезавшиеся сквозь дверной проем своих квартир, виделись мне безликими и даже неодушевленными, и это очень радовало. Ведь если быть честной, то стоит уточнить, что поначалу меня дико терзал стыд и неуверенность. Я глупо полагала, что те, кто будут ждать меня с урчащими животами, станут воспринимать меня как объект насмешки или снисходящей жалости. На деле всем было на меня плевать, ведь я была невидимкой.

Правда спустя несколько недель моей работы, по странному стечению обстоятельств, точки назначения моего маршрута потерпели ощутимый резонанс. До этого я спешила с ароматным багажом к заурядным среднестатистическим лицам, но тут!

Теперь мне открывали двери неприлично отполированные дамы, что сражали меня своим видом. Квартиры их располагались в дорогущих жилых комплексах центра нашего города, а сами они были обтянуты в неприлично дорогие халаты из натурального шелка или же брендовые спортивные костюмы. И даже если на их лицах отсутствовал макияж, то весь вид тем не менее, выдавал этих дам как причастниц к миру элиты. Роскошный аромат, который первый спешил к порогу из диффузоров, обволакивал мое обоняние гипнотическим парфюмерным составом, перенося на секунду в мир высшего богатства и благополучия. Сами же они не всегда были улыбчивы и приветливы, бывали и те, что смотрели на меня как на свою рабыню. Особенно вспоминается самая молодая из отряда богинь, что оценивающе провела взглядом по моему силуэту, и финишным аккордом демонстративно потеребила свои бриллиантовые серьги в ушах. Тогда меня пробило и я вновь почувствовала себя брошенной на обочину жизни, тут же всплывал в памяти Глеб, который так лихо бросил меня словно ненужную вещь, и мое собственное осознание необратимого проигрыша.

Я взяла первый выходной за все недели работы и провела заснеженный день под одеялом, совершая лишь перерывы на чай с лимоном. Затем я долго ревела, а спустя пару часов бесперспективного рыдания, я, не пойми зачем оголив свое тело встала перед большим зеркалом в коридоре. Я словно вновь знакомилась с собой, пристально исследуя каждый кожный покров. Казалось, что я ищу изъяны, гадкие рубцы и причины неровности, но этого я не находила. С отражения на меня глядела стройная молодая женщина с дельфиньей кожей. И тут я поняла, как несправедливо со мной обошлась жизнь, швырнув в меня объедками в виде участи брошенки работающей в службе доставки. Я опять возвращалась в памяти к тем дивам, что вальяжно открывали мне двери своих богатых квартир, к их запаху и образу полного благополучия. Меня хлестали пощёчины унижения и ущербности, и я вновь рыдала. Безусловно я осознавала, что все эти образы существующих женщин, являли собой прямое отношение к миру эскорта и содержания, и тут меня колотило ещё сильнее. Мне хотелось быть на их месте, обволакиваться лакомством достатка и непринуждённости, быть по достоинству оценённой мужским полом, а не слоняться по промерзлым улицам с термокоробом на спине.

Решив дать ещё один шанс карьерному росту, я вновь вернулась на службу после трёх дней выходных и смиренно погрузила на свою спину гастрономическую ношу.

Попытка номер два увенчалась крайне неприятным инцидентом. Продолжая и дальше совершать воображаемые этапы игрового прохождения и разнося пищу голодным людям, я по дикой неудачи напоролась на двух отбитых укурков, что в состоянии кумара и по всей видимости дикого жора, отжали мой ароматный рюкзак. Тогда я, заплаканная, униженная и запуганная по самую жопу, послала работу в сервисе службы доставки к ебене матери.

Новое трудоустройство не заставило долго себя ждать и я, вооружившись тряпками и средствами бытовой химии, приступила к новомодному слову – клининг.

Меня определили к группе, состоящей из одного парня по имени Гоша и двух моих новых товарок – Малики и Севары, родом из Узбекистана. Вчетвером, деля общую смену мы дружно осиливали многокомнатные квартиры, доводя до блеска и запаха свежести чужие жилища.

В основном свои чистящие паломничества мы осуществляли в отсутствие хозяев квартир, и смело могли громко подшучивать друг над другом и даже наслаждаться прослушиванием музыки во время уборки.

Малика и Севара, чисто говорящие по-русски стали не только моими сослуживцами, но и настоящими подругами по несчастью, ведь и их бросили непутёвые мужья.

Девушки рассказывали, как остались одни после того, как их благоверные, уехавшие на заработки, позабыли о существовании своих жен. И тогда мы даже умудрялись всплакнуть в унисон и кидать проклятия всему мужскому роду. Наш коллега Гоша, к счастью, на нас не обижался, да и вообще не понимал сути наших разговоров, ибо имел психическую задержку развития. Правда парнем он был потрясающе добрым и трудолюбивым, да и работу свою выполнял куда лучше нас.

В какой-то момент, мне даже казалось, что жизнь начинает понемногу налаживаться и у меня просыпается аппетит к жизни. Я стала спать уже не четыре часа в сутки, а шесть, прием пищи увеличился до двух раз, и я потихоньку наполнялась целями. В моих планах было накопить приличную сумму денег и открыть свой магазин на маркетплейсе. Понемногу я стала избавляться от прошлых воспоминаний и вычёркивать все флешбэки. На Глеба я почти что не злилась и совсем перестала гадать о том, как же складывается его новая жизнь с «той другой». Но на деле это лишь было зловещим затишьем перед моей личностной бурей.

Однажды, когда я словила лёгонькую простуду и условилась со своими коллегами, что прибуду в пункт назначения на час позже, я, закупившись в аптеке необходимыми лекарствами, направилась по нужному адресу. В этот раз квартира которую мы должны были отдраить, располагалась в соседнем квартале от моего съемного жилища. С сопливым опухшем носом, не подозревая ничего неладного, я нажала на кнопку звонка и была встречена Маликой, которая с порога уведомила меня тайным жестом, прижав указательным пальцем к губам, что означало присутствие хозяина квартиры.

– Что хозяева дома? – шепотом спросила я.

– Угу, муж, мы в их спальне уже убрались, он прикинь там сейчас комнату украшает шарами в форме сердец. Ко дню всех влюбленных старается! – с нескрываемой завистью сказала моя печальная подруга.