Юки – Двойной соблазн попаданки (страница 4)

Я переживала, что будет больно, ведь до этого еще ни разу подобное не пробовала. Но Алекс позаботился об этом, и когда его пальцы скользнули меж ягодиц, я почувствовала тепло и очередную волну возбуждения.

Этот засранец использовал магию, и вскоре стало так хорошо, что я почти не заметила его проникновения, когда он вдруг нажал мне на спину, вынуждая наклониться к Максиму, а после крепко прижался всем телом. Несколько мгновений парни не двигались, давая мне привыкнуть к ощущению наполненности внутри, а после медленно, синхронно толкнулись, вырывая из моей груди долгий протяжный стон. Алекс с Максом тут же остановились, и второй, глядя на меня горящими похотью глазами, спросил.

– Ты как? Не больно?

Я замотала головой и качнула бедрами, призывая их продолжать, и мужчины не стали медлить, тут же начав трахать меня так яростно и жадно, словно у них до этого секса не было несколько лет. Распаленные страстью, мы кончили почти одновременно, и я, крича и извиваясь в объятиях Алекса, ощутила, как внутри меня пульсируют сразу двое.

Какое-то время мы просто приходили в себя, а после мужчины аккуратно сняли меня с себя и уложили на кровать. Сами же легли рядом по обе стороны, обнимая меня. Долгое время никто не говорил ни слова, пока я, наконец, не решилась нарушить тишину.

– Я, наверное, сошла с ума, но мне понравилось.

Мои слова разрядили обстановку, и Алекс в своей обычной манере хохотнул, скрывая за смехом возникшую между нами неловкость, а Максим коснулся губами моей шеи и тихо прошептал на ухо.

– Мне тоже, и я не откажусь снова повторить.

– Эй, я все слышу, братец! – недовольно проворчал Алекс. – Может, график установим, чтобы уж никто обделенным не остался?

– Алекс! – воскликнула я возмущенно, и толкнула парня в плечо. – Еще слово, и больше вообще ничего не будет!

Теперь уже оба моих мужчины расхохотались, и я ощутила, как меня покидает последнее напряжение. Похоже, Макс с Алексом приняли ситуацию окончательно, и им больше не было нужды делить меня.

***

График братья Взвольские, конечно, выдумывать не стали, но ко мне в комнату приходили почти каждую ночь исключительно по одному, соблюдая очередность. Видно, жалели меня, давая прийти в себя после нашего недавнего тройничка. Я боялась, что пойдут слухи, но парни каким-то образом умудрялись просачиваться в мои покои незаметно даже от слуг. А я мечтала о том дне, когда вокруг не будет никого, кроме нас, и я смогу спокойно целоваться и обниматься с ними обоими, не боясь осуждения.

Пока же нам приходилось изображать, что я влюблена лишь в одного из братьев, и спасало лишь то, что они были почти неотличимы. Но любовь любовью, а про остальные проблемы и дела я тоже не забывала.

Я все лучше стала разбираться в делах, связанных с управлением родом, и постепенно начала понимать расстановку сил на политической арене. Если я до этого считала, что нашу семью больше не тронут, то сейчас понимала, что это лишь затишье перед бурей. И нам как никогда нужны были союзники, но где их искать, я не знала. Григорий говорил, что мало кто пойдет против Романовых, и хоть сам он активно занимался поиском сторонников, но пока безрезультатно.

Однако, я знала, какой род нас точно подержит. Разговор об этом состоялся у нас со Взвольскими в перерывах между тайными ночными встречами, и мои мальчики пообещали в ближайшее время переговорить об этом с отцом. Жаль только, Максиму для этого пришлось уехать на пару дней, хотя Алекс явно был этому рад. Еще бы, все мое внимание теперь доставалось только ему, и в постели он был просто неудержим.

Отец так и не приходил в себя, и я не переставала искать способы вылечить его. И не потому, что не планировала оставаться, а как раз наоборот. Как-то неожиданно для себя я решила, что в родной мир если и вернусь, то лишь затем, чтобы успокоить родных. Но мое место теперь было здесь, рядом с Алексом и Максом. И спасение Михаила стало приоритетной задачей, если я хотела выжить в той игре, что затеяли сильные мира сего.

Глава 8

Недавно в архиве Шереметьевых я откопала прелюбопытную книжку, мемуары одного мага, предка настоящей Киры, и там я наткнулась на то, что дало мне надежду. Этот маг по имени Леонард описывал весьма интересные эксперименты со временем: замедление, ускорение, возврат в прошлое на несколько мгновений – чародей был силен и весьма любознателен, играя с самой непредсказуемой субстанцией в опасные игры. Что у него в итоге вышло, я не знала. Записи обрывались на том моменте, когда он решился на очередной эксперимент, судя по его словам, весьма опасный и сложный.

Впрочем, его судьба меня не слишком волновала, важней было то, что я, похоже, нашла способ помочь Михаилу. Когда рассказала об этом Григорию, он сначала был категорически против, но, изучив материалы, задумался.

– Ты же понимаешь, что это опасно, и не факт, что даст хоть какой-то результат? – листая исследования Леонарда, поинтересовался управляющий.

– Понимаю, – кивнула я, усаживаясь напротив него. – Но также я понимаю, что одна просто не вытяну весь род. Даже с вашейпомощью, и особенно с такими врагами. А это шанс, какой бы он ни был, что отец вернется и поможет нам выжить.

– Не знаю... – с сомнением протянул Григорий. – Это заклинание слишком сложное, и здесь нужен опытный маг с огромным резервом. К тому же, все-таки лучше сначала провести испытания на ком-то другом.

– Конечно, – ответила я с довольной улыбкой, видя, что мужчина почти согласен. – Собственно, поэтому я и пришла именно к вам. Вы же и есть такой маг?

***

Госпиталь имени святого Николая располагался в самом центре города, и в нем содержались самые тяжелые больные, помочь которым не смогла ни магия, ни современная медицина. Мы подъехал со стороны черного входа на неприметной машине, и сразу зашли внутрь всей дружной компанией. Максим, Александр, я и Григорий приехали сюда инкогнито, и потому охрану с собой мы не взяли, чтобы не привлекать излишнее внимание к себе. Враги не дремали, и приходилось соблюдать осторожность, поэтому мы даже Августа не стали в это впутывать, хотя он бы нам сильно пригодился как маг.

Подходящую кандидатуру получилось отыскать только здесь, в этом госпитале. Молодой аристократ из давно обедневшего рода лежал здесь в реанимации после ужасной катастрофы, собранный почти по частям. Мозг парня давно умер, и жизнь в нем поддерживали лишь аппараты – целители восстановили тело, но никакая магия не сумела воскресить отмершие клетки. Однако родители парня все равно надеялись на чудо, и до последнего отказывались отключать сына от аппаратов. Узнав, что есть возможность излечить его, они ухватились за нее руками и ногами, и последствия их не волновали. Лишь бы помогло, ведь хуже уже быть не могло.

Когда мы зашли в палату, первым делом в глаза бросилось безжизненное тело на больничной койке, опутанное паутиной трубок и проводов, и мигающие огоньками мониторы подле кровати. А после в нос ударил резкий запах спирта и лекарств, от которого я чуть не закашлялась. Нервно поведя плечами, я прижалась к Максиму, буквально чувствуя поселившуюся в палате смерть.

Возле кровати, приткнувшись на стульях, сидела пожилая пара. Родион и Таисия Павловы, из древнего, но обмельчавшего рода, который отовсюду вытеснили новые, более наглые. И они, если все удастся, станут нашими первыми союзниками.

Худощавая женщина в черном шерстяном платье не сводила глаз с сына, держа его за руку, словно маленького. Слез на ее лице не было, видно, их она давно выплакала, ведь с момента катастрофы прошел целый месяц. Седой мужчина в форме, сидящий рядом, обнимал ее за плечи, разделяя горе, и мне стало неудобно мешать им. Впрочем, услышав наши шаги за спиной, мужчина тут же обернулся и вскочил с места.

– Вы пришли! – со смесью надежды и недоверия воскликнул он, и быстро подошел к нам. – Таисия, они здесь!

Его жена встрепенулась, будто сбрасывая оцепенение, и тоже посмотрела на нас. Вставать она не стала и руку сына так и не отпустила, будто боялась, что он тогда исчезнет.

– Здравствуйте! – протянул руку мужчине Григорий. – Пришли, как и обещали. Вы не передумали? Помните, что это лишь эксперимент, попытка совершить то, что никому до этого не удавалось. И за последствия мы не ручаемся.

Женщина тихо охнула и отвернулась к сыну, а мужчина, посмурнев лицом, кивнул.

– Да, мы все понимаем, и готовы попробовать. Никита все, что у нас есть, и если вы вернете его нам, мы будем готовы жизнь отдать за род Шереметьевых!

– Хорошо, – сочувственно улыбнулся Григорий. – Тогда не будем тянуть время. Приступим.

Глава 9

– Заклинание, что мы используем, работает локально, действуя лишь на того, на кого оно направлено. Тело вашего сына вернется в то состояние, каким было месяц назад, до аварии, – Григорий посмотрел на Павлова и, убедившись, что он внимательно слушает, продолжил. – Это может просто не сработать, или иметь не тот результат, что мы ожидаем, но, как вы понимаете, игры со временем опасны сами по себе.

– Делайте, – обреченно произнес Родион, уводя жену подальше от кровати Никиты.

Таисия всхлипнула, но послушно последовала за мужем, не смея перечить, а стоящий возле кровати Григорий нетерпеливо махнул рукой, подзывая нашу троицу.