ЮЭл – Грозовое небо (страница 2)

«Ей-то легко» – думала Маришка, не отводя взгляда от еле заметной ямочки, что появлялась на правой щеке девушки, ближе к подбородку.

За месяц работы на постоялом дворе, Мари убедилась в том, как тяжело быть человеком. Бегать весь день лишь для того, чтобы свести концы с концами, было подобно вечной пытке. Первое время, ноги болят, стопы горят, пятки трескаются, руки отваливаются, спина не разгибается, и это лишь начало. Стирка, уборка, готовка, сбор урожая, кормление домашнего скота, чистка обуви, вынос горшков и многое другое. А если отдыхающих много, бо́льшая часть сотрудников и по ночам не спит.

Ей было запрещено работать ночью. За подобное, мать убила бы ее. Мариетта Якобна вообще не понимала, зачем ЕЕ дочери уподобившийся человеку, трудиться от рассвета до заката, потому как они могли позволить себе все, что душа пожелает. Что-что, а недостатка в деньгах у них не было. Девушке пришлось постараться, чтобы получить желаемую возможность пожить обычной жизнью. Три месяца уговоров, просьб и уловок, не приносили результатов. Когда девушка уже совсем отчаялась, мать поддалась уговорам дочери. В тот вечер, Мари наплела с три короба, о необходимости познания людского образа жизни, для будущего, и стремлении к новым знаниям.

В первый раз, за четырнадцать лет, она смогла добиться своего. С того дня, вот, уже целый месяц, как Маришка трудится на постоялом дворе «Зеленые дубы», недалеко от главной границы. Четыре раза в неделю, с восьми утра до одиннадцати вечера девушка находилась далеко от матери, и, несмотря на усталость, была довольна.

Если бы не постоянный тяжкий труд, то место, выбранное Мари для работы, можно было бы назвать красивым. Постоялый двор состоял из трех этажей. На первом из которых удачно расположилось три больших помещения: таверна; небольшая библиотека с мягкими диванами и невысокими столами, в основном для дам; и игральная комната, в основном для мужчин. И библиотека, и игральная, имели отдельный выход на улицу, но соединялись между собой, узким проходом и раздвижными дверями.

Второй этаж состоял из опочивален. На третьем же этаже располагались шесть спален, с придаточными помещениями для слуг, для самых состоятельных особ. «Этаж больших денег», как утверждали сотрудники. Помимо этого, в подвальном помещении находились: кухня, кладовая, склад и несколько запертых комнат, в которых никому не было ходу.

На заднем дворе были постройки для домашнего скота, конюшня и загон, для выгула хозяйских жеребцов, сарай для хранения сена и зерна, а также небольшой летний домик для хозяев. Сам же двор был построен рядом с бурной горной речкой, на которой Маришка, иногда стирала, когда выпадал полосатый платочек. Правда, чаще всего, она убиралась в конюшне, вместе с высоким Тоном, чей отец был конюхом. Или убирала ночные ведра с Алисой. Но больше всего ей нравилось работать с Василисой, даже когда она работала в таверне. Именно там, собирались заядлые алкоголики и редкостные грубияны. К счастью, сегодня ее день, пройдет далеко от подобных людей.

На кухню Маришка влетела, задев табуретку и больно ударившись коленом.

– Ох, деточка, осторожней. – вскрикнула Анна, но тут же, забыв об инциденте, начала тараторить. – Ты подоспела вовремя. Сегодня будет очень много народу. Открывается сезон охоты. Мал и велик, все собираются по такому поводу, поэтому необходимо приготовить как можно больше съестного, иначе они съедят нас.

Повариха говорила, быстро передвигаясь по кухне и проверяя то один котел с варевом, то другой. Мари следовала за ней по пятам, пока живот громогласно оглашал кухню, голодным урчанием. Еще бы, столько прекрасных ароматов. И наваристые щи, и колбаски, и бекон. В печи, определенно, доходили пироги, начинённые свежей свининой и овощами. Но приятнее всего, пахли блины с грибами. Так, увлеченная распознанием еды, принюхиваясь к запахам, Маришка и не заметила, как ее усадили на низкую табуретку, недалеко от входа. На треногий стол возле нее начала опускаться еда. Анна поставила три вареных яйца, два куска черного хлеба с маслом, молоко и маленький мешочек из теста, который как, оказалось, был начинен кусочками курицы с луком и травами. Пока Маришка уплетала завтрак, Анна рассказывала про планы на день.

– Алешка пошел по дровам, тебе же надо сходить в лес. Нужны грибы, ягоды и травы. Собери как можно больше. Все, что не пущу на сегодняшний ужин, засушу. Лесные орехи, также, не будут лишними. Сделаем пирог с орехами и сушеным виноградом.

– А ефё фкуфно с яфлофами

– Да, точно. Дичку тоже попробуй поискать.

И как только эта женщина поняла ее с набитым ртом?! Потрясающая!

Василиса.

Василиса закончила свои дела и отправилась в лес. До поляны добраться легко, особенно, если ты знаешь короткую дорогу. Но из-за открытия сезона охоты идти по короткому пути, было бы неразумно. Пришлось пробираться через чащу, взбираясь на небольшие холмики и перелезая через обвалившиеся кроны деревьев. Вдалеке слышался лай собак и свист выпускаемых стрел. Мужчины на охоте превращались в настоящих дикарей, жаждущих подстрелить добычу, любым способом. Поэтому девушка старалась держаться как можно дальше от основных действий. Так и для нее безопаснее, да и по пути потише.

– С дороги! – крикнул кто-то за спиной, чем привел в полное замешательство.

Она резко развернулась, и тут же, попятилась назад, потому что конь встал на дыбы. Очередное свалившееся дерево на пути отхода, сбило с ног, и девушка ударилась головой. Резко зажмурив глаза от боли, в ожидания неминуемой гибели, она открыла их в тот самый момент, когда гнедой жеребец, пролетал над ней, темной тучей. Видимо, всадник довольно опытный. В густом лесу, так легко перейти с галопа, на прыжок, не каждый смог бы. Когда шелест от топчущих листву копыт, раздался над самой ее головой, Сэл сделала над собой усилие и встала.

– Жива?

Приподняв глаза, девушка посмотрела на седока. Одетый во все черное, с маской, закрывающей голову и лицо, за исключение разреза для глаз он даже не удосужился спешиться. О чем это она?! Коль незнатную даму чуть не погубил, а простую служанку. Жизнь простолюдина и ломаного гроша не стоит.

– Жива, говорю? – раздражительно, с заплетающимся языком, поинтересовался наездник. – Глухая или немая?

Пьяный, поперся на охоту?! Ладно, о себе не беспокоиться, но ведь мог навредить остальным. Очередной богатый пижон.

– Знаете, Вам бы поосторожнее. В этой стороне леса деревья растут довольно густо, а Вы летите сломя голову. А вдруг не впишетесь в поворот… Жеребцы Вашего жалко. Он же не виноват в том, что ему достался такой наездник. А еще подстрелить могут, охота ведь.

Возле уголков глаз неизвестного появились морщинки. Улыбается, наглец.

– Жеребца значит, …  – правильно уловил наездник. А затем, просто развернулся и ускакал.

Поглаживая ушибленный бок и держась за голову, девушка медленно продолжила путь. Но остановилась в недоумении, сделав не более десяти шагов. Мимо нее прошел гриб…

Покачивая шапочкой из стороны в сторону, ПРОШЕЛ ГРИБ! Все еще держать за ушибленный бок, она протянула вторую руку и оперлась о могучий дуб. Закрыв глаза, девушка досчитала до десяти, глубоко вдохнула воздух через нос, и выдохнула через рот. Видимо, не хило она ударилась головой. Привидится же такое. Ну что за бред? Гриб, шагающий по лесу, как человек, обозревающий свои угодья. Хорошо хоть, не летал. Она усмехнулась своим мыслям, отряхнула руки, расправила юбку и вышла на поляну, на которой Маришка, сидя на коленях, на вытянутой руке, держала гриб. Девушка, поначалу удивившаяся появлению подмоги, мгновенно расцвела в улыбке, и помахав, направилась в ее сторону.

Маришка.

Корзина была огромной, несмотря на то что, пока еще, была пустой. В провожатые Маришка никого не получила. Но Василиса пообещала подойти попозже, на поляну, что близ речки, и попросила дождаться ее. Медленно пробираюсь по лесу, она аккуратно обходила поваленные деревья. Влажная от расы трава, довольно быстро намочила подол платья, сделав его мокрым, грязным и тяжелым.

Сначала Мари решила поискать «добычу», в виде грибов и ягод, но быстро сдалась. Все еще сырая, в столь раннее утро земля, не очень способствовала поиску. Да и платье с каждым шагом становилось все тяжелее и тяжелее. Тогда она просто набрала себе воды в ручье, села в самый центр поляны и мысленно приказала ягодам, грибам и орехам собраться в корзину. Так как никого с ней не было, а Василиса не успела бы, так быстро освободится, девушка с удовольствием наблюдала, как на поляну медленно вышагивали грибы, плыли ягоды и катились орехи.

Солнышко медленно поднималось из-за горизонта, и ласкало все вокруг, теплыми лучами, согревая остывшую за ночь землю и просушивая намокшее платье. Маришка, по-настоящему, любит лес. Не одно существо, проживающее в лесу, ни разу не причинило ей вреда, будь то ядовитая змея или безобидный еж. В лесу она находила покой, которого больше нет нигде. Животным безразлично, как ты выглядишь, деревьям неважно, кто твои родители, а ветру неинтересно, сколько времени ушло на пошив твоего, дорого платья. С тех пор как она себя помнила, лес был ее любимым местом.

Магию, Мари получила по факту рождения, но пользовалась ей редко, и чаще всего, это были знания, полученные от тети. Конечно, магия леса не совсем ее стихия, но благодаря урокам любимой тети Сесиль, она неплохо научилась справляться. А еще, девушка с малых лет училась целительству, у той же тети. С закрытыми глазами Маришка могла составить любой травяной настой, мазь или зелье. Если бы она обладала чуть более твердым характером, никто не смог бы остановить ее перед желанием заниматься лечением. Но Мари не такая. Она тихая и послушная, как говорит Сесиль, а по мнению само́й девушки, она бесхребетная трусишка.