Юхо Паасикиви – Моя работа в Москве и Финляндии в 1939-1941 гг. (страница 49)

Премьер заметил, что надо принять во внимание и возможность того, что, несмотря на все наши усилия, мы не сможем заключить мир на приемлемых условиях. Поэтому нам надо открыто сообщить представителям западных держав о нашей линии поведения, а также обратиться к ним за помощью, если наши мирные усилия не приведут к результату. Это предложение было одобрено.

После окончания дискуссии президент отметил, что все члены правительства, за исключением Ханнулы, считают, что надо пытаться установить мир и, если это не даст результата, обратиться с воззванием о помощи к западным державам, которых надо просить продолжать подготовку. Президент сам согласился с этим мнением.

В среду 6 марта состоялось очередное заседание правительства под председательством президента. Присутствовал и генерал Вальден.

Таннер сообщил, что из Москвы пришёл ответ на предложение вывести Выборг и Сортавалу за рамки условий. Молотов сообщил шведскому посланнику Ассарссону, что Кремль, безусловно, настаивает на обоих городах. Только из уважения к Швеции советское правительство согласилось ещё несколько дней ждать ответ Финляндии. Молотов также сообщил, что армия требует разрешения продолжать войну и продвигаться вперёд. Если война будет продолжена, то требования будут ужесточены. Молотов также сказал о том, что, пожалуй, было бы лучше вести переговоры с правительством Куусинена, но от этого отказались из уважения к Швеции. Из Швеции пришло сообщение, что от западных держав поступила просьба разрешить проход войск, но Швеция ответила отрицательно и намерена оставаться на этой позиции. По мнению правительства Швеции, действия западных держав не пошли бы на пользу Финляндии, но, напротив, вовлекли бы весь Север в войну. Это были детские игры. Швеция не оставит ни одного рельса на портовых железнодорожных путях. Поэтому наш ответ был сообщён советскому послу через Швецию. Швеция предложила прекратить боевые действия 6 марта в 11 часов по финскому времени. Вчера в 10 часов вечера ответ Финляндии был доведён до Молотова, который назвал его расплывчатым и нуждающимся в уточнении, сказав, что о перемирии не могло быть и речи, пока войска не уйдут из Выборга и побережья Выборгского залива. Шведский посланник ответил, что ответ не менее расплывчат, чем сами предложения. Прошлой ночью Молотов передал следующее сообщение: «Принимая во внимание, что правительство Финляндии принимает условия, советское правительство готово начать переговоры по прекращению боевых действий и достижению мира. В качестве места переговоров была предложена Москва». Посланник Ассарссон дополнительно спросил, почему не согласились на перемирие, и получил ответ, что фронт не имеет чёткой конфигурации и что советское правительство не доверяет финнам. Ассарссон также намекнул на возможное вмешательство других государств, на что ему ответили, что в Москве этого не боятся. Вопрос о безопасности Ленинграда был вынесен за рамки переговоров, а условия названы минимальными требованиями. Таким образом, сказал Таннер, путь в Москву открыт, но русские подозревают, что мы одновременно движемся по двум направлениям и стремимся получить передышку.

Таннер открыто сообщил послам Англии и Франции в Швеции, что мы ожидаем ответ из Москвы, и попросил их набраться терпения. Ему ответили, что помощь западных держав не зависит от нескольких дней.

Таннер считал, что мы ничего не потеряем, если сейчас отправим делегацию в Москву. Если потребуется, то западные державы и позже будут нашей опорой, поскольку их стремление заключается в открытии нового фронта. Путь, предложенный западными державами, столь же опасен, как и прежде. На этом пути нас может ждать участь Польши. Он предложил отправить делегацию в Москву, по возможности, ещё в тот же день.

Пеккала поддержал мнение министра иностранных дел.

– Ниукканен: «Надо действовать быстро, чтобы понять, можно получить приемлемые условия или нет». Он полагал, что нам в итоге придётся обратиться за помощью к западным державам. Их предложение помощи улучшило ситуацию. По-прежнему считал, что граница должна пройти южнее Выборга и восточнее Сортавалы.

Котилайнен и фон Фиандт поддержали предложение министра иностранных дел.

Премьер-министр сообщил о разговоре с послами западных держав. Английский посол сказал, что правительство Англии хорошо понимает позицию правительства Финляндии и не будет чинить препоны мирным устремлениям. Рюти одобрил предложение министра иностранных дел относительно немедленной отправки делегации.

– Ханнула: «Я категорически не могу принять предложение русских в качестве основы для переговоров. Предлагаю немедленно просить помощи западных держав».

Хейккинен одобрил предложение об отправке делегации в Москву, а также об обращении к западным державам, если не удастся получить приемлемые условия.

Я сказал, что нам не остаётся ничего другого, как принять предложение Таннера. Вместе с тем, мы должны понимать, какие обязательства принимаем на себя. В число требований входит Выборг, которым мы связали себе руки, хотя и можем попытаться его спасти. Можно попробовать следовать точке зрения Ниукканена, но, если русские не уступят, мы ничего не сможем с этим поделать. Конечно, на переговорах появится много новых вопросов, на основе которых при желании можно прервать их.

Многие члены правительства объявили о поддержке предложения Таннера.

– Президент Республики: По поводу заявлений министра Паасикиви и министра иностранных дел хочу заметить, что я вовсе не вижу дело так, будто граница Петра Великого уже безусловно оговорена. Ведь условия являются исходным пунктом для переговоров, да и мы не обязаны соглашаться со всем, что предложат. Мне кажется неприличным, что великая держава требует у малого государства территории, которые она ещё не в силах завоевать.

Поговорив о составе делегации, вопрос решили отложить на следующее заседание правительства, которое должно было пройти в 3 часа пополудни того же дня. На нём в состав делегации назначили премьер-министра Рюти, меня, генерала Вальдена и депутата парламента профессора Войонмаа.

Документы французского Генштаба, попавшие в 1940 году в руки к немцам, уже в наше время пролили свет на планируемую западными державами политику помощи Финляндии, её причины и цели. В одном французском документе, составленном в начале января 1940 года, высказывалась оценка, что финско-русская война приведёт к краху ведомства путей сообщения России и в значительной мере усилит дезорганизацию советской экономики, что воспрепятствует Германии в получении из России сырья и прежде всего топлива. Угроза Балканским странам со стороны России исчезнет вследствие поражений на севере. Помощь Финляндии со стороны Франции, Англии и Соединённых Штатов укрепит позицию Скандинавских стран по отношению к Германии и позволит Швеции и Норвегии влиться в антигерманский фронт, в результате чего указанная страна утратит импорт, столь необходимый для военной промышленности и снабжения населения. «Поэтому важно оказать Финляндии любую возможную помощь. С точки зрения интересов союзных держав, финский фронт означает то же самое, что и Македонский фронт в 1914–1918 гг.». В другом документе, датируемом второй половиной февраля 1940 года, говорится: «Нельзя забывать нашу главную цель – воспрепятствовать получению Германией руды. Каждая попытка союзных держав в Скандинавии […] только тогда оправдана, когда она содействует достижению этой цели». (Публикации Министерства иностранных дел Германии за 1939–1941 гг. № 6: Die Geheimakten des franzosischen Generalstabes, документы № 17, 18, 21, 23, 29, 30.)

То, что у западных держав были свои военные цели, мы в правительстве, конечно, понимали. Политику всех великих держав направляет одно и то же, по моему мнению: ограниченный и близорукий эгоизм. Ни одна великая держава не лучше другой. Бисмарк однажды сказал: «Единственная здоровая основа великой державы – и в этом она отличается от малого государства – государственный эгоизм, а не романтика». В политике великие державы не поднялись на тот более высокий уровень, где следование высшим идеям было бы понято как содействие своим более узким интересам. «Почему собственный, правильно понятый интерес государства, действуя вместе с этическими мотивами, не может заставить государство […] придерживаться права и морали?» – спрашивает один из новейших историков. Его ответ стар и примитивен: «Потому что никто не доверяет другому» (Meinecke Fr. Die Idee der Staatsräson… S. 19). Или, как сказал Макиавелли в своем «Государе»: «Всякий, кто старается всё время быть хорошим, неизбежно, в конце концов, окажется погребённым среди огромного множества тех, кто нехорош». Результаты этой волчьей политики у нас перед глазами. Что касается помощи Финляндии во время Зимней войны, любопытно вновь отметить их потребность попробовать задрапировать свои эгоистические устремления какими-то красивыми аргументами.

К одному документу (№ 21), в котором упоминается информация посла Франции в Стокгольме о том, что Германия сообщила правительству Швеции о своём решении считать любую прямую помощь Финляндии поводом к войне, casus belli, был прикреплён комментарий Министерства иностранных дел Германии, согласно которому это утверждение французского посла было лишено каких-либо оснований. Такого заявления никогда не поступало со стороны Германии.