Юхо Паасикиви – Моя работа в Москве и Финляндии в 1939-1941 гг. (страница 74)

В это же время началось активное обсуждение вопроса в шведской печати, где он получил общую поддержку. 13 марта в пользу оборонительного союза Финляндии, Швеции и Норвегии решительно высказались «Свенска Дагбладет», «Стокгольмс-Тиднинген», «Сосиал-Демократен» и «Свенска Моргунбладет», а через пару дней и «Дагенс Нюхетер». «Оборонительным союзом с Финляндией мы должны гарантировать тот тяжёлый мир, которого добилась Финляндия, – писала “Свенска Дагбладет” и добавляла: – Всё преходяще, и в не меньшей степени договоры и мир». «Стокголмс-Тиднинген» требовала не оставлять Финляндию больше одну и обеспечить безопасность её новых границ, а также обновить связи между Финляндией и Швецией, насчитывающие много сотен лет, таким образом, чтобы Швеция всеми своими силами, в том числе военными, стояла рядом с Финляндией, гарантируя её безопасность. «Сосиал-Демократен» писал: «Все народы Севера должны теперь понимать, что дело Финляндии – их собственное дело. Это означает, что только оборонительный союз северных государств, идущий вплоть до жизни и смерти, может дать нам относительную безопасность, которую мы не получим каждый поодиночке». «Дагенс Нюхетер»: «Оставшиеся в одиночку небольшие государства имеют крайне малые возможности отстаивать свои интересы. Если они смогут эффективно помогать друг другу, то вызовут больше уважения к себе со стороны великих держав и будут лучше защищены от агрессии».

Председатель стортинга Норвегии Хамбро, убеждённый проводник идей Лиги Наций и активный сторонник оборонительного союза, 14 марта выступил по радио с красивой, но не до конца продуманной речью, в которой назвал борьбу Финляндии борьбой всех малых государств и высказался за неотъемлемое право борьбы против насилия. Он указал на то, как народ Дании 75 лет назад, разорванный несправедливым миром, напрягая все силы, смог в новых границах вернуть свою землю, которую потерял. Финляндия поступит так же. «Однажды наступил день, когда Дания залечила свои раны. Надеемся и верим, что ещё настанет и тот день, когда Финляндия залечит свои раны. Ложный мир, оскорбляющий чувство справедливости, не будет длиться долго. В сердцах финнов и в наших сердцах живут слова их поэта: “Ещё наступит день, который всё изменит”»1.

Шведские официальные власти, позитивно отнесшиеся к идее союза, заняли осторожную позицию в отношении её практического осуществления. Член правительства Швеции Андерссон заявил, что вопрос об оборонительном союзе требует обсуждения в обстановке полной откровенности со всех сторон и с учётом особых условий каждой страны. Оборонительный союз невозможно представить без полной взаимности. Далее, должны быть даны гарантии тесного внешнеполитического взаимодействия, чтобы никакая страна своей авантюристической политикой не поставила под угрозу общий мир. «Стокгольмс-Тиднинген» назвала эти слова министра Андерссона «несчастными».

В Финляндии воодушевление шведской печати, конечно, было встречено с удовлетворением, но неудивительно, что после всего пережитого там начали высказываться и сомнения. «Хювюдстадсбладет» писала: «Идея совместной ответственности североевропейских государств за оборонительную политику до сих пор не смогла завоевать себе заметного места. Сейчас, когда Финляндия в свой судьбоносный момент выступает с инициативой в этом направлении, она показывает, что понятие Север остается для нас реальностью, которую следует защищать не только словами, но и делами. Из выступлений газет стало ясно, что почва сегодня подготовлена совсем не так, как раньше. К сожалению, приходится констатировать, что общественное мнение в других северных странах только сейчас начинает понимать, о чём идёт речь, а также что то суровое время, которое мы переживаем, требует более жёстких мер, чтобы Север прошёл через все испытания без ущерба для себя. Но лучше позже, чем никогда. Если вместо бездействия будут предприняты настоящие силовые акции для защиты общих интересов Севера, то никто не будет более удовлетворён, чем Финляндия, которая первой испытала на себе последствия отсутствия и, тем не менее, диктуемой самой природой необходимости совместной ответственности». «Ууси Суоми»: «Северное взаимопонимание и сотрудничество, которое приносило нам разочарования, сегодня находится в питейном ковше, и мы не знаем, что́ нам из него нальют».

Кремль внимательно следил за публичной дискуссией. Похоже, что на начальном этапе советское правительство вовсе не было настроено резко отрицательно к идее оборонительного союза северных государств. «Правда», которая, конечно, никогда не публиковала ничего, идущего вразрез с целями своего правительства, поначалу писала, что Советский Союз ничего не имеет против оборонительного союза Швеции, Норвегии и Финляндии, естественно, при условии, что он не будет направлен против Советского Союза. Но вскоре Кремль изменил свою позицию. Уже 16 марта в Кремле внимание шведского посланника обратили на плохое впечатление, которое произвело выступление Хамбро, а также на то, что создание оборонительного союза Финляндии–Швеции–Норвегии, который может быть направлен исключительно против Советского Союза, противоречило бы политике нейтралитета правительств Швеции и Норвегии. (Сообщение МИД Швеции от 17 июля 1941 года.) В тот же день, 20 марта, когда состоялся обмен ратификационными грамотами Мирного договора, в «Правде» и «Известиях» был опубликован следующий «тормозок» официального телеграфного агентства Советского Союза – ТАСС:

«В иностранной печати сообщается, что между Финляндией, Швецией и Норвегией будто бы ведутся переговоры о заключении так называемого “оборонительного союза” с задачами военной охраны границ Финляндии. При этом сообщается, будто бы Советский Союз не возражает против такого “оборонительного союза” между Финляндией, Швецией и Норвегией.

ТАСС уполномочен заявить, что эти сообщения на счёт позиции Советского Союза не отвечают действительности, ибо, как это видно из известной антисоветской речи председателя норвежского стортинга г. Хамбро от 14 марта, подобный союз был бы направлен против СССР и находился бы в прямом противоречии с Мирным договором, заключённым СССР и Финляндией 12 марта с. г.».

21 марта на встрече в Кремле, после обсуждения всех текущих дел, Молотов поднял вопрос об оборонительном союзе, после чего состоялась следующая беседа*.

– Молотов: Хотел бы со своей стороны сообщить следующее: в печати северных стран в последнее время начали обсуждать вопрос об оборонительном союзе Финляндии, Швеции и Норвегии. Одновременно распространяются утверждения, что Советский Союз якобы не возражает против такого союза. ТАСС в официальном заявлении, которое, очевидно, известно господам, опровергло эти утверждения относительно позиции Советского Союза по планам данного союза.

По сообщениям печати, с инициативой данного оборонительного союза выступила Финляндия. Какой характер на самом деле приобретёт этот союз, ясно следует из выступления по этому вопросу председателя стортинга Норвегии Хамбро, в котором, в частности, говорится, что новая восточная граница Финляндии является временной и должна быть исправлена. Другими словами, с помощью оборонительного союза готовится реванш недавно заключённого Мирного договора. Участие Финляндии в подобном союзе будет означать нарушение не только третьей статьи Договора, но и всего Договора, поскольку целью союза будет изменение границы, закреплённой в Мирном договоре. Союз лишь формально был бы оборонительным союзом, а на самом деле – инструментом военного реванша.

Мы сообщили правительству Швеции, что заключение подобного союза с Финляндией означало бы отказ Швеции от политики нейтралитета, а также, что если Швеция намерена изменить свою внешнюю политику в отношении Советского Союза, то и позиция Советского Союза в отношении Швеции будет иной, чем до сих пор. Соответствующее заявление сделано и правительству Норвегии.

– Я: Что касается заявления Хамбро, то оно известно нам только по газетным статьям, и мы не несём ответственности за его слова. Мысль о реванше полностью чужда идее оборонительного союза хотя бы по той причине, что Швеция и Норвегия никогда не смогли бы заключить иной союз, кроме оборонительного. Подобный оборонительный союз вовсе не был бы направлен против Советского Союза, поскольку его целью было бы, в частности, обеспечение нынешних границ Финляндии, то есть сохранение статус-кво. Третья статья Мирного договора не запрещает явно оборонительные союзы. Можете быть уверены, что и Швеция, и Норвегия не пойдут на заключение каких-либо агрессивных союзов. Вся северная печать также подчёркивает, что речь может идти только о чисто оборонительном союзе. По нашему мнению, у Советского Союза не может быть каких-либо возражений против подобного оборонительного союза. Финляндия, как и Швеция, нейтральное государство, и мы не вмешиваемся в дела других государств. Прошлой осенью Вы и господин Сталин заявили, что нейтралитет Финляндии отвечает интересам Советского Союза. Я читал заявление ТАСС. Лично я не знаю, остаётся ли господин Хамбро председателем норвежского стортинга или он сейчас лишь председатель комиссии по иностранным делам.