Юлиан Семенов – Гибель Столыпина (страница 43)

— Смогу, — ответил Богров. — Тогда — смогу...

И — улыбнулся какой-то отчаянной, непонятной улыбкой...

...Октябристские и кадетские газеты сообщили, что на казнь Богрова было допущено тридцать человек, представлявших киевские крайне правые организации «Союза русских людей». Богров легко дал надеть на себя саван и стал под петлю; перед тем как ему надевали саван, он поглядел на «дружинников», ругавших его громко и маловыразительно, но прочувствованно, и снова какое-то подобие улыбки промелькнуло на его лице.

Выбил табуретку у него из-под ног уголовник, поставивший условием перевод в другую тюрьму под другим именем, — боялся мести заключенных; палач, числившийся при тюрьме по штатному расписанию, ушел в запой, ибо все говорили: «дело неладно», а коли так, то ответ будет со стрелочника, а им в тюремном деле кто является? Палач, куда ни крути, с него и спрос.

...Лавина газетных публикаций потребовала от сфер расследования. Отчего столь скоропалителен был суд? Почему закрытый? Почему не удовлетворили просьбу семьи Столыпина задержать казнь Богрова? Зачем не привлечен к ответственности Кулябко, начальник Богрова? Как понять бездействие Спиридовича и Курлова? Кто позволил допустить на казнь посторонних? Почему расследование проводилось тайно? Кого прячут? Во имя чего?

Пресса крупного капитала требовала гарантий себе.

Пришлось создать комиссию сенатора Трусевича для нового исследования обстоятельств гибели премьера.

Документы оказались столь страшными, что Трусевич даже растерялся; вина Спиридовича, Курлова и Кулябко была вопиющей.

...Дедюлин передал доклад государю, предварив рассказом о гнусной клевете, распространяемой против чинов охраны, верной царю.

Был прекрасный осенний день; солнце жарило; гладь моря из венецианских окон Ливадийского дворца казалась листом дамасской стали; воздух был пронизан терпкими запахами можжевельника, винограда и поздних роз; в парке слышался колокольчатый смех наследника, Алексея Николаевича, мальчик встал после болезни.

Государь пролистал несколько страниц, поглядел на Дедюлина без улыбки и начертал: «Дело прекратить».

...Спустя короткое время Спиридович получил внеочередную звезду, став генерал-лейтенантом; Кулябко — после мелких неприятностей, связанных со злоупотреблением «секретным фондом» охранки на личные нужды, — сделался акционером и одним из руководителей фирмы по сбыту швейных машин «Зингер», с окладом содержания в четыре раза большим, чем то, которое он получал в охране; Курлов готовил создание своего акционерного общества по строительству железных дорог в Монголии вместе с Бадмаевым и Манташевым; побыв короткое время в отставке, снова был призван, служил на правах генерал-губернатора Прибалтийского края, а затем вернулся на прежнюю должность — заместителем министра внутренних дел...

...Петр Иванович Рачковский умер вскорости от внезапного сердечного приступа.

...Асланов-младший был убит при невыясненных обстоятельствах в Париже.

...Доктор, проводивший беседу с Богровым в камере, отравился сильнодействующим ядом — при невыясненных обстоятельствах.

...Свидетель, показавший, что он видел, как при аресте у Муравьева-Бизюкова был изъят револьвер и таким образом, самоубийство его в охранке было просто-напросто невозможно, исчез, как ни искали; был утоплен в озере в мешке, набитом булыжниками.

...Курлов умер от внезапного приступа сердечной недостаточности вскорости после того, как передал Альфреду Розенбергу папку со своими замечаниями по делу Столыпина...

Ялта, 1983